Смерть в райском уголке - Салливан Эмили - Страница 19

— Я даже не думал, что здесь есть церковь, — сказал он, когда мы свернули на тенистую дорогу.

— На самом деле это всего лишь маленькая местная часовня, — объяснила я. — В Корфу-тауне есть церковь гораздо больше, но, думаю, Бельведеры не хотели, чтобы местные глазели.

Мистер Дориан неодобрительно нахмурился.

— Да, подобные мероприятия часто привлекают зевак. — Он повернулся ко мне и робко спросил: — Значит… ваш муж похоронен здесь?

Я отвела взгляд, удивленная его вопросом:

— Он похоронен на Английском кладбище в городе.

Бормотание мистера Дориана походило на ругательство.

— Точно. Разумеется. Я не подумал…

— Все в порядке, — поторопилась заверить я. Меня переполняло странное желание успокоить его после того, как он завел разговор о моем покойном муже. — Это замечательное место. Хотя, наверное, было бы неплохо, если бы он находился ближе.

Я сразу поняла, насколько глупо прозвучали эти слова. Оливер и все, чем он был, исчезли в момент его смерти. Под надгробным камнем я похоронила всего лишь останки и ничего больше. Именно поэтому я редко посещала его могилу.

Мистер Дориан в ответ на мои невразумительные слова лишь кивнул:

— Конечно.

К счастью, мы как раз добрались до часовни, и я была спасена от еще большего позора. До начала службы оставалось несколько минут, и мистер Дориан предложил позаботиться о Морисе, пока я отдаю дань уважения усопшей. Да, Бельведеры выбрали маленькую часовню вместо большой церкви в городе, чтобы не привлекать внимание зевак, но я все равно была разочарована, увидев, как мало собралось людей. Флоренс и Кристофер о чем-то тихо разговаривали со священником в дальнем конце часовенки, пока несколько человек, живущих в округе, рассаживались по местам. Но насколько я могла судить, тетушки Дафны среди них не было.

Согласно традициям греческой православной церкви, гроб был открыт, чтобы дать людям возможность взглянуть на усопшую в последний раз. Пока я шла по короткому проходу, мой взгляд скользил по изумительным рукописным иконам, что украшали стены. Святые с огромными черными глазами мрачно взирали на меня в ответ. Воздух внутри потяжелел от аромата свежесобранных цветов, смешанного с дымным запахом ладана. Благовония всегда успокаивали меня, и, когда я опустилась на колени перед гробом, Дафна казалась такой умиротворенной, словно прилегла отдохнуть. Ее нарядили в простое белое платье с широким воротником, а темные волосы короной уложили на голове. Мое сердце вновь болезненно сжалось. Я вознесла безмолвную молитву господу, но, когда уже собиралась подняться, что-то сверкнуло в тусклом свете.

Подвеска.

Я наклонилась ниже, чтобы рассмотреть ее получше: тонкая цепочка скрывалась за воротником платья Дафны. Быстро оглянувшись, я убедилась, что в мою сторону никто не смотрит, затем глубоко вдохнула, вознесла молитву Всевышнему и осторожно потянула за цепочку. Из-за воротника выскользнула каплевидная подвеска из чеканного золота с витиеватым узором по краям. Если бы меня спросили, то я бы сказала, что подвеска не особо красивая, но, насколько я могла судить, она была отлита из настоящего золота, а потому наверняка стоила баснословно дорого. Один этот факт существенно сокращал список людей, которые могли позволить себе такое украшение, и, уж разумеется, если бы какой-то бродяга убил ее в попытке обокрасть, то точно не забыл бы прихватить с собой такую ценную вещь.

Прежде чем кто-нибудь обратил на меня внимание, я быстро вернула подвеску на место, перекрестилась, встала и заняла место в первом ряду. Вскоре в церковь вошел и мистер Дориан: он простился с усопшей, а затем скользнул на лавку и сел рядом со мной.

— Я отыскал тенистое местечко для Мориса и дал ему немного воды, — шепнул он.

Я улыбнулась и шепотом поблагодарила его. Бельведеры заняли свои места, и служба началась.

