"Фантастика 2026-101". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Конторщиков Виталий - Страница 1354

Ирия? Ирия пока протянет. А вот тот точно, если отъедет, будет мне трындец. Не знаю, почему, но чувствовал дыхание смерти, связанное именно с переходом в мир иной учителя. Что эти куры замышляли, я не знал. Но точно сами подставляться бы не захотели. Скорее всего, именно я готовился на роль козла отпущения. Подстава какая-нибудь? Чёрт его знает. Жаль раньше в себя не пришел. Сколько прошло времени, пока был без сознания? Хрен его знает… Ведь Ирию нужно было ещё и победить? Содрать с неё броню, провести воспитательную беседу, и так далее.

Голова наставника была бессильно опущена на грудь. Дыхание слабое-слабое. И пульс такой же.

Резким рывком выдрал кривое лезвие оружия из плеча. И сразу «Реаниматор». Мне они всё равно без надобности. Неуместная «рачительная мысль». И зачем только деньги тратил?! Вот за этим!

Наконец тело жертвы перекорежило, я его придержал, чтобы не завалился на землю. Но есть контакт! Жизнь возвращалась, судя по начинающим розоветь щекам. Дальше! Бросился обратно к девушке, ещё один укольчик. Тоже сначала выдернул оружие. Здесь обычный обоюдоострый, пусть и явно дорогой, прямой кинжал.

Вначале задумался о лечебных процедурах, которые необходимо было применить. Хотел даже от избытка чувств её средством Пламенного подлечить. Но голос разума остановил. Чистая? Значит, химию воспримет нормально. Её любовница весь этот бедлам устроила. Вывозите сами. Суки!

Пока пострадавшие приходили в себя, кристалл с Мэна затолкал в хранилище. Рядом с телом длинноволосого проявилось ещё два арта — их в подсумок. Дальше, сдергивал с сестры с членом всё, включая доспехи. Для их снятия потребовался малый кристалл. На такое не жалко! Без брони юнец, а, точнее, подлец и шакал, оказался ещё худее. Цыплячья тонкая шея с огромным кадыком — не успел вырезать, такие же тонкие скелетонские ручки и ножки, узкая впалая грудь. Мэн! Хоть Конаном представься, тебе это брутальности не добавило бы… Нет там "гёрл" или "транс" назваться… Но это от злости. И неудивительно: у меня у самого за плечами за три дня — кладбище, но всему есть предел. Троих беззащитных человек, вот эта сопля зарезала, как кур, походя. Да и тех, чтобы употреблять в пищу убивали, а не просто из любви к искусству.

И злоба внутри, лютая злоба. Лишил я клан перспективного члена.

Ну, ничего, ты сейчас сгодишься!

А потом и ещё одну мадам в объятия Холода отправлю.

Быстро все трофеи забросил в палатку. Вернулся и… и обомлел. Ирия, которая уже немного пришла в себя, в отличие от Никодима, вместо занятия чем-то полезным, сидела на земле, баюкала Амину и повторяла:

— Всё хорошо, моя девочка, всё хорошо… Не бойся, я с тобой…

Из обрубков ног раненой кровь уже не хлестала. Уже её вылечила? Или тоже автоматическая аптечка у твари сработала?

Если кто-то бы сказал, что я изумился, он бы погрешил против истины. Ибо это был шок. Тебя хотели убить страшным способом и готовы были это сделать, а ты… Сплюнул. Но меня это вряд ли остановит.

Как там ведьмы верещали? Кара? Она самая.

Да, что это сучка тут творит?! «Милая», «хорошая», «родная», «красотулечка ты моя»?!

В это время приковылял наставник, взгляд которого плыл, он явно до конца не понимал, где он и что происходило вокруг. Всё же Федины зелья лучше, пусть и действуют жестче. Или дело в полученных ранениях?

Я за ногу подтащил кадета или стажера прямо к Ирии:

— Прости… Прости… Прости, меня пожалуйста, ну прости! — ныла Амина смотря огромными глазищами на подружку.

— Тихо, тихо, моя хорошая. Всё теперь будет хорошо! — ворковала та.

— Это вряд ли! — жестко и четко произнес я, проговаривая каждое слово, выплевывая их.

