"Фантастика 2026-119". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Абдинов Алимран - Страница 1092

— Отлично, — Лотфи взглянул на Ленгтона: — Еще четыре вопроса?

— Да, — ответила мумия.

— Твою же мать, я не у тебя это спрашивал.

— Ха-ха! — начала смеяться Моргана своим писклявым крысиным голосом.

— Ленгтон это разве считается? — спросил я.

— Да, — ответила мумия.

— А! — крикнул Лотфи.

— Ха-ха! — смех Морганы усиливался.

— Жрец, отвечай лишь когда мы задаем вопрос лично тебе, ясно? — проговорил Ленгтон.

— Да, — ответила мумия.

— Твою же мать! — теперь выругался я. Лотфи приложил руку к губам приглашая всех сохранять молчание.

— Знаете как настоящий демон я не могу пройти мимо возможности сделать подлость, — пропищала Моргана.

— Нет, ты не задашь вопрос, — Ленгтон в ужасе начал отрицательно качать головой.

— Задам, если только ты не поклянешься мне, что как только мы выйдем отсюда ты вернешь мне мой истинный облик.

— Вот ты хитрая! — отреагировал профессор.

— О нет, по сравнению с Ленгтоном я сущий ангел. Думаю мы договорись Ленгтон, ведь в противном случае я построю свое предложение с вопросительной интонации, — Моргана вновь издала высокий писк, который можно было расценить как смех.

— Ленгтон черт возьми дай ей уже то, что она хочет! — я повысил голос взглянув на жреца.

— Хорошо. Клянусь, что как только мы разберемся с этим жрецом я расколдую тебя. Теперь прошу дай нам возможность решить наш вопрос.

— Вот и хорошо. Не буду вам мешать строить свой последний ценный вопрос, — Моргана разлеглась на черепе прекратив пищать и лишь ее глаза черный как бусинки напоминали о ее присутствии.

— Я рад, что вы закончили, — я иронично улыбнулся.

— Если мы сейчас неправильно построим предложение, с ним что-то случится. Воспринимайте мои слова в вопросительной интонации, — проговорил Лотфи.

— Да. Он вновь умрет и поднять его будет возможно лишь через 24 часа, — ответил Ленгтон.

— Мне кажется ты должен был предупредить их об этом прежде чем оживлять гребанного жреца, — сказала Моргана, но как только на нее упал гневный взгляд Ленгтона она тут же добавила: — Все-все, молчу!

— Ах, черт с ним. Через 24 часа точная информация, — я лишь приподнял бровь придавая сказанному фактор вопроса.

— Точно. Ну, так в древних свитках написано, я лично не пробовал.

— Ленгтон, иногда мне хочет тебе врезать, — гневно воскликнул профессор.

— Ты же эмиссар Владыки Логики, где твое спокойствие? — отшагнул назад Ленгтон.

— Зачастую на нас вешают ярлыки и ждут, что мы будем вести себя в соответствии с этим, однако сердцу и эмоциям не прикажешь, — ответил Жрец Солнца и рухнул обратно в свой гроб.

— Класс! — проговорил Лотфи: — Нам теперь ждать 24 часа тут? Или может быть мы сможем утащить этот гроб в твоем чудо сундуке? — ирония била ключом.

— Может ты сможешь открыть портал для нас? — спросил я.

— Могу, только как нам поступить с остальными? Они ведь ждут на корабле, — Ленгтон медленно убирал свои ритуальные предметы обратно в сундук.

— Я не оставлю Оливию, — тут же воскликнул Лотфи. Действительно профессор слабо походил на того холодного и рационального человека, которого я встретил пять лет назад. Сейчас он был ведом лишь эмоциями и непредсказуемыми всплесками гнева.

— Тогда может быть Ленгтон подождет тут? Мы приведем остальных к трону, Ленгтон проведет нас к гробу и вместе мы переправимся через портал, — предложил я оглядывая своих союзников. Те согласились и вместе мы вернулись назад к стене за которой находился трон. Колдун вновь прочитал свое заклинание и стена стала бесплотной позволив нам легко покинуть гробницу.

— Буду каждые пятнадцать минут открывать вам проход. И в следующий раз нужно будет добыть все нам телефоны, — крикнул напоследок Ленгтон прежде чем стена вновь стала плотной.

