Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Беннет Арнольд - Страница 1494

Я снова лег. Вспомнил, что после перелета Эмбер отправляла мне записи каких-то медитаций с инструкциями. Полез за телефоном, выбрал наугад один трек, прижал к уху. Гонг, звон колокольчиков, мужской голос, предлагающий сделать вдох. Я зажмурился, стараясь раствориться в процессе. Перед глазами встал испуганный взгляд Райи, я представил, как она сидит в гостиной у Джонатана и разбирает Шекспира, чувствуя себя ни много ни мало помазанницей Божьей. Тогда я начал вслушиваться в статический шум, в шипение, сопровождающее слова инструктора, в потрескивание помех. Я заснул.

Рано утром меня разбудил громкий стук в дверь, но его тут же вытеснило осознание, что мне ничего не снилось: ни голоса, спрашивающего, как я мог так поступить, ничего. Игнорируя стук, я потянулся за телефоном, пролистал историю звонков. Призрак подавал голос только после общения с Джонатаном, после того как я восхищался им, защищал его – и в нападках «мерабеллы» прослеживалась та же закономерность.

Я начал вспоминать ночь после завершения съемок «Человека из леса». Никаких звонков не было, я знал это наверняка, специально проверял. Пролистал список вызовов и убедился, что в последние три недели мне никто не звонил. Я пытался найти рациональное объяснение. Несс была на площадке всю последнюю неделю, ей ни к чему было звонить, но возможно ли, чтобы она ни разу не пыталась со мной связаться в течение двух недель до того? Я помнил только, как, будучи Харрисоном, сидел с Луанной у костра, рубил дрова морозным утром, свежевал попавших в силки кроликов. Я не помню звонков, но значит ли это, что их не было? Я попытался услышать голос таким, каким он являлся мне во снах. Там было потрескивание, как в медитации, щелчок на линии. Перед словами всегда был щелчок. Почему мне снился этот щелчок, откуда он взялся? Он был и в хижине.

– Адам, – раздался из-за двери голос Эмбер. Он вернул меня в реальность, и я, выкатившись из постели, открыл ей дверь.

– Можно ли очистить историю звонков? – спросил я, тыча в лицо телефоном.

– Что?

Она вошла в номер, толкая перед собой вешалку с несколькими комплектами одежды.

– Можно ли как-то понять, ну, по истории звонков, что ее редактировали?

– Не знаю, у тебя какая-то древняя модель, но…

Она заметила на столе микробутылочки и озабоченно посмотрела на меня.

– Я не пил.

Одарив меня подозрительным взглядом, она одним движением смахнула бутылочки в корзину для мусора.

– Прими душ и одевайся, – сказала она. – Мы едем на «Би-би-си».

Когда я вышел из отеля, одетый в стиле кантри с нотками высокой моды, Несс уже ждала в машине. Оказалось, что с ней связался дядя Райи, Барри, и этот звонок подкинул ей идею, как объяснить миру визит в психушку. Я ожидал, что она будет нервничать, злиться, раздраженно стучать по клавиатуре на экране смартфона, но всю дорогу она просто смотрела в окошко на залитые утренним солнцем улицы.

Нас провели в гринрум с заветренной выпечкой на столе и, вручив по стаканчику кофе из автомата, попросили подождать буквально пару минут. Я уже бывал в этой студии – давал интервью Джеду Фрэнсису и Элли Карвер в выпуске о кино на «Радио 5 Лайф». Им же рассказывал о «Человеке из леса» буквально месяц назад. Очевидно, меня позвали не ради обсуждения фильма.

Ассистент проводил нас в студию. Джед и Элли заканчивали обзор какого-то мультфильма, который сочли «слишком затянутым»; заметив меня, Джед показал большой палец, а Элли свои сложила щепоткой и поцеловала. Репортеры с левым уклоном, считающие себя интеллектуалами, всегда меня любили. Я олицетворял для них чистоту, напоминал о том золотом времени, когда кино считалось высоким искусством для серьезных людей – читай «снобов».

– Вот это сюрприз! – воскликнул Джед, картинно вскинув брови. – Свежеиспеченный обладатель премии BAFTA, легенда кино Адам Сили. Ничего, что я тебя в легенды записал, Адам?

– Не стоило, – скромно засмеялся я, входя в образ самокритичного гостя.

– Адам заглянул к нам перед отъездом в Штаты, где его ждет церемония вручения «Оскаров», а в качестве приятного бонуса с нами сегодня бессменный менеджер Адама, Ванесса Санджив-Никсон, и мы надеемся, что она поделится с нами парой закулисных секретиков. Спасибо, что согласилась прийти, Ванесса.

– Обычно нас, кровососов, из гробов не выпускают. Я рада, что мне разрешили вылезти ради такого случая. – Она смотрела на меня выпучив глаза. Приятно было видеть, что она тоже нервничает.

– Давай сразу к важному, Адам, – вклинилась Элли. – Кто шьет тебе костюм для церемонии?

Я улыбнулся, якобы не догадываясь, что перед интервью Несс отвела ведущих в сторонку и с настойчивостью дознавателя ЦРУ попросила не углубляться в «сложные темы».

Несколько минут мы посвятили обсуждению церемонии BAFTA, состоявшему из парада плоских шуток Джеда про рыцарей-дам и еще одного самоироничного комментария от Ванессы о том, как агенты после церемонии потрошили пакеты с подарками своих подопечных в поисках айпадов. Потом меня спросили про «Ночной поезд в Ростов», и я, как было оговорено заранее, принялся хвалить сценарий.

– Ты не против поговорить о сценарии «Человека из леса»? – спросила Элли, в одну секунду посерьезнев.

– Конечно, почему нет.

– У нас фильм в прокате всего несколько недель, так что без спойлеров обсуждать сложно, но ходят слухи, что ты попросил изменить сценарий, чтобы придать ему сходство с событиями, которые произошли, когда ты учился в университете.

– В театральном училище, – поправила ее Несс. – За «университет» тебя на месте закопают. Но ты права, в черновой версии сценария финал был другим. Не вдаваясь в скучные подробности кинопроизводства, скажу просто: правки вносятся буквально на каждом этапе работы над сценарием. Действительно, в случае с концовкой «Человека из леса» это произошло довольно поздно и по нашей инициативе. Но я хочу подчеркнуть, что Адам никогда не видел другой версии. Он читал окончательный вариант, тот самый, который так потряс зрителей. Это я предложила провести параллель с… Черт, как же сложно без спойлеров! В общем, это я решила, что Адам сыграет еще лучше, если отразить в сценарии трудный период его жизни.

– В Консерватории драматического искусства.

– Именно, – кивнул я.

Элли посмотрела на Джеда. Джед посмотрел на Ванессу, и та едва заметно кивнула.

– В день вручения BAFTA ты провел мастер-класс для нынешних студентов Консерватории, – сказала Элли.

– Было здорово туда вернуться.

– Но еще больше внимания привлекло то, что ты навестил бывшую студентку в больнице.

– Нам сообщили, что девушка, которой я помогал с оплатой учебы, вынужденно покинула Консерваторию из-за проблем со здоровьем. – Я чувствовал, что Ванесса не сводит с меня глаз. – Я поговорил с ее однокурсниками, узнал, в какой семье она росла, и понял, что у нас с ней много общего. Может быть, во мне говорил Харрисон, который теперь уже часть ДНК, но я чувствовал, что обязан ей помочь. И… Гм… Прошу прощения… – Я замолчал, прокашлялся, нагнетая неопределенные эмоции. – Мы часто не решаемся действовать, упускаем шанс поступить правильно из опасений, что наш поступок может показаться некорректным. Наверное, мне не следовало ездить к ней в больницу, но я хотел связаться с ней, протянуть руку помощи. Я знал, что, как только вернусь в Лос-Анджелес, с головой окунусь в подготовку к «Оскару», и Райя будет забыта.

– Ты даже встречался с ее дядей! – сказал Джед и рассмеялся, как диджей из девяностых.

– Я заплатил за ее обучение. – Я подхватил его смех. – Я чувствовал ответственность за то, что у нее не сложилось с учебой.

Ванесса выглядела такой довольной, что, казалось, вот-вот похлопает меня по руке. Барри позвонил ей сообщить, что они намерены поделиться с прессой своей версией событий. Но когда Несс в ответ изложила нашу – что я заплатил за обучение его племянницы и, узнав о ее трудностях, приложил больше усилий, чтобы ей помочь, чем ее родственники, Барри растерял весь напор, а Несс осознала, что мой поступок прекрасно вписывается в «нарратив», придуманный для моей рекламной кампании: человек, который не может остаться в стороне.