Спасти 6-го (ЛП) - Уолш Хлоя - Страница 104

Я клянусь.

– Ты такой лжец.

Разъяренная, я быстро подняла его на ноги и разразилась какой-то речью в адрес

учителя, прежде чем вывести его из класса, игнорируя взгляды и шепот, пока мы шли.

– С Джоуи все в порядке,Ифа? – крикнул нам вслед из-за двери класса наш учитель, мистер Бролли.

– Да, да, сэр, он великолепен. Это просто кровотечение из носа. Попросишь Кейси

собрать наши сумки за нас, - крикнула я в ответ, прижимая его к себе, пока я выводила

его из школы и направлялась к тому месту, где я припарковала свою машину.

– Не ненавидь меня, Моллой, - пробормотал Джоуи, падая на пассажирское сиденье в

ту минуту, когда я отпустила его, чтобы открыть дверь машины. – Ты – все, ради чего я

должен просыпаться по утрам.

Глава 67.Назад в собачий дом.

Джоуи

1 сентября 2004.

Я вернулся в собачий дом.

Я лежал на полу в ее спальне, совершенно голый, с пушистой белой подушкой под

головой и наброшенным на меня розовым одеялом, таким я оказался, когда пришел в

себя.

– Значит, он жив, - саркастически протянул знакомый голос.

Сильно дрожа, я медленно поднялся, чтобы обнаружить пару яростных зеленых глаз, уставившихся на меня.

Сидя спиной к двери, она сердито посмотрела на меня, когда спросила: – Что он тебе

дал?

Я открыл рот, чтобы солгать, но она опередила меня.

– Даже не думай лгать мне, - предупредила она, бросая кухонное полотенце, которое

лежало у нее на плече, мне в голову. – Если бы ты видел, что вышло из твоего тела, что

мне пришлось с тебя счищать, тогда бы ты знал, что лгать бессмысленно.

Испытывая отвращение к самому себе, я оглядел ее разгромленную комнату, ее теперь

разобранную кровать и подавил стон. – Неужели я…

– Разрушил мою комнату в процессе разрушения своего мозга? – быстро прошипела

она. – Ага.

– Прости.- Я выдохнул. – Я все уберу…

– Я уже сделала, - отрезала она. – И прежде чем ты подумаешь о том, чтобы сбежать от

меня без объяснения причин, просто знай, что каждый стежок одежды, который на тебе

был, в настоящее время находится в сушилке внизу. Итак, нет, Джо, я не хочу, чтобы

ты помогал убирать. Все, что я хочу от тебя - это ответы.

– Что ты хочешь знать?

– Начни с того, что ты принял сегодня утром.

– Черт.- Протянув руку, я обхватил затылок и вздохнул, прежде чем неохотно

признать:– Это мой промах.

– Промах.

Не было смысла лгать ей, даже если ложь была моим родным языком, чем-то, что я

унаследовал от своей семьи.

Но я не мог сделать это сейчас.

Взгляд в ее глазах сказал мне, что у меня был один шанс исправить это, и только один.

– Я не собираюсь оправдываться, - сказал я. – Этому нет оправдания.

– Нет.- Ее голос был хриплым от эмоций. – Нету.

– В отличие от сегодняшнего дня, я действительно пытался, - добавил я, проводя рукой

по волосам. – Больше, чем ты думаешь.

– Тогда почему?- Ее голос дрогнул, и я увидел, как слеза скатилась по ее щеке. – Зачем

это? У тебя все так хорошо получается. Я знаю. Я знаю, что ты не идеален, хорошо. Я

знаю, что ты куришь травку. Я знаю, что у тебя есть свои демоны и свои секреты, но

ты пытался. Ты не собирался так облажаться!

– Прошлой ночью он сломал нос Тадхгу, - услышал я свое признание. – И меня не

было там, чтобы остановить его.

– Твой отец?- Дыхание застряло у нее в горле. – Твой отец сломал ему нос?

– Да. Он сделал. - Я ответил категорично, ненавидя себя всеми фибрами души за то, что рассказывал ей вещи, которые она не должна была знать.

За то, что затащил ее глубже в мой поганый мир.

– Но он всего лишь ребенок, - воскликнула она, прикрывая рот рукой. – Он просто

маленький ребенок.

– Не имеет значения, - невозмутимо ответил я. – Жестокие алкоголики не видят

возраста или пола. Все, что они видят, - это боксерскую грушу, в которую нужно

целиться, когда эта идея приходит им в голову.

– Джоуи.

– Не жалей меня, - предупредил я дрожащим голосом, подняв руку. – Это не то, чего я

хочу от тебя. Никогда.

– Я не жалею, - прошептала она. – Я не буду.

– В любом случае, я не смог справиться с тем, что произошло прошлой ночью, -

признался я. Все еще не могу. – Итак, я сделал то, что обычно делаю, когда дома

становится слишком тяжело.-Я пожал плечами. – Я позвонил Шейну.

Слезы текли по ее щекам, когда она смотрела, как я наблюдаю за ней. – И?

– И.- Я тяжело вздохнул, прежде чем признать: – Я получил то, что мне было нужно, чтобы помочь мне справиться с этим.

– Что это было?

– Кое-что, чего я раньше не пробовал.

– Что-то плохое?

С горечью сожаления я кивнул в ответ, что заставило Моллой подавить огромный, выворачивающий внутренности всхлип.

– Ты не можешь делать это снова.-Вскарабкавшись на четвереньки, она подползла к

тому месту, где я сидел, и обняла меня. – Ты не можешь, Джо. Ты просто не можешь.-

Сильно плача, Моллой цеплялась за меня, как маленькая обезьянка, держась за мое

тело, как будто это было что-то очень важное для нее. – Ты мне нужен. Ты нужен мне, Джо. Ты не можешь сделать это с собой.

– Все в порядке. Потрясенный тем, насколько глубоко ее боль затронула меня, я обнял

ее. – Тсс. Все в порядке.

– Мы могли бы выбраться отсюда, - всхлипывала она мне в шею. – Ты и я. Мы могли

бы просто загрузить машину и оставить этот дерьмовый город позади. Я бы пошла с

тобой, Джо. Пошла. Я люблю тебя, - она продолжала всхлипывать, осыпая поцелуями

мою шею. – Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя так чертовски сильно, что мне

хочется умереть.

Я поверил ей, и это напугало меня больше, чем перспектива остаться.

Потому что я знал, что она была готова на все, чтобы помочь мне, и, в конце концов, этого было бы недостаточно, потому что я был слишком чертовски погружен в мысли.

Она была слишком хороша для меня, слишком чертовски хороша для всего мира. В

глубине души я знал, что мне нужно отпустить ее, чтобы дать ей хоть какой-то шанс на

будущее.

Но я просто не мог.

– Я не могу оставить их, Моллой, - прошептал я, крепче обнимая ее, когда ее тело

сотрясалось от рыданий. Я не мой брат. – Я должен остаться.

Глава 68.Смирились с душевной болью.

Ифа

1 сентября 2004.

Я никогда не хотела чтобы когда-нибудь снова пережить день, подобный

сегодняшнему.

Не было слов, чтобы описать уровень беспомощности, который я чувствовала, когда

наблюдала, как Джоуи взлетел, а затем грубо разбился и сгорел.

Я не была глупой.

Я могла видеть красные флаги, взлетающие во всех направлениях.

Проблема была в том, что я была слишком влюблена, чтобы прислушаться.

Потому что я знала, что за всей этой болью и дерьмом был кто-то, кого стоило спасти.

Он был хорошим человеком, который принимал ужасные решения.

Он не пытался никому навредить.

Он пытался выжить единственным известным ему способом – самолечением.

Даже когда я смотрела, как он отсыпается на моей кровати, я могла видеть душевную

боль, которую он олицетворял для меня, написанную на каждом дюйме его кожи.

Он собирался разбить мне сердце, я знала это. Я могла видеть, что это приближается за

милю, и я все еще не могла заставить свои инстинкты самосохранения включиться и

защитить меня от неизбежного.

Слушать, как он говорил о своем отце ранее, было самым откровенным, что он когда-либо был со мной.

Сидя посреди своей спальни, я не могла избавиться от ощущения, что мой мир

перевернулся.

Это был грандиозный прорыв.

Возможно, в этом упущении не хватало конкретики, и он держал гораздо больше карт у