Почувствуй мою боль (СИ) - Фарт Лена - Страница 16

Мы молчали. Минуты три я ни о чём не думала, смотря на поверхность воды, что издавала из-за ветра приятный шум. Дамиен же лежал с закрытыми глазами и часто дышал. А затем протянул мне бутылку, в которой было совсем немного жидкости.

— Я не пью, — сказала тихонько и почесала запястье. Оно вновь дало о себе знать слабым зудом.

— Почему же? Этот виски стоит целое состояние.

Сколько?..

Я нахмурилась. И что? Это ведь в любом случае отрава, хоть и дорогая. Богатые так бездумно тратят целое состояние на то, чтобы погубить себя. Это никак не укладывалось в моей голове. Будь у меня столько денег, я бы пустила их в нужное русло.

Глубоко вдохнула, почувствовав напряжение в теле. Время шло, а я ведь совсем не могла прийти к такому простому и сложному решению.

Просто секс...

Для него может и так. Но не для меня.

Я никогда не встречалась с парнями, не желая того, чтобы они видели мою метку и задавали ненужные и болезненные вопросы. И если честно — мне никто не нравился, кроме того друга детства, что сейчас разбивал моё сердце второй раз. Ломал жестоко и унижающе, запуская миллиард осколков в жизненноважный орган.

Я ненавидела Дамиена, но одновременно чувствовала к нему мучительную тягу. Душа и разум никак не хотели прийти к одному решению, из-за чего я металась в собственных мыслях, страдая от этого.

— Чего ты ждёшь, Элла? — спросил четвёртый сын, поднимаясь и принимая сидячее положение, но на меня не смотрел. — Хочешь лишиться денег?

Я вздохнула свежий ночной воздух.

Мне не нужны были его деньги. Я сама могла заработать в этом поместье на всё, в том числе на избавление от обоюдного проклятие, что связало наши души колючими цепями. Поэтому мне было всё равно на его слова. Я старалась успокоиться и настроиться на то дальнейшее, что скорее всего к чертям меня уничтожит.

Но я и с этим справлюсь. Раз другого выхода нет, я обязана избавиться от Дамиена Лам де Вель, чтобы не быть зависимой от его притяжения. Жить непринуждённо, идя к своим целям и мечтам.

Правда было то, что не давало мне покоя. В этом поместье мне предстояло проработать весь минимальный срок так, чтобы не пересечься с ним в дальнейшем. И как-то отпроситься у управляющего для того, чтобы избавиться от метки. Я надеялась, что он войдёт в моё положение и отпустит на процедуру удаления. А может даже сам Дамиен поговорит с ним, после чего наши пути разойдутся.

Я набрала полные кислорода лёгкие и медленно проговорила:

— Хорошо, Дамиен. Я избавлюсь от метки, но ты мне дашь на это нужную сумму.

Он усмехнулся.

— Конечно, дам. Я же сказал, ты получишь много денег, я хочу освободится от тебя. В детстве я совершил ошибку.

Ошибку...

— Мне не нужны твои деньги. Я прошу лишь на процедуру по избавлению. И ещё... чтобы твои братья не издевались надо мной, — последнее проговорила совсем тихо, боясь его смеха или злости на мою просьбу. Я ведь никто ему за исключением истинности. И вообще, он может сломать меня силой, заставив поехать в учреждение на удаление, и тогда я буду вынуждена решать ещё и проблему со Стефаном, Матеем и их девушками.

Я невольно вспомнила беловолосую девушку, что всё время была рядом с Дамиеном. Ей наверняка сейчас жутко больно от этой ситуации. А что чувствует сам четвёртый сын, я и вовсе понятия не имела.

— Ого, — он отпил последний глоток, ставя бутылку недалеко от себя. — Ты сейчас манипулируешь мной? Не надейся. Я услышал тебя, больше, чем нужно ты не получишь, — он выдохнул. — И по поводу Стефана и Матея можешь не переживать.

Я нервно кивнула, сцепив пальцы в замок. Я рассматривала их, ощущая в груди бешеный стук сердца. Стало немного легче от его последних слов.

— И что дальше? — тихо спросила, боясь повернуться к четвёртому сыну. Мои щёки покраснели от одной лишь мысли о том, что мы сейчас будем делать. — Нужно раздеться?..