С ненавистью посмотрел на обеих. И неожиданно проснулась веселая злость. Не обратил внимания, только сейчас понял: я ведь ничего не ощутил по отношению к сестре Вьюге даже, когда увидел её приколотой к столбу. Только сочувствие, обычное человеческое желание освободить, помочь. И никаких взоров горящих, екающих сердец. Как и полагал, но до последнего не хотел сам себе верить, всё дело в волшебных пузырьках. Феромонах, или специальных характеристиках, которые перестали на меня действовать. Так?

Стерва!

— Ты её не тронешь! — категорично заявила Ирия, но в глазах уверенности не имелось, как и у подружки на руках в них сразу заплескался ужас.

— И кто мне помешает? И что меня остановит? — спросил спокойно, а ярость уже готова была выплеснуться, перехлестнуть, настоящая, звериная, от которой жутило, и начинал бояться сам себя. Потому что столь сильная эмоция застит глаза настолько, что тебе становиться плевать, кого и как отправлять в Чертоги Холода.

— Например, я! — раздался за спиной знакомый голос, а меня в этот миг парализовало. Как стоял, так и обмер. И ничего не мог поделать, деревянный, мать его так, или бронзовый. Опять подлое чувство бессилия, едва не до слез, — Никодим, покури пока в сторонке, — последовало следующее указание.

Макс Северный. И как он здесь оказался? Зашел на огонек? Они заодно! Точно, заодно!

— Это… — хотел возразить наставник, но его остановил парень властным:

— Я сказал, покури в сторонке, — на последнем словосочетании нажим, — Это приказ. Сейчас со всем разберемся. А Стаф пусть пока побудет так, а то с горячки ещё что-нибудь натворит. Не хотелось бы калечить перспективного черного.

— Ирия! Что здесь происходит?! Отвечай! — а в вот этот голос был незнаком. Но его хозяйка вскоре очутилась в поле моего зрения, схватив сестренку за подборок, подняла вверх его. Впилась взглядом в глаза девушке.

Алиэль Нени, «чистая». И тоже сапфир, мать его так! И фигура такая же, броня идентичная, волосы только пепельные.

— Пошли-ка, подруга, поговорим! — опять приказал Макс через минуту, я думал он обращался к бывшей жертве произвола, оказалось к спутнице.

Обо мне понятно все забыли. Я так и продолжал стоять со злой ухмылкой. Памятник, мать его.

И в голове рой вопросов. Сколько их всего притащилось, и с какими целями? Хотя, раз наставник пока не выказывал возмущения, то ничего необычного. Следственные мероприятия? Но почему тогда со мной так обращались? Назначили виноватым за резню сходу? Или думали, что я в полном неадеквате?

Мог смотреть только в одну точку, хорошо удалились прибывшие недалеко. Говорили приглушенно. И думали, их никто подслушать не сможет? Я уникум? Вот ни в жизни не поверю! Почему тогда такие меры безопасности детские? И никто не предполагает, что их тайну может кто-то ещё узнать? Или просто меня вообще никак и никто в расчет не принимал? Тоже хорошо — обратная сторона веры в собственное тотальное, абсолютное превосходство над «грязными». Стереотипы, особенно в которые веришь сам, они порой сильнее разума. Поэтому и действенны, как ни что иное. Именно этот фактор и выступает причиной даже в моей реальности, что СМИ и пропаганда работала с ними.

— Что здесь произошло, полный отчет. Полный! — выдохнул яростно Северный.

— Сейчас, вот смотри это записи, Ирия только что всё переслала, — вполне спокойно и даже чуть устало ответила Алиэль, мол, чего пристал?

На пять минут воцарилась тишина.

— Твои предложения? — раздалось спокойное, видимо, ознакомился с «материалами дела».

— Грязного нужно убить! — категорично заявила дамочка, и зачастила, будто оправдываясь, — Нам лишние глаза ни к чему. Ирия будет молчать. Поклялась через ЦК. С Никодимом сложнее, но попробуем договориться. Амину уберем из Норд-Сити, а после Мертвого сезона, когда вернется, то никто и не вспомнит. Да, и…

Выходило, у Сестер какая-то между собой связь имелась? Или так быстро мессаги строчили? Расстояние в принципе позволяло. Убить… И я ничего не могу! Твари!

— Ты — идиотка, — перебивая, даже не спросил Макс — констатировал, — Убить? Серьезно? Хорошо. И кто это сделает? Кто возьмет грех на душу?

— Да, хоть я! Делов-то, — действительно, как высморкаться. И даже кулаки не сжать…

— Сколько у тебя рейтинг? Клановый? — последовал неожиданный вопрос.