Крутящий момент (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович - Страница 44

Я повернул ручку — дверь оказалась открыта. Вошел внутрь и увидел картину маслом. На полу, забившись под стол для допросов, полулежал вчерашний организатор, выставив перед собой руки в наручниках и тихонько подвывая на одной ноте. А над ним, согнувшись, стоял Филлмор и сосредоточенно лупил его пластиковым планшетом для документов. Билл держал его одной рукой, методично опуская скругленным уголком на голову прикрывающегося руками негра.

Судя по тому, что два угла планшета были заметно помяты, а допрашиваемый — равномерно покрыт десятками маленьких синячков, допрос шел не первый час. Я так обалдел от представшей передо мной картины, что просто закрыл за собой дверь и замер, наблюдая за происходящим.

Билл краем глаза заметил меня, поднял взгляд.

— О, это ты, — сказал он с выражением, словно мы встретились у себя в кабинете в рабочий день. — Хорошо, что пришел. Подозреваемый не хочет говорить. Иди сюда, помоги. У тебя есть что-нибудь потяжелее?

Все это произносилось им абсолютно буднично, без какого-либо намека на необычность ситуации. Он как будто попросил помочь с бумагой, застрявшей в печатной машинке.

А вот организатор, похоже, его настроения не разделял. Поймав мой заинтересованный взгляд, он, судя по всему, истолковал его как-то по-своему, поскольку исторг из себя что-то среднее между криком и воем, засучил ногами, пытаясь залезть глубже под стол, хотя и так уже уперся спиной в перегородку. А потом заорал:

— Не надо! Не надо! Я скажу! Скажу!

— О, — флегматично заметил Филлмор. — Получается, ты вовремя.

Он прошел в угол допросной, поднял лежавший там опрокинутый стул, поставил его к столу.

— Задержанный, присаживайтесь, начнем допрос, — вежливо произнес он.

Негр посмотрел на него затравленным взглядом, но все же вылез из-под стола и присел на стул, глядя на нас с опаской.

Стульев было всего два, и второй я без сомнений жестом уступил Биллу.

— Мне кажется, ты устал, — усмехнулся я на его вопросительный взгляд.

— Возможно, немного, — спокойно ответил Филлмор и сел.

Под тусклым светом лампы стало заметно, что у него под глазами залегли серые круги. Он явно не ездил сегодня домой. А если он провел в допросной всю ночь… Я посмотрел на сидящего напротив негра с легким сочувствием.

Я встал рядом с Биллом, а тот взял ручку и приготовился писать в том же планшете, которым только что так активно вел допрос. Включил лежащий на столе диктофон.

— Итак, задержанный, давайте начнем сначала, — сказал Билл.

Негр заметно вздрогнул.

— Как вас зовут?

— Питер Джексон, — ответил организатор, слегка запнувшись.

— За что вас задержали?

Негр помедлил, но посмотрел на Билла и все же ответил.

— За организацию нелегальных гонок.

— Хорошо, — кивнул Билл. — Какова была ваша роль в гонках?

— Я распространял информацию среди потенциальных участников, выбирал время и место, организовывал заезд, объявлял победителя.

— И-и-и? — протянул Билл.

— Собирал взносы и выплачивал победителю выигрыш, — с неохотой добавил парень.

— Замечательно, — пробормотал себе под нос Билл. — С какой целью вы это делали?

— Получение комиссии за организацию, — ответил негр.

— По чьему указанию вы это делали?

— По собственной инициативе, — сказал Джексон и отвел взгляд.

Билл тяжело и медленно вздохнул.

— Кажется, задержанному нужен перерыв, — сказал он, выключая диктофон, беря в руки планшет и тяжело поднимаясь со стула.

— Стойте! — закричал он. — Стойте! Я понял! Я скажу.

Филлмор сел обратно, включил диктофон и спросил снова:

— По чьему указанию вы организовывали гонки?

— По указанию Коуча.

Я внутренне улыбнулся. Есть.

— Полное имя Коуча?

— Я не знаю, — ответил парень.

Билл нахмурился и потянулся к диктофону.

— Клянусь, я не знаю! — закричал парень. — Его все зовут Коучем, даже ближайшие подчиненные! Он и сам так представляется!

Мы переглянулись. Негр, очевидно, паниковал, поэтому врать был не должен. Но это ощутимо все усложняло.

