Троянская война - Кун Николай Альбертович - Страница 5

Покинув Филоктета, греки отправились в дальнейший путь и наконец пристали к троянским берегам, где ждало их столько трудов, опасностей и великих подвигов.

Первые девять лет осады Трои

Обрадовались греки, что окончено их долгое плавание. Но когда приблизились они к берегам, то увидели, что их ждало уже сильное войско троянцев под предводительством Гектора, могучего сына престарелого царя Трои Приама. Как было пристать грекам к берегу? Как высадиться? Видели все герои, что погибнет тот, кто первым ступит на троянский берег. Долго колебались греки. Наконец юный герой Протесилай, полный решимости пожертвовать собой ради общего блага, решил первым броситься на врага, хотя знал, что гибель грозит ему. Решив пожертвовать собой, все забыл Протесилай; забыл он о родине, забыл и о прекрасной жене своей, юной Лаодамии. Соскочил с корабля на берег Протесилай и с обнаженным мечом бросился на врагов. Потряс своим тяжелым копьем великий Гектор и насмерть поразил он юного Протесилая. Мертвым упал тот на берег. Он первый обагрил своей кровью троянскую землю.

Лишь только пал Протесилай, как греки дружно бросились с кораблей на врагов. Закипел кровавый бой. Со стоном падали в прах воины, пораженные насмерть. Грудь с грудью бьются герои. Со стороны троянцев сражался герой Кикн, сын владыки морей Посейдона. Все тело его было белое, как перья лебедя, и твердое, как сталь, ничем нельзя было нанести рану Кикну. Исполин ростом, могучий, как титан, одного за другим поражал Кикн греков, производя сильное замешательство в их рядах. Наконец выступил против Кикна могущественнейший из греческих героев Ахилл. Потрясая своим копьем, бросился он на Кикна. Взмахнув могучей рукой, бросил копье Ахилл прямо в грудь Кикну, крикнув:

– Не знаю, кто ты, троянец, но ты можешь гордиться, что сразил тебя копьем Ахилл, сын богини Фетиды.

Но копье Ахилла отскочило от груди Кикна, как от стали, и Кикн ответил сыну Пелея:

– Ты дивишься, Ахилл, что твое копье отскочило от моей груди. Знай, что броня не нужна мне, ты не нанесешь мне раны, если я буду стоять пред тобой даже без доспехов. Я не сын, подобно тебе, какой-то там нереиды, я сын великого повелителя морей и всех морских божеств, Посейдона.

Взмахнул копьем Кикн и пустил им в щит Ахилла. Пробило копье девять бычачьих кож, которым покрыт был щит, и застряло в десятой. Опять пустил копьем в Кикна Ахилл, и опять оно отскочило. Пустил он в третий раз копье в Кикна, но невредимым стоял перед ним сын Посейдона.

– Не ослабела ли рука моя, – в гневе воскликнул Ахилл, – или притупилось копье Хирона?

Попробовал острие копья сын Пелея и метнул его с невероятной силой в грудь ликийского героя Менойта. Со стоном упал Менойт, и отлетела душа его в царство мрачного Аида. Вырвал Ахилл копье из кровавой раны ликийца и ударил им Кикна, но опять, словно незыблемая скала, стоял пред ним Кикн. Взмахнул тяжелым щитом своим Ахилл и три раза ударил с ужасной силой Кикна по лицу, а рукоятью меча поразил его в висок. Дрогнул Кикн и обратился в бегство. Настиг его быстроногий Ахилл. В изнеможении упал Кикн на землю. Придавил его щитом сын Фетиды, наступив на грудь, задушил ремнями его же шлема, стянув их вокруг белоснежной шеи Кикна. Увидав гибель Кикна, дрогнули троянцы, обратились в бегство и укрылись за неприступными стенами Трои. На следующий день было заключено между греками и троянцами перемирие, чтобы подобрать павших воинов и предать их погребению.

Предав земле всех убитых, греки приступили к устройству укрепленного лагеря. Вытащили они свои корабли на берег и расположились большим станом вдоль берега моря от гор Сигейона до гор Ройтейона. Со стороны Трои они защитили свой лагерь высоким валом и рвом. На двух противоположных концах лагеря разбили свои шатры Ахилл и Аякс Теламонид, чтобы наблюдать за троянцами и не дать им напасть неожиданно на греков. В середине лагеря возвышался роскошный шатер царя Агамемнона, выбранного греками предводителем всего войска. Здесь около шатра Агамемнона была и площадь для народных собраний. Мудрый Одиссей поставил свой шатер около площади народных собраний, чтобы во всякое время быть в состоянии выйти к собравшимся и чтоб всегда знать, что происходит в стане. Он, несмотря на то, что раньше так не желал участвовать в походе, теперь стал ярым врагом троянцев и требовал, чтобы греки во что бы то ни стало взяли и разрушили Трою.

Когда лагерь греков был устроен и укреплен, греки послали в Трою царя Менелая и хитроумного Одиссея для переговоров с троянцами. Греческих послов принял в своем доме мудрый Антенор и устроил для них роскошный пир. Всей душой желал Антенор, чтобы заключен был мир и удовлетворены были законные требования Менелая. Узнав о прибытии послов, Приам созвал народное собрание, чтобы обсудить требование Менелая. Явились в собрание все троянцы и Менелай с Одиссеем. Менелай в краткой, сильной речи потребовал, чтобы вернули троянцы ему жену его Елену и все сокровища, похищенные Парисом. После Менелая говорил Одиссей. Заслушались троянцы дивной речи мудрого царя Итаки. Он убеждал троянцев удовлетворить требования Менелая. Народ троянский готов был уже согласиться на все требования Менелая. Ведь уже сама прекрасная Елена раскаялась в своем опрометчивом поступке и жалела, что покинула дом героя-мужа ради Париса. И Антенор убеждал народ исполнить требования Менелая. Он видел, сколько бед повлечет за собой война троянцев и греков. Но не желали мира с греками сыновья Приама, и прежде всего, конечно, Парис. Неужели заставят его выдать Елену? Неужели отнимут у него всю его добычу? Он не хотел подчиниться народному решению, а его поддерживали в этом братья. Подкупленный Парисом Антимах требовал даже, чтобы троянцы схватили царя Менелая и убили его. Но этого не допустили Приам и Гектор, они не позволили оскорбить послов, находящихся под защитой громовержца Зевса. Колебалось народное собрание, не знало, какое принять окончательное решение. Тут встал троянский прорицатель Гелен, сын Приама, и сказал, чтобы не боялись троянцы войны с греками, – боги обещают Трое свою помощь. Поверили троянцы Гелену. Они отказались удовлетворить требование Менелая. Послы греков принуждены были ни с чем покинуть Трою. Теперь должна была начаться кровопролитная борьба троянцев с греками.

Заперлись троянцы в неприступной Трое; даже Гектор не осмелился покидать Трою. Греки же начали осаду. Они три раза пытались взять штурмом Трою, но это им не удавалось. Тогда греки начали разорять окрестности Трои и завоевывать все города, которые находились в союзе с Троей. Греки предпринимали против них походы по суше и по морю. Во всех этих походах особенно отличался великий Ахилл. Греки завладели островами Тенедосом, Лесбосом, городами Педасом, Лирнессом и другими. Много городов разрушили они внутри страны. Овладели и городом Фивами[12], где правил отец жены Гектора Андромахи, Эстион. В один день убил Ахилл семь братьев Андромахи. Погиб и отец ее. Но не предал труп Эстиона поруганию Ахилл, – боясь гнева богов, он предал его погребению[13]. Мать же Андромахи была уведена пленницей в стан греков. Богатую добычу захватил Ахилл в Фивах. Он захватил в плен и прекрасную дочь жреца Аполлона Хриса, Хрисеиду, и прекрасную Брисеиду. Хрисеида была отдана греками царю Агамемнону.

Все кругом Трои опустошали греки. Троянцы не смели показываться за стенами Трои, так как каждому грозила смерть или жестокий плен и продажа в рабство. Так, когда застиг Ахилл двух сыновей Приама, Иса и Антифа, на лесистых склонах Иды, пасших овец, он схватил обоих и, связав гибкими прутьями ивы, привел в стан. Только за богатый выкуп вернул он их отцу. Захватил в плен Ахилл и другого сына Приама, Ликаона, напав на него ночью в винограднике. Его продал в рабство Ахилл на остров Имброс[14]. Там купил его царь Лесбоса и увел в священную Арисбу[15].