— Не утруждайся, — выдохнул Дамиен, поднимаясь с песка и отряхивая одежду. — Мне это неинтересно.

Поджав губы от его слов, я напряглась. Смотрела на берег перед собой, краем глаза заметив, что он уходит. Я растерялась.

Это была шутка, да?..

Я соскочила с песка, совсем не обращая внимание на лёгкую тупую боль в теле. Последовала следом за Дамиеном, соблюдая нужное расстояние между нами. Шагала позади и не понимала своих ощущений. Мне было и легко от того, что не пришлось совершать такой серьёзный шаг, и в тоже время мне было беспокойно внутри. Это ведь значило, что до избавления от метки нас будет вот так вот шатать от притяжения. Только вот спросить ничего я не решалась.

Так я шла в раздумьях, пока мы не подошли к какой-то пристройке. Дамиен взобрался по ступеням и открыл электронный замок на двери отпечатком своего большого пальца.

— Заходи, — мрачно произнёс, приглашая меня во внутрь.

Всё моё тело сковало страхом и жаром одновременно. Тем раскалённым чувством, что зародилось в груди, а после упало прямиком в низ живота.

19. Боль

Я сжала в пальцах ткань своего служебного платья и сделала шаг в неизвестность. Туда, где сейчас было темно и где случится то важное, что послужит нашей дальнейшей свободе от притяжения и ненужной метки. Это и пугало меня, и придавало решительности тем, что я достигну наконец одной из своих целей. Страх, конечно, перевешивал, но пути назад не было.

Дамиен зашёл следом за мной. От того, как хлопнула позади дверь, я вздрогнула, обхватив себя за плечи. Боялась повернутся и слышала отчётливое дыхание четвёртого сына, что стоял прямо за мной.

Атмосфера нагоняла тревогу, отчего я задрожала. Находясь рядом с истинным, меня прошиб жар и невероятная тяга к нему, только вот ситуация явно была не подходящая. Нас тянуло друг к другу, но умом мы понимали, что это ненастоящее. Навязанное судьбой чувство — желание обладать друг другом.

Я снова вспомнила тот чёртов день в лагере. Когда друг детства перестал говорить со мной. Когда злые девчонки принялись оскорблять меня и толкать. Я тогда находилась на нашей с Дами заброшенной площадке. Забралась на высокий турник и сидела на нём, болтая ножками, боясь, что с меня спадут сандалики. Они были больше, чем следовало, зато очень красивые — яркие жёлтые с нашивкой в виде бабочки. В нашем с Габри районе лишь у меня были такие. Из-за них вообще многие хотели тогда дружить со мной.

И вот я, сидя на турнике, напевала песню из популярного тогда мультфильма, ждала своего друга, чтобы мы поиграли в мяч, как обычно, или покидали камни в мишень на дереве. Только вот Дами не пришёл ко мне. Вместо этого пришли девчонки, что принялись издеваться надо мной. Пугали снизу, пока я сидела на высоте, а после ушли. Но стоило мне прийти к своему корпусу, как они снова принялись дразниться. Я даже заплакала тогда от обиды, ведь мой друг не пришёл, как делал это раньше.

Я подумала, что может он чем-то занят, только вот девчонки смеялись и говорили о том, что теперь у меня нет защитника. И даже после, когда все дети пошли в столовую на ужин... Там был Дами. Он сидел со своим отрядом и даже не отреагировал, когда мы встретились взглядами. Молча отвернулся, продолжая болтать с мальчишками. Я не понимала, в чём причина. Собиралась подойти к нему, так и не притронувшись к еде, только вот мне поставили подножку, и я упала между рядов со столами, а девчонки громко засмеялись. Как, впрочем, и мальчишки. Я подняла голову к Дами, но он продолжал молча есть, словно мы не друзья больше. А тем же вечером на моём запястье вспыхнула метка. Так чертовки не вовремя, ведь уже тогда я не могла нравиться Дами, он же даже не встал на мою защиту! Игнорировал меня и вообще — смотрел, когда видел меня так, словно я грязная и никчёмная. Та, с кем дружить нельзя.

У меня тогда остался лишь один собеседник, правда он не отвечал на мои вопросы. Кажется, его звали Рус. Мальчик, с которым также, как и со мной никто не общался. Его левая сторона была прикрыта тряпочной фиолетовой маской с изображением супергероев.