"Современный зарубежный детектив-24". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Цюча Лу - Страница 314

– Безо всяких обвинений. Мы подержим здесь Мауса еще два дня, потом переведем в Голливудский участок, а затем отправим в Центр. Никто не запретит нам запереть его на несколько месяцев, и даже сам комиссар полиции не найдет концов.

– И ты этим гордишься?

– Ты собираешься найти нашего убийцу?

– По-моему, Восс хочет, чтобы я вышел из этого дела.

– Не он все решает. Вайолет считает, что ты должен остаться. Он готов даже убить твоего дружка, чтобы убедить тебя в этом.

– Отпустите Мауса, – сказал я.

– Ничего не выйдет.

– Отпустите его, и мы с ним найдем убийцу. Мне нужен помощник, чтобы серьезно заняться этим делом.

– Маус – наш главный подозреваемый, Изи. Он бывал повсюду, где видели этих девушек. Включая твою Синди Стар.

– Не думаю, что он убил их.

– Откуда ты знаешь?

– Реймонд не стал бы убивать девушек. А вот если оставите его в тюрьме, будут еще убийства. Во всяком случае, он сказал мне, что не имеет к этому делу никакого отношения. Ему незачем врать. Дайте нам с Реймондом неделю, и мы найдем то, что вам нужно.

Куинтен покачал головой:

– Не знаю, что делать.

– Позвони Вайолету. Спроси его. Я подожду ответа за дверью на скамейке.

Через час пятнадцать Нейлор вышел вместе с Маусом. Улыбаясь мне, Реймонд застегивал запонки на рукавах. Это была усмешка убийцы, но женщинам она казалась улыбкой любящего ребенка.

Глава 19

В то время Маус жил с Минни Фрай в однокомнатном коттедже на Вернон-стрит.

– Эй, Минни! Твой мальчуган вернулся! – крикнул Маус, когда мы с шумом ввалились в комнату.

Она спала, закутавшись в толстое розовое одеяло, так что было видно только голову. Но, услышав голос Мауса, воскликнула: «О боже!» – и отбросила одеяло. На ней было лишь розовое бикини, но Минни не стеснялась меня. Подскочив к Маусу, она прижала его к своей пышной груди так, словно он воскрес из мертвых.

– Малыш! – Она целовала и обнимала его. – Малыш!

Минни была на голову выше и весила на пятьдесят фунтов больше Мауса. Она трясла его, как куклу, пока он не попытался вырваться из объятий.

– Хватит, Минни. Хватит, или ты уложишь меня в больницу.

Но она продолжала причитать и обнимать его. Не помню, чтобы кто-нибудь так радовался мне, как Минни-Маусу. Во время Второй мировой войны я провел несколько лет вдали от дома, но никто не ждал меня на берегу, чтобы вот так обнять.

– Оставь меня в покое, крошка, – взмолился Маус, хотя я и видел, что он удовлетворенно улыбался. – Иди оденься, а то вгонишь в краску старину Изи.

Минни была не прочь продемонстрировать свою роскошную черную фигуру, но, как только Маус сделал ей замечание, прикрыла грудь рукой, наклонившись, взяла одежду со стула и на цыпочках проследовала в ванную.

Маус улыбнулся ей вслед:

– А ведь не дурна, не так ли, Изи?

Через две минуты Минни вернулась в голубом платье, которое, вероятно, сама сшила по выкройке из женского журнала еще в школьные годы. Бретельки были неровно прострочены, а платье стало ей тесновато – Минни явно набрала несколько фунтов за два года после окончания школы.

– Здесь как в свинарнике. – Маус недовольно скривил губы. – Я провел в тюрьме всего один день. Как только это тебе удается?!

Минни съежилась.

Маус беспомощно развел руками:

– Что ты сказала?

– Ничего, малыш.

– Так скажи что-нибудь! Я возвращаюсь в такой свинарник, а ты тут еще трясешь голыми сиськами под носом у Изи!

Я сочувствовал Минни, но ничем не мог облегчить ее участь. Маус никак не решался просто и прямо сказать девушке, что нам нужно поговорить о делах и поэтому мы снова уходим. Вместо этого он придирался к Минни, надеясь найти повод для ухода.

– Ну что ж, – пробормотал Маус. – Мы с Изи пойдем позавтракаем…

– Я все приготовлю, малыш, – прервала его Минни.

– Нет, нет. Мы пойдем завтракать в «Пай Пен», а ты пока наведи здесь полный порядок. Ладно?

– Конечно, я приберу очень быстро. Реймонд?..

Маус покачал головой и нахмурился.

– Ничего не хочу слушать, Минни. Мы уходим.

Мы отправились в «Пай Пен». Маус заказал себе тосты, джем и какао, а я – овсянку и яичницу с колбасой, картофелем и луком. Сначала мы молчали, потому что у Мауса тряслись руки. Долгий опыт убедил меня в том, что в такие минуты Маус способен убить человека из-за сущего пустяка. Когда он нервничал, предохранительные клапаны срывало. Я не заступился за Минни, чтобы не спровоцировать его на насилие.

Поэтому мы ели, курили и ждали, пока пройдет тюремная лихорадка. Когда с едой было покончено, я, попивая чай с лимоном, сказал:

– Мы должны найти убийцу, Реймонд.

– Согласен. Я сам прикончил бы этого негодяя, а не сажал бы его в тюрьму.

– Мы не можем позволить себе это, Реймонд. Я хочу, чтобы полиция отстала от нас обоих, но для этого нужно найти того, кого они повесят.

– Ладно, не стану его убивать, но, возможно, мне придется немного пострелять. Вдруг он окажется здоровенным парнем и не проявит к нам должного уважения.

Я промолчал. Если Маус решил кого-то покалечить, остановить его невозможно. Придется смириться с его бандитскими замашками, раз мне нужна его помощь.

Я рассказал ему все, что знал: о баре «Аретта» и о публичном доме. О Грегори Джуэле и Синди Стар. Через сорок пять минут он был полностью информирован.

– А как белая девица влипла в это дело?

– Несчастный случай, я думаю.

– Ну конечно, несчастный случай!

– А что же еще?

– Не знаю, Изи, но нам придется выяснить. С кого начнем? Может, с тех парней, которые тебя избили?

– Не сейчас. Они просто исполнители. Скорее всего, выполняли распоряжение Макса. Он хотел избавиться от меня, опасаясь, что разговоры об убийствах повредят их бизнесу.

– Тогда Грегори Джуэл?

– Нет, он ничего не знает. Сначала поговорим с Чарлин Марс и Уэстли. Чарлин сказала полицейским, будто не видела, чтобы кто-то нападал на Грегори Джуэла. Не пойму, зачем она соврала им, но что-то тут нечисто. Иначе она бы не темнила.

– Согласен. Пойдем туда сейчас?

– Нет. Сегодня вечером, когда они закроются.

Глаза Мауса загорелись.

– Я буду у входа в два часа ночи.

Я пожал ему руку и отвез его домой к Минни, надеясь, что он помирится с ней.

Дома меня ждала записка от учителя Джезуса по физкультуре.

Джезус подрался с двумя мальчишками, которые дразнили его. Когда учитель попытался разнять их, Джезус ударил его в нос.

– Не будь с ним слишком суров, Изи, – сказала Регина. – Ты же знаешь, дети всегда жестоки с теми, кто от них отличается.

– Он должен научиться сдерживать свои чувства, – ответил я.

Меня всегда радовало, когда Регина вступалась за Джезуса. Значит, она признавала его своим.

Может, ей показалось, что я рассердился, но меня вовсе не возмутил поступок Джезуса.

Однако, направившись в комнату мальчика, я принял суровый вид. Джезус свернулся в клубок на постели, и мне стало ясно, что он уже понял гораздо больше, чем я собирался втолковать ему.

Мальчик вздрогнул, когда я сел рядом с ним. Я похлопал его по плечу и ободряюще улыбнулся:

– Не беспокойся, малыш, завтра же мы поправим это дело.

Джезус испуганно посмотрел на меня и кивнул, словно хотел сказать: «Правда?»

– Да. Я знаю, ты хороший мальчик и, если подрался, значит, считал, что так нужно. Но пообещай мне, что никогда не будешь затевать драку сам.

В его глазах появилась надежда. Он улыбнулся и кивнул.

– Подумай: иначе получится, что кто-то, спровоцировав тебя словами на драку, управляет тобой.

Джезус снова кивнул.

Он обнял меня за шею холодными руками и поцеловал. Меня удивило, что у него такая горячая щека.

– А теперь пошли ужинать.

За ужином Регина сидела напротив меня, и мы старались не встречаться друг с другом глазами, как незнакомцы, не решающиеся вступить в беседу.