Ваше величество, прошу, не убивайте меня снова. Том 1 - "eclair" - Страница 43

Мы не встречались около полугода, но Беатрис была все так же прекрасна и утонченна. Аккуратно сняв с головы великолепную широкополую шляпку, украшенную разноцветными перьями, она передала ее служанке, а потом легкими шагами пошла мне навстречу. Ее талия, стянутая корсетом, была тонкой, как у муравья, и она двигалась грациозно, будто балерина. Мы с Беатрис были ровесницами, но, без сомнения, она уже стала настоящей леди.

Подойдя, она прищурила свои небесно-голубые глаза и оглядела меня с ног до головы, словно оценивая. Когда я вопросительно взглянула на нее в ответ, Трисс лишь беззвучно вздохнула и опустилась в кресло напротив.

– Так ты сегодня не во дворце? – спросила она.

– Нет, – сказала я. – В военной академии была церемония посвящения, и я… понимаешь ли, там Луан…

– О, я знаю, – перебила она.

Откуда она могла узнать, что Луан стал курсантом, если я никогда ей этого не говорила? Я нахмурилась, пытаясь разгадать загадку, а Трисс изящно прижала ко лбу узкую белую ладонь. Стало очевидно, что она очень утомлена, и я вдруг подумала: а стоило ли вообще приходить?

– Я видела тебя, – наконец проронила Трисс.

– Где? – не поняла я.

– На церемонии посвящения, – пояснила она. – Я тоже была там.

– Ты? Почему?

Вместо ответа она прикусила губу, отводя глаза, и что-то тихо пробормотала. Я разобрала лишь: «…сказал же, что никого больше не будет… так хоть я…»

Ее тонкие, будто восковые пальцы выстукивали по столешнице нервную дробь. Она замолчала, так и не окончив фразу, и резко спросила:

– Так чем я обязана твоему визиту?

– Ну, из-за Луана мне наконец дали увольнительную. – Я недоуменно пожала плечами. – Вот я и… заодно решила тебя… навестить.

Я запнулась, потому что, как ни рада была увидеть Трисс, она, похоже, отнюдь не воодушевилась моим визитом. И это при том, что Трисс много для меня сделала, была так добра ко мне, пока я не поступила на службу во дворец! Ее нынешний холодный прием сбил меня с толку. Я припомнила, что Трисс даже ни разу не навестила меня с тех пор, как я стала фрейлиной, хоть мы обе и служили в Красном дворце! И ладно я – в первые месяцы я привыкала к новой для себя обстановке, голова шла кругом, и мне было не до встреч с подругой. Но почему Трисс не сделала первого шага, ведь она-то уже давно на службе?..

– Вот оно что, – обронила Трисс в ответ на мое сбивчивое объяснение. – Так или иначе, прошу меня извинить. Как видишь, я немного устала.

Старательно избегая моего взгляда, она поднялась со своего места. Это было прямым предложением убираться, и я торопливо встала вслед за ней, подхватывая с дивана свои вещи.

– Кстати, верну тебе чепец, – смущенно сказала я.

– О, оставь себе, – мягко, но холодно отозвалась она.

Внезапно у меня возникло дежавю. В прошлой жизни тоже был момент, когда Трисс стала так же беспричинно холодна со мной. Тогда я даже не успела понять, что случилось, или расспросить о причинах – вскоре она вновь стала моей милой, веселой Трисс, и все забылось. Вот только нам обеим тогда было не по двенадцать-тринадцать лет, как сейчас, а четырнадцать… нет, пятнадцать. В общем, тогда я точно была старше, чем теперь.

Нахмурившись, я попыталась припомнить, при каких обстоятельствах между нами произошел прошлый разрыв и что послужило его причиной.

– Трисс, – позвала я, – что-то не так?

– Нет, – сухо ответила она.

– Ты злишься, что я служу принцессе Лаперте, а не Найджел? – задала я прямой вопрос. – Тебе это не нравится?

Трисс медленно повернулась ко мне. Ее изящный подбородок дрогнул. Ну конечно, она же доверенное лицо принцессы Найджел, а происхождение матери Руперта во дворце – секрет Полишинеля. Даже если Трисс ничего не знает наверняка, уж точно слышала пересуды.

Трисс вдруг протянула руку и с неожиданной силой сжала мое плечо.

– Лари, – ласково сказала она. – Лари, запомни: мне все равно, кому ты служишь.

– Тогда почему ты злишься? – в отчаянии спросила я.

– Я не злюсь! – с жаром возразила Трисс. – Я просто… не ожидала…

– Чего?

– Что Луан в самом деле… Нет-нет, – перебила она себя. – Тебя все это не касается. Прости…

Как меня не могло касаться что-то, в чем замешан Луан? Растерянная, я было схватила Беатрис за руку, но она, резко отшатнувшись, выбежала из гостиной и метнулась вверх по лестнице, ведущей в дальние комнаты, – только каблучки застучали по ступеням. Она так спешила, что даже не попрощалась.

Я постояла посреди пустой гостиной, глядя туда, где только что была Беатрис, а потом медленно вышла из особняка. На глаза наворачивались слезы. Оставалось только надеяться, что, как и прежде, моя Трисс вернется ко мне сама. И что на сей раз я хоть что-нибудь пойму.

Глава 3. Погружение

Наступила зима. Миновал уже целый год с тех пор, как я попала в Красный дворец.

После церемонии посвящения Луана я еще несколько раз навещала Трисс в ее городском доме, но она оставалась все так же холодна со мной. С одной стороны, это было ожидаемо, ведь я попала в свое прошлое, проживала жизнь второй раз, а значит, и события былого обречены повторяться. Но, как ни крути, Трисс оставалась моей самой близкой подругой, и мне было больно видеть ее отчуждение.

Идя по коридору, в котором гуляли зимние сквозняки, я размышляла, не попытаться ли еще раз увидеться с Трисс. Может быть, что-то все же изменится?

Настал новый год. Теперь мне было тринадцать, а Руперту – четырнадцать. В шестнадцать, как я помнила, он станет наследным принцем. За минувший год я уже привыкла к нему, и он со мной тоже, кажется, более или менее свыкся. По крайней мере, теперь он не злился на мою лесть, а просто делал вид, что не слышит ее. Какой-никакой добрый жест с его стороны, и я, благодарная за эту небольшую уступку, старалась вести себя с ним помягче.

Вот и сегодня я шла в его спальню прямиком из кухни, где для Руперта разогрели пирожки, купленные мной на рынке. Ему пришлась по нраву выпечка, которую я принесла из своей первой вылазки в город, и теперь я покупала ее для Руперта всякий раз, когда брала увольнительную. Мне нравилась собственная предупредительность, пусть вкус нашего будущего императора и был весьма невзыскателен.

Словом, когда произошло то, что произошло, я просто не могла понять, за что мне все это. Я все делала правильно, была старательной и послушной! И вдруг…

Я замерла как мышь, изо всех сил моля небеса о помощи, но они оставались безучастны к моей беде. Клянусь, я не хотела этого. Да я на чем угодно могла поклясться, что вовсе не собиралась подсматривать, как он переодевается! Вот только вряд ли Руперт мог в это поверить.

Не смея поднять лицо, я как заколдованная смотрела на тарелку с пирожками в своих руках и мысленно заклинала его: ну давай, скажи что-нибудь!

Ну хоть что-то!

Мне казалось, еще немного – и от этой звенящей, напряженной тишины волосы встанут дыбом. Я чувствовала на себе взгляд Руперта – тяжелый, изучающий сверху донизу. Сейчас я ясно ощущала, насколько он вытянулся за прошедший год, и понимала: чем выше он становился, тем страшнее мне рядом с ним.

А уж теперь…

– Посмотри на меня, – хрипло приказал он.

«Ой, нет, не надо!» – мысленно взмолилась я.

Этот голос пугал меня больше, чем тишина, которую он нарушил. В последнее время на улице Руперт в основном отмалчивался, ведь стоило ему открыть рот, как он с лихвой разоблачал себя. Сипловатые, низкие, угрожающие нотки в голосе никак не могли принадлежать юной девице. В самом деле, нежная и хрупкая принцесса, которая басит так, словно вот-вот задушит кого-нибудь голыми руками, – то еще зрелище.

– Ты что, не слышишь? – медленно проговорил он. – Приказываю тебе посмотреть на меня.

Сейчас в его словах не чувствовалось намерения напугать меня, но от произошедшего я и так тряслась как в лихорадке. Медленно, дюйм за дюймом, словно заржавевший металлический солдатик, я стала поднимать голову, а плечи мои напряглись в ожидании удара. Мой взгляд скользил по торсу Руперта, по его плоской груди, которую уже никак нельзя было перепутать с девичьей. Наконец, я встретилась с его льдисто-зелеными глазами – и сразу же опустила голову.