Поменяться местами. Бунтарка и тихоня - Крымова Вероника - Страница 5

- Ты не понимаешь! - почти всхлипнула Беатрис, и в её глазах блеснули слёзы. - Я правда не могу! Я… погоди! Я сейчас!

Прежде чем я успела её остановить, тихоня вскочила на ноги и проворно кинулась прочь из кабинета, её лёгкие шаги быстро затихли в пустом коридоре. Я проводила её тоскливым взглядом.

Эх, сейчас точно дежурного приведёт.

Я ругала себя сквозь зубы. Почему я, чёрт возьми, не помнила наизусть заклинания уборки и восстановления? Мы изучали их на первом курсе по на уроке домоводства. Я тогда откровенно скучала, считая эту магию унизительной тратой времени и сил. «Вот ещё, расходовать силу на мытьё полов!» - думала я тогда. К тому же, всегда можно подсмотреть в учебнике… Всегда. Но не тогда, когда твой учебник в комнате общежития, а ты стоишь посреди собственноручно разгромленного кабинета, и тебя от отчисления отделяет всего пять минут, как раз столько требуется Беатрис, чтобы найти дежурного преподавателя и сдать меня с потрохами.

Я попыталась собрать самые крупные осколки руками, но вскоре плюнула на это бесполезное занятие, порезав палец о край стекла. И вот, когда я уже мысленно прощалась с академическими сводами, послышался осторожный скрип открываемой двери. На пороге стояла Беатрис. Одна.

В её хрупких ручках была зажата старая, потрёпанная по краям тетрадь в коричневом переплёте.

- Вот, держи, - прошептала Беатрис. - Там на пятой странице есть заклинание «Санитас и Реституцио», всё подробно расписано - и жесты, и интонации.

Я удивлённо вскинула брови.

- А сама почему не прочтёшь? - спросила я, принимая тетрадь.

- Я… - Беатрис снова опустила взгляд, покраснев. - У тебя лучше получится.

Н-да, а девица явно лукавила и что-то скрывала.

- Ладно, -открывая записи на нужной странице. - Давай попробуем. Скажи, если я что-то произнесу неправильно.

Я прошептала слова, вкладывая в них образ порядка, целостности, возврата к исходному состоянию. Воздух над полом задрожал, осколки стекла, большие и маленькие, зазвенели, поднялись в воздух и, как по волшебству потянулись к своим склянкам. Лужицы зелья перестали растекаться, а затем стали подниматься тонкими, переливающимися струйками обратно в свои пузырьки. Процесс шёл с лёгким шипением и потрескиванием. Через несколько секунд все склянки стояли на своих местах в шкафу, целые, как будто их и не разбивали.

Ну почти.

Зелья стало чуть меньше, но, если не присматриваться и не знать сколько его было, то и не заметно вовсе. И самое главное - то, что успело вылиться на меня, обратно в пузырьки не вернулось. Моя кожа по-прежнему сияла болезненной изумрудной зеленью.

- Слушай, какой отличное заклинание, - восхищенно пробормотала я, жалея, что мало изучала бытовую магию. - Честно говоря когда мы сдавали зачет, не помню чтобы оно так здорово работало. А тут, как будто и не было погрома, все целое!

- Это просто…заклинание чуть усовершенствовано, - смущенно промямлила Беатрис. - Это папина тетрадь…старая…

- Понятно, - отозвалась я.- А у тебя там в записях нет случайно способа, как вернуть коже нормальный оттенок?

- Не знаю, надо посмотреть, - с готовность отозвалась Торнфилд.

- Может, просто помыться можно? - с надеждой проговорила я, пытаясь оттереть зелень с тыльной стороны ладони, но кожа заблестела ещё ярче, как будто покрытая перламутровым лаком.

- Нашла! - просияла вдруг Беатрис, открывая тетрадь на нужной странице и тыча пальцем в аккуратные строки.

- Отлично, - ухмыльнулась я. - Читай быстрее.

- Кто, я? - ахнула тихоня, будто я предложила ей прыгнуть с башни.

- Ну да, - кивнула я. - Твоё же заклятие. Надеюсь, оно сработает так же хорошо, как предыдущее… - я бросила взгляд на шкаф. - Ты же наверняка отличница? Лучшая на курсе по бытовой магии?

- Я… я вовсе нет… я… ла-а-дно, - сдавленно протянула она, покраснев до корней волос. Её пальцы дрожали, тетрадь то и дело подпрыгивала в ее руках.

Она что волнуется? Или боится чего-то?

