"Фантастика 2026-74". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Голд Джон - Страница 1354

– Значит, вы хотите заявить о краже? Но с чего вы взяли, что найдете воров именно здесь?

Предводитель нежданных гостей презрительно встопорщил свои усы:

– А как же иначе? Пока мы спали после злой бури, вы этим и воспользовались. Потому что все следы ведут только в вашу сторону. Мы это специально проверили. Да и ваши боевики потом повторно наведались. Видно, не терпелось сделать второй рейд.

Говорил он по-английски превосходно, но с хорошо слышимым итальянским акцентом. А глазки так и бегали по всему храму цепким взглядом. Причем чаще всего останавливались на темнеющих проходах во внутренние помещения. Кажется, он догадался, что люди там остались и могут вполне оказаться вооруженными не хуже присутствующих.

– И что же именно у вас украли? – продолжал интересоваться Броди самым светским, ни к чему не обязывающим тоном.

– Две видеокамеры, несколько фотоаппаратов и наш рабочий компьютер со всеми техническими данными наших исследований.

От такой наглой лжи Карл Пузин на другом фланге обороны не выдержал и с сарказмом запричитал на беглом итальянском:

– О мадре миа! Какой ужас! Столько бесценной оргтехники! А больше у вас ничего не украли? Например, большой котел с макаронами?

Один из гостей медленно потянулся за пистолетом, но усач только коротко отрицательно крякнул и вновь повернулся к руководителю археологической экспедиции:

– Ваш коллега изволит шутить, а у нас действительно большие неприятности.

«Ну еще бы! – мысленно воскликнул Броди. – Особенно если у вас из-под носа еще и трупы кто-то спер! Но скорее всего, именно вы их где-то и припрятали. Вот только зачем к нам решили наведаться?» А вслух спросил:

– А если у нас вашего имущества нет?

– Тогда у нас к вам не возникает больше никаких претензий. Мы сразу великодушно извиняемся и уходим.

– Как видите, – Александр Константинович пожал плечами и с некоторой издевкой обвел руками все огромное помещение, – здесь ничего вашего нет.

– Здесь – да, – согласился усач. И указал на штабную палатку: – А вот там – не уверен.

– Что вы этим хотите сказать?

– Наверняка наши пропавшие предметы находятся именно там.

– С чего бы это такая уверенность? – Броди никак не мог понять, о чем идет речь и на что преступники надеются. Но решение пришло сразу же: – Какой модели был ваш компьютер?

Когда прозвучал ответ, он отрицательно мотнул головой:

– Нет, наш ноутбук совершенно другой марки.

– И все-таки, – не унимался главарь вооруженной группы, – вы разрешите на него взглянуть? Хотя бы внешне? Если это не наш, мы сразу уходим.

– Странные у вас требования… Ну да ладно, смотрите. Только входите один.

Броди приподнял полог входа в палатку, а усач подошел ближе и показательно засунул свои руки в карманы брюк. Мол, я и трогать-то ничего не собираюсь. Закралось подозрение, что он хочет просто тщательно высмотреть обстановку в самом сокровенном месте экспедиции и что-то вынюхать. Но спорить не хотелось, да и на виду ничего там важного не было.

Вдвоем они зашли внутрь, и Александр Константинович указал на стол:

– Вот, это наш.

Словно припоминая и сомневаясь, усач открыл ноутбук самой лучшей и последней модели. Лариса не поскупилась, приобрела его еще в Испании. Таким приобретением госпожа генеральный спонсор по праву гордилась и радовалась ему как ребенок.

Гость рассмотрел внутреннюю панель, разочарованно замычал, а потом аккуратно прикрыл экраном. При этом он быстро и деловито обшаривал взглядом все остальные углы палатки.

– Увы! Действительно не наш. Поэтому сразу приношу самые искренние извинения и сожалею по поводу моей чрезмерной подозрительности. Прошу еще раз прощения. И разрешите откланяться.

Все так же цепко рассматривая все детали внутреннего интерьера, он вышел в зал, прошел мимо своих подельников, увлекая их жестом за собой, да так и покинул храм, не добавив ни слова.

– В джипе у них еще двое, – добавил в наступившей тишине Оливер. – Почему-то не сомневаюсь, что и они с оружием.