— Вы общались с Коучем лично? — зашел с другой стороны Филлмор.

— Да.

— Подробно опишите его.

— Белый мужчина, примерно сорока пяти лет. Высокий. Темно-каштановые волосы средней длины. Выраженные скулы, большой нос, кустистые брови.

Мы снова переглянулись. Это был портрет среднестатистического американца, который нам не давал ровным счетом ничего.

— Особые приметы? — спросил Билл

Джексон задумался.

— Кажется, была родинка на левой щеке, вот тут, — негр ткнул пальцем себе чуть ниже виска.

Он помолчал, но потом вдруг словно опомнился и добавил:

— Всякий раз, когда я его видел, он был в серой кепке с надписью NASCAR. Очень старой, потертой уже.

Это было уже кое-что.

— Подробно расскажите то, что знаете о гонках, проводимых Коучем, — попросил Филлмор.

Организатор нахмурился, на его лице отразилась борьба. Но Билл положил руку на краешек планшета, начав приподнимать его со стола, и негр все же заговорил.

— С тех пор, как я работаю на Коуча, было проведено пятнадцать гонок-квалификаций. Из них было отобрано двенадцать участников для проведения главного заезда.

— Почему двенадцать? — спросил Филлмор то, о чем я и сам хотел узнать.

— Одну вы вчера прервали на старте, — ответил он. — Еще две были признаны несостоявшимися. В одной победитель погиб на самом финише, во второй — был дисквалифицирован за контакт с машиной другого участника.

— Другой участник — это Флорес? — спросил я.

— Не знаю, — ответил негр. — Эту гонку организовывал не я.

— Сколько у Коуча всего организаторов? — продолжил допрос Билл.

— Кроме меня еще четверо, — ответил парень. — Помощников набираем сами по необходимости. Каждый должен был провести по три гонки-квалификации.

— То есть ты хочешь сказать, что твоя гонка была последней? — уточнил Филлмор.

— Да. Было запланировано пятнадцать заездов, чтобы отобрать от десяти до пятнадцати участников в основную гонку и подогреть интерес зрителей.

— Когда и где будет основной заезд? — спросил Филлмор.

Я затаил дыхание. Это был момент истины. Если мы сможем получить эту информацию — сможем и взять Коуча.

Негр крепко задумался. Остальные данные мы могли получить где-то еще на улицах. Но слив заезда будет означать, что он сдал нам своего босса с потрохами. И чем дольше думал парень, тем сильнее хмурился Билл. Однако примерно через минуту негр все же опустил взгляд в стол и произнес:

— Среда, полночь. Заброшенный аэропорт Хьюза.

Я покопался в памяти Соко и она выдала любопытный факт. Аэропорт Хьюза когда-то был одним из крупнейших частных аэропортов в Калифорнии. Он закрылся года три-четыре назад и сейчас действительно стоял заброшенным.

— Это невозможно, аэропорт охраняется, — сказал Филлмор.

Негр усмехнулся.

— Думаешь, если бы я хотел вас обмануть, не придумал бы что-то более правдоподобное? Я рассчитываю, что за эту информацию мне зачтется сотрудничество, — сказал он. — Все уже оговорено с людьми, которые организуют там охрану. С обеда на постах не будет ни одного человека. Там установят генераторы и прожекторы, чтобы осветить взлетную полосу. Для зрителей организуют транспорт. Вы бы знали, сколько стоят билеты, — Джексон покачал головой.

Кажется, когда парень перешел черту и сдал места заезда, он принял решение, что скрывать что-то уже не имеет смысла, и нужно полностью сотрудничать. И теперь пытается по максимуму скостить себе срок.

— Ну и как ты думаешь, почему пределом было именно пятнадцать машин? — вдруг спросил он.

Я не понял, а вот у Билла впервые за весь диалог натурально рот от удивления открылся — кажется, теперь он поверил организатору.

— Ширина взлетной полосы — сто пятьдесят футов. Пятнадцать стандартных автомобильных полос… — произнес Филлмор.

— Ага, — кивнул негр. — Ну, пятнадцать узких, уличных. А вот теперь, когда гонщиков осталось двенадцать — как раз на каждого придется по хорошей шоссейной полосе. Если все приедут, конечно — в большом заезде и взносы за участие большие. У них будет четыре тысячи футов прямой как стрела дороги. Но есть нюанс.