Беатрис начала читать заклинание медленно, сбивчиво, заикаясь на каждом втором слоге. И вдруг резко замолчала, зажмурившись.

- Ой, мне кажется, соринка попала… - промямлила она, отчаянно потирая правый глаз. - Я больше не могу… вот тут, продолжи сама…

- Что там у тебя? Дай посмотрю, - нахмурилась я, забеспокоившись. - Надеюсь, не осколок…

- Ерунда, просто читай лучше сама! - почти выкрикнула она, отпрянув от моей протянутой руки и сунув тетрадь мне прямо в лицо.

Пожав плечами, я взяла записи. Вдохнула поглубже, сосредоточилась на словах и жестах, и прочла заклятие громко и четко.

Раздался не хлопок, а скорее лёгкий щелчок, будто лопнул мыльный пузырь. По коже пробежало ощущение прохлады, как от ментоловой мази. Я посмотрела на руки. Ядовитый зелёный блеск таял на глазах, растворяясь, словно его смывали невидимой водой. Через несколько секунд моя кожа вернулась к своему обычному, слегка загорелому оттенку. Ни блёсток, ни зеленцы. Словно ничего и не было.

- Фух, - выдохнула я с облегчением возвращая тетрадь владелице. - Спасибо. От всей души! Ты спасла меня.

Беатрис лишь кивнула, всё ещё не глядя на меня. Довольная, я выпорхнула из кабинета и помчалась обратно в свою комнату, ощущая, как адреналин наконец отступает, сменяясь свинцовой усталостью. Когда я добралась до общежития, то буквально валилась с ног от усталости.

Да что это со мной? Конечно, я выложилась на тренировке на все сто, но устала не больше обычного. Странно, руки еле двигаются. В комнате было темно и тихо. Не раздеваясь, я рухнула на кровать, и буквально тут же вырубилась.

Мне снились странные, тревожные и обрывочные сны. Проснулась я с чувством, будто не отдыхала, а всю ночь таскала мешки с углём. Каждую мышцу ломило, голова была тяжёлой и пустой. Я открыла глаза, пытаясь сообразить, который час, и в тот же миг на меня плеснули ледяной водой из кувшина прямо в лицо.

- Эй, пустышка! Я же просила встать пораньше и принести мою форму из прачечной!

Надо мной, заслоняя тусклый утренний свет, нависала физиономия толстой девицы - косая сажень в плечах, растрёпанные волосы и маленькие, злые глазки, утонувшие в пухлых щеках.

- Эй, ты… совсем обалдела! - я села в постели, отряхивая мокрые волосы. Голос прозвучал как-то странно - выше, тоньше. - Ты вообще кто?

- Как ты со мной разговариваешь?! - рявкнул этот тролль в розовом халате, её дыханье пахло вчерашним луком.

- Даже если это шутка, советую прямо сейчас заныкаться под кровать и сидеть там как крыса, - прошипела я, чувствуя, как ярость закипает в крови. - Хотя с твоими габаритами ты вряд ли туда пролезешь.

- Ну, сейчас ты получишь! - девица схватила мою подушку, намереваясь огреть меня со всей дури. Я ловко увернулась - вскочила на ноги и, почти не думая, щёлкнула пальцами. Маленький огонёк, больше похожий на искру, чем на файервол, сорвался с кончиков и жалко чиркнул задиру по её необъятному заду.

- Эй! - взвизгнула она, подпрыгивая и хватаясь руками за своё драгоценную филейку. - Пустышка Торнфилд, у тебя что, магия проснулась? - в её голосе прозвучало не столько злость, сколько неподдельное изумление и даже испуг.

- Как ты меня назвала? - фыркнула я, но внутри что-то неприятно ёкнуло. - Комнаты, что ли, перепутала?

- Беатрис Торнфилд, так ведь тебя зовут? Почему не сказала, что магия проснулась?

ЧЕГО?!

Сердце пропустило удар, замерло, а затем забилось с бешеной силой. Я развернулась к зеркалу, висевшему на стене напротив кровати, и застыла, как вкопанная.

Из зеркала на меня смотрело не моё собственное, знакомое до каждой черточки лицо. На меня смотрело утончённое, бледное, с огромными испуганными глазами личико Беатрис Торнфилд. Худенькая фигурка в чужой, слишком изящной для меня ночной рубашке, казалась меньше моей собственной на полголовы. Светлые, пепельные волосы спадали на плечи. Я поднесла руку к лицу - и в зеркале тонкие, почти прозрачные пальцы Беатрис повторили движение.