— Однажды я прибью его и тогда, — воскликнул Лотфи, но не продолжил свою мысль. Перед нами предстала картина, трудно поддающаяся описанию. Храм Абу Симбел рушился на глазах. Потолок уже упал и мы замечаем как небо затягивают мрачные тучи. Каменные блоки, которые казались вечными разлетаются на мелкие осколки, создавая гул и сея пыль. Прах и дым поднимаются в воздух. Люди вокруг паникуют и бегут в ужасе пытаясь спастись от преследующих их монстров. Странные насекомообразные существа неустанно атакуют людей, кусают их и разрывают на части.

— Что тут происходит? — я пытаюсь разглядеть в бегущей толпе Марти, но хаос происходящего отвлекает внимание.

— Бежим к выходу! — Лотфи устремляется вперед расталкивая людей. Я понимаю, что в данные момент им движет лишь обеспокоенность Оливией и ничем другим. Ускорившись я пытаюсь поспеть за ним, но стоит отдать должное характеристикам профессора — он чертовски быстрый. Добравшись до выхода мы пробиваемся через орущею толпу и оказываемся снаружи.

— Твою же мать, — вырвалось у меня.

Река Нил высохла, оставив за собой огромную пустошь. Лодки и корабли застряли в грязи, а на дне осталось лишь немного влажной грязи и камней. Наш корабль разломан по пополам, будто кто-то разрезал его большим острым тесаком. Люди в ужасе толпятся возле места, где до этого стояли статуи фараонов. Теперь они исчезли — испарились. Я поднимаю взгляд на солнце, которое медленно скатывается вниз, хотя сейчас должен быть полдень. Из храма начинают доносятся жуткие истошные звуки и на свет выходят ожившие мертвецы. Видимо те, которых убили монстры теперь оживают из-за проклятия Плода Смерти и Магии.

— Дункан, — через вопль и крики я слышу голос профессора. Тот не отводит взгляда от разрубленного на двое корабля.

— Лотфи, — нам нужно вернуться обратно в храм к Ленгтону!

— Дункан…нас не было не больше двадцати минут…как… — Лотфи замолчал. Нас накрыла массивная тень фараонов.

Интерлюдия 3: Двадцать минут

Абу-Симбел, западный берег Нила, Египт. За двадцать минут до разрушения храма.

— Нам два кофе, пожалуйста, — Оливия уселась за столик на палубе.

— Сейчас быть кофе, — с ужасным акцентом проговорил официант и поспешил обслуживать другого клиента. Газель стояла у перил наблюдая за тем, как лучи полуденного солнца играют на поверхности воды.

Прежде чем сесть на корабль обе девушки заглянули в магазинчик одежды и теперь на обоих были широкие штаны, легкая рубашка из хлопка и сандалии. Учитывая, что Оливия не меняла своей одежды уже пять лет, а Газель успела испачкаться, убивая шакалов Сета — в свежей одежде обе чувствовали себя намного лучше. Единственным отличием прикида Газель от Оливии была ярко-желтая сумочка с металлическими застежками. Сумочка казалось маленькой и удобный, но при ближайшем рассмотрении можно было заметить, что швы сумки слегка износились. Будто в сумочке находилось что-то тяжелое и большое. Никто и подумать не посмел, что в этой самой сумочке невинная на вид девушка прячет два пистолета выкованных в ангельской кузне.

— Газель, можно задать тебе личный вопрос? — поинтересовалась Оливия, когда официант принес две чашечки турецкого кофе. Он расположил два маленьких подноса с кофе, холодной водой и угощением в виде рахат-лукума.

— Да, конечно, — Газель оторвалась от лицезрения воды и уселась напротив Оливии.

Оливия прикоснулась к чашечке, затем резко отдёрнула руку, хотя кофе не был горячим. Взглянув на бывшего ангела, девушка еще несколько мгновений не решалась открыть рот, но затем будто собрала волю в кулак и спросила: — Ад действительно существует?

— А можно встречный вопрос? — улыбнулась Газель.

— Да.

— После всего увиденного и пережитого тобою, ты действительно задаешь мне такой вопрос?

— Ты права, — потянула агент национально безопасности: — Просто, ты ведь знаешь про мое проклятие.

— Ленгтон упоминал, — Газель опустила взгляд, как бы сочувствуя своей собеседнице.

— В таком случае ты знаешь, что всем Бекинсаль суждено попасть в ад после смерти. И что этому никак воспротивится. Я подумала…хотя не важно, — девушка отпила кофе, закусила рахат-лукумом и собиралась сменить тему, как вдруг Газель заговорила.