Любой, кто когда-нибудь посещал православную службу, знает, что они могут быть очень долгими, ну а поминальные службы длились и того дольше. Но я была благодарна за то, что Дафна получила прощание, которого заслуживала. Когда священник закончил, мы вышли в церковный дворик, залитый ярким солнечным светом, где тело Дафны нашло последнее пристанище.

Флоренс сдавленно вскрикнула, когда гроб опустили в землю, да и я сама едва не расплакалась. Дафна была так молода и, судя по нашей короткой встрече, очень инициативна. То, что от ее смерти так легко отмахнулись только из-за слухов, вызывало отвращение. Даже если они были правдивы, это совершенно не отменяло необходимость правосудия. Кто-то убил Дафну, и этот человек должен быть наказан.

Я почувствовала, как на мое плечо легла чья-то рука, а обернувшись, увидела, что мистер Дориан протягивает мне платок. Я взяла его и промокнула глаза:

— Спасибо.

Он кивнул, но не отвел серьезного взгляда от могилы. Могильщики уже принялись забрасывать яму землей, и другие гости начали расходиться. Мы направились к Бельведерам. Флоренс восстановила самообладание, но Кристофер по-прежнему выглядел потрясенным.

— Спасибо вам обоим за то, что пришли, — воскликнула Флоренс, схватив меня за руки.

— Не за что, — ответила я. — Это была чудесная служба.

Флоренс кивнула.

— Да, согласна. — Она взяла меня под руку и отвела в сторону, пока мистер Дориан и Кристофер о чем-то разговаривали. — Полиция нашла того бродягу и задержала для допроса. В его сумке лежал кусок мыла, сделанный Дафной.

— Боже, — выдохнула я. — Этого достаточно для ареста?

— Вероятно, нет, но это лучшая зацепка, что у них есть. Мы сейчас отправимся в участок.

— Очень любезно с вашей стороны, что вы с Кристофером этим занимаетесь, — сказала я. — Уверена, ее тетушка будет очень благодарна.

Флоренс слабо улыбнулась:

— Я все еще не получила ответа на свое письмо. Надеюсь, когда она напишет, я смогу рассказать ей, что случилось на самом деле.

Я еще не рассказала Флоренс о подвеске и о своих подозрениях, но сейчас было не самое подходящее время для этого разговора. К тому же полиции все было известно, и если у Грегора действительно при себе имелся брусок мыла Дафны, то его стоило допросить.

Мы вскоре распрощались, ведь Бельведерам нужно было отправляться в полицейский участок, а мне не терпелось вернуться домой к детям. Мистер Дориан отвел меня в тенистый уголок двора, где Морис довольно жевал сухую траву.

— Так, значит, вы тоже верите в эту бессмысленную теорию о том, что мисс Костас убил какой-то бродяга? — без обиняков спросил он.

Я с удивлением обернулась и наткнулась на его внимательный взгляд:

— Я так понимаю, вы — нет?

Он фыркнул и повернулся лицом к дороге:

— Это слишком удобная версия, особенно если учитывать, что полиция не спешит проводить расследование.

— Я и не думала, что вас так заинтересовало это дело.

Настал его черед удивленно вскинуть брови:

— Тело молодой женщины, убитой самым чудовищным образом, было найдено неподалеку от моего дома. Разумеется, я заинтересован.

Практически все мои знакомые относились к смерти Дафны как к очередной сплетне, и с моей стороны было неправильным предполагать, что мистер Дориан от них ничем не отличается. Я пробормотала извинения, но он меня проигнорировал.

— Что вы рассматривали в церкви?

— Что, простите? — спросила я, невинно моргнув.

Однако провести мистера Дориана оказалось не так просто. Он нетерпеливо фыркнул:

— Я видел вас, миссис Харпер. Что-то на теле Дафны вызвало ваш интерес.

Я тяжело сглотнула, не спеша делиться с ним своими подозрениями, ведь внезапно они показались мне невероятно глупыми. Но мистер Дориан выжидательно смотрел на меня, и у меня не осталось выбора.

— Ее подвеска. Вы ее видели?

Мистер Дориан нахмурился, пытаясь припомнить день, когда мы нашли тело девушки, но отрицательно покачал головой:

— И что с ней?

Я отвернулась. Наверняка я придавала этой детали слишком большое значение. Неудивительно, что инспектор с таким пренебрежением отнесся к моим словам.