Мама для Солнышка, или Как воспитать дракона (СИ) - Совушкина Лия - Страница 7

— Зачем вы прицепились к Люминель? Хотите денег? — скрипнув зубами, выплюнул мужчина, окончательно теряя привлекательность в моих глазах. — Я выплачу вам вознаграждение, как подобает в подобных случаях.

— Вы хоть представляете, через что прошла ваша дочь? — едва не прошипела я, сдержавшись в последний момент. Получилось хоть и злобно, но не так вызывающе.

— Так просветите меня, может, я даже увеличу ваш гонорар, — с ядовитой насмешкой обронил Дориан, откидываясь на спинку стула и глядя прямо мне в глаза.

— А вам разве интересно? — прошипела я, вконец потеряв контроль.

В один момент, видя столь пренебрежительную реакцию, во мне вскипела ярость. Сжав кулаки, из головы вылетело всякое благоразумие. Я позабыла про изначальный план, намерение остаться всеми способами в этом поместье и присматривать за Люми. Глупо, безрассудно, но я подскочила к столу и упёрла руки в столешницу. Наклонившись, специально оказалась на одном уровне с Дорианом и выдохнула:

— Чтобы вы делали, если бы ваша дочь сегодня погибла? А, уважаемый дракон Дориан какой-то там, чтобы вы почувствовали, не успей я спасти вашу кровь? Ответьте мне, наверное, вздохнули бы с облегчением?

Глава 8

Глава 8

Глаза дракона вспыхнули ледяным пламенем, опаляя меня. Однако это не заставило меня прекратить наседать на него. Набрав в грудь побольше воздуха, я уже готовилась ко второй гневной тираде, как что-то необъяснимо изменилось. Я видела мужчину напротив меня, взирающего на меня с холодной яростью и с желваками на застывшем лице. Он тоже поддался вперёд, оказываясь всего в сантиметре от моего лица.

Его горячее дыхание коснулось меня, донося тонкие нотки кардамона и цитруса. В воздухе повисло молчание, я не могла вымолвить и слова, пока он находился так близко. Напряжение между нами едва не трещало, раскаляясь до предела. Казалось, хватит искры, и все вспыхнут неистовым пламенем, и я не знала, к чему это приведёт.

Мы тяжело дышали, глядя друг другу в глаза, и молчали. Я видела, как мужчина борется с собой, всё сильнее стискивая пальцы на краю столешницы. На его холеном лице играли желваки, а рот кривился в безмолвных ответах. А после, в один миг, что-то изменилось, словно треснуло и стремительно летело в бездну.

Выдохнув сквозь стиснутые зубы, Дориан отстранился и сел обратно в кресло. Его взгляд то и дело скользил по мне, отчего я теряла прошлый запал. Молчание затягивалось, а грудь разрывалась из-за задержанного дыхания. Ярость схлынула, оставив после себя отголоски стыда. Медленно, чтобы не показаться трусихой, я отступила на шаг и упрямо уставилась на дракона. Запястье не вовремя зачесалось, будто меня укусил комар. Стараясь не обращать внимания на нарастающий зуд, я сверлила Дориана взглядом в ожидании ответов.

— Что произошло в городе? — несколько устало спросил мужчина, потирая переносицу. — Давайте спокойно поговорим, а после я отпущу вас отдыхать.

— Вы не ответили на мои вопросы, — сдерживая шипение, ответила я.

На меня посмотрели с какой-то тупой обречённостью, словно я несла бред. От этого меня внутри всю перекорёжило, но я стоически удержалась от гримасы. «Хватит, Лили, ты и так уже сократила свои шансы остаться в этом месте» — подумалось мне, и я незаметно спрятала кулаки в юбке платья.

— Опустошение. Я бы почувствовал ярость и опустошение, — наконец-то произнёс Дориан, скрещивая руки на груди. — Люминель — смысл моей жизни, доставшийся внезапно. Я люблю дочь, чтобы вы себе там не выдумали.

— Тогда почему она уверена в обратном? — угрюмо уточнила, подсознательно зная ответ.

— Она ребёнок, — пожал плечами мужчина. — Я должен работать, чтобы обеспечивать ей достойный уровень жизни. Да и череда нянек, которая уносит отсюда ноги, тоже не прибавляет мне спокойствия. Я молчу про постоянные побеги, неоправданные и опасные.

— Вам нужно было просто поговорить с ней, — всё же прошипела я, услышав знакомые слова. — Девочка живёт в поиске матери, которая бросила её из-за не оправдавшихся надежд. Её единственная опора — вы! Но вместо любви и заботы она получает кучу чужих тёток и косые взгляды!

— Не вам меня судить! — Рявкнул Дориан, громко ударяя кулаком по столу. — У меня есть обязательства! Её дело — расти, набираться ума и перестать создавать проблемы! Аргх, что взять с человечки…!

— Вы… да как вы… Мужлан! — на языке крутились забористые ругательства, но я вдавила лишь это.

Внутри вновь вскипела кровь, требуя вцепиться в напыщенное лицо напротив меня. Впившись ногтями в ладони, я мысленно сосчитала до десяти. А после и до сотни, ибо до десяти не помогло. Меня распирало изнутри, хотелось вдолбить в голову этого мужчины, что его подход к воспитанию детей отвратительный. Что у малышки травма, глубокая и расширяющаяся с каждым днём в одиночестве.

Неужели он не видел, как к ней относятся в доме? Разве работа может быть настолько важнее, чем собственный ребёнок? Тем более что он кричит о её великой ценности. Уверена, на моём лице отпечаталось всё, о чём я думала сейчас. Дориана прямо перекосило, будто он съел целый лимон в один присест.

— Поговорим утром, — прорычал мужчина, резко поднимаясь и направляясь к двери кабинета.

Рывком распахнув её, он почти не сорвал петли, а после рявкнул в коридор:

— Говард! Отведи гостью в покои! Быстро!

На меня он больше не смотрел. Просто прошёл мимо, останавливаясь возле глобуса с незнакомыми материками. Откинув половину, он достал оттуда бутылку с янтарной жидкостью и стакан. Щедро плеснув в него напиток, большим глотком опустошил почти половину. От дракона исходили волны незримой ярости, несмотря на внешнее спокойствие.

Однако, присмотревшись, можно было заметить, как подрагивают руки. Как нервно дёргается кадык, а пальцы до белых костяшек сжимают стакан. Я по-прежнему стояла возле стола, сжимая и разжимая кулаки. Глядя на чужой силуэт, никак не могла усмирить злость. Подобно распустившемуся цветку, она буйно цвела у меня в душе.

Я выросла в большой семье. У меня работали оба родителя, пропадая сутками. Только вот это не помешало им вырастить нас в любви, заботе и уважении. Никто из моих родных не страдал так, как Люми. Возможно, сыграло большую роль наше сплочённое детство, но я думаю, что Дориан не мог организовать нечто подобное для дочери. И от этого мне становилось всё паскуднее, ведь даже останься я в поместье, придётся работать не только с малышкой, но и с остальными обитателями дома.

Дворецкий подоспел довольно быстро, даже пяти минут не прошло. Молча увёл меня в левое крыло, поближе к комнате Люми. Он косился на меня, явно изнывая от интереса, но не задал ни единого вопроса. Открыв простую дверь, впустил в светлые покои, где уже горел камин. Тепло пламени согрело продрогшее тело, а простая обстановка напомнила номер в каком-нибудь отеле.

— Отдыхайте, — коротко произнёс Говард, отступая в коридор. Окинув меня внимательным взглядом, он добавил: — Завтрак в восемь утра, вас проводят в столовую.

— Благодарю, — выдавила я, натягивая на лицо улыбку.

Закрыв дверь за дворецким, смогла облегчённо выдохнуть. Покачивая головой, быстро обошла всю комнату. Похоже, это место использовалось как гостиная. Диванчики, камин и книжные стеллажи. Две двери — за одной ванная комната, за второй — спальня. Увидев большую кровать, едва не застонала от предвкушения. Однако в первую очередь поспешила помыться, меня воротило от собственного запаха, пропитанного постоялым двором и переулком.

— Ха, наверное, этот ящер успел насладиться столь изысканным запашком, — злобно хохотнула, погружаясь в ванну с горячей водой. — То-то так быстро отстранился. А это ещё что такое?

Глава 9

Глава 9

По запястью расползалась странная чёрная клякса, будто кто-то решил разрисовать кожу. Прямо на глазах она обретала форму лозы, оплетающей руку как браслет. Всего миг, а татуировка завершилась, а по телу прошла волна тепла. С недоверием глядя на это безобразие, у меня не находилось идей, что с ней делать.