А Карл Пузин уже выглядывал в ночную темень, вслед за ушедшими, откуда доносился звук мотора. Затем повернулся к товарищам:

– Уехали! Этот макаронник хоть извинился?

– Как ни странно, да. Мне кажется, он просто хотел высмотреть внутренности палатки. Вот только не могу понять, зачем ему это.

Во время последних высказываний из прохода появились и все остальные. А идущая впереди всех Лариса на последние слова супруга добавила с явной озабоченностью:

– Как эти чудища осмелились угрожать тебе оружием? Надо немедленно связаться с большой землей и срочно затребовать подкрепления полиции.

Вполне естественно, что в это время все, кто был в курсе, думали о несметных запасах серебряных слитков, которые находились в хранилище древнего храма. В данный момент этот найденный накануне металл не радовал, а только мог притянуть еще большие проблемы. В следующий момент заговорили, заспорили и стали обмениваться мнениями почти все одновременно. Только недавние утопленники скромно присели на ступеньку возле пантеона и бесстрастно наблюдали за происходящим. В поднявшемся, как на базаре, гомоне и шуме они, скорее всего, продолжали общаться между собой без всяких помех, мысленно. Но ничего из происходящего в их поле зрения тоже не пропускали.

Тогда как на Александра Константиновича и его первого, но самого многоопытного помощника Карла Пузина свалился целых ворох безотлагательных дел. Первоначально попробовали решить возникшие проблемы со связью. Следовало не только отправить в большой мир последние сенсационные сообщения, фотографии и материалы о работе экспедиции, но и попросту узнать, что творится в большом мире и почему до сих пор не прибыли обещанные подразделения полиции из Триполи.

Этим со всей присущей ему активностью занялся знаменитый испанский археолог. Тем более, что в системах связи он разбирался лучше остальных. Для начала Карл убежал проверять состояние наружной антенны.

Затем надлежало проверить размещение прибывших с караваном людей и расположение доставленной техники. В этом деле проводник Бегим, которого никто в обиходном обращении и не пытался называть его длиннющим именем Белай Гимус Аль-Мазраи, потребовал от руководства немедленного и самого деятельного участия. Потому что прибывшие завалились спать в бесцельном ожидании, и теперь следовало приводить в движение весь огромный лагерь. Пока он тянул за собой руководителя экспедиции, почти все рабочие из кочевого племени во главе со своим шейхом и гомонящими от возбуждения женщинами шумной вереницей покинули храм. Скорее всего, размахивание оружием им очень не понравилось. У археологов были сомнения, что рабочие покажутся здесь на завтрашних работах. С ними даже переговорить никто как следует не успел. Хотя в свете самых последних событий во всем мире и возле затопленных глубоко внизу галерей от помощи кочевого племени можно было и отказаться. У Броди, конечно, мелькнула мысль поинтересоваться у рабочих, какое впечатление на них произвело и само появление посторонней девушки из затопленных галерей, и некоторые ее умения явно божественного свойства. Наверняка шейху сразу доложили про все это. Да только другие неотложные дела помешали переброситься с бедуинами хоть несколькими словами.

Особое задание досталось водителю «КамАЗа» и одному из практикантов, который имел допуск к обслуживанию сложных агрегатов. Они собрали все разряженные акваланги и поспешили к компрессору высокого давления. В общем, им предстояло «набивать» воздухом так необходимые для погружения баллоны. Этим двоим даже «разрешили» ради такого дела не спать и не есть до завершения работы.

Но только Броди уже собрался следовать за топчущимся от нетерпения проводником, как со стороны штабной палатки послышались истерические женские крики, переходящие в возмущенные вопли. Причем в этих воплях отчасти присутствовала и ненормативная лексика. Не стоило и рассказывать, с каким переполохом на женский крик бросилась вся мужская часть отряда, которая в тот момент еще оставалась в храме. Как только Александр Константинович ввалился в палатку, он отчетливо почувствовал едкий запах не то плавящейся, не то горящей пластмассы. Сами женщины стояли вроде в полном окаменении, а госпожа генеральный спонсор от криков успела перейти на горькие слезы. Люсия держалась двумя ладошками за щеки, и только Ирена оглянулась на ввалившихся внутрь мужчин. Именно к ней и обратились с первым вопросом: