"Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Ангел Илья - Страница 1391

– Оставьте факел в покое, передо мной уже извинились.

– Ты заставила? – вкрадчиво поинтересовалась матушка.

– По большей части Закари, – утончила я, что не одна воспитывала парней с факультета некромантии.

– Какое счастье! – Мама ласково улыбнулась.

– В чем? – Я изогнула брови и сложила руки на груди. – После Зака парни будут бояться ходить в темноте, а они некроманты.

– Именно! Нам с отцом так отрадно разделить головную боль с ответственным человеком.

– Он не страдает головной болью.

– Ну… – Она хмыкнула. – Закари пока молод, и нервы у него покрепче.

А если что, в тайном женском сундучке всегда найдутся капли для мигрени. Я помню, дорогая матушка.

– Все еще не хочешь с нами провести обряд на хороший сон? – напоследок спросила она. – У тебя круги под глазами.

Просто в последние пару ночей кое-кто энергично не давал мне спать.

– Лучше пораньше лягу, а то седмица нервная и день завтра тяжелый, – наотрез отказалась я участвовать в ритуальном девичнике.

– И сделай грязевую маску для лица, – посоветовала мама. – Завтра мы должны произвести хорошее впечатление на адептов. Людям, желающим пройти магическую практику в нашем дурд… сплоченном ковене, надо оказывать особое уважение.

– Главное, чтобы папа снова не начал шутить, – фыркнула я, поднимаясь с дивана. – Иначе они очень быстро догадаются, куда попали.

Без «умного замка» южная башня казалась тихой и как будто заброшенной. Лампы перестали реагировать на движение, а тяжелая окованная дверь впервые за много месяцев осталась закрытой. Тихо ругаясь себе под нос, я нащупала над притолокой оставленный в прошлый раз ключ и отперла замок.

Покои заметно выстудились, пахло влажностью, а не цветочным благовонием. В комнатах явно не хватало хозяйственных дýхов. После появления в замке прогрессивно-магического домоуправа нечисть устроила мелкое восстание, едва не стоившее матушке свадебного фарфора. Бунтовщиков переловили, пересажали по бутылкам и спрятали в хранилище.

Уверена, всех приличных домовиков уже растащили. Народ у нас ушлый! А за нечисть, прежде обитавшую в родительских покоях, наверняка случились подпольные бои. Верховная ведьма Беата Варлок знала толк в том, как вышколить духов, прислужников и разномастных чародеев.

Однажды она посетовала, что с родными детьми воспитательный метод кнута и пряника не срабатывал. Я тогда ей намекнула, что проблема не в детях, а в пряниках, которые она забывала раздать после кнута. Мне было четырнадцать. Мама обиделась, хотя вида не показала, и никаких плюшек по-прежнему не отсыпала. Да ладно плюшек или пряников, нам с Йеном даже мелкой карамельки не перепадало!

Теплые жилы в покоях пришлось нагревать самой. Правда, на стене остался выжженный отпечаток ладони, и ткань возле туалетного столика пошла пузырями. В углу с тихим шелестом отошло целое полотнище и жалко повисло, оголив побелку. В общем, наделала красоты, как сумела. Все-таки я девочка, что ни говори. У меня ручки, реснички и светлая благодать.

– Да демоны вас раздери! – буркнула я, оглядев безобразие, и отправилась делать красивой себя.

Этикетка, написанная каллиграфическим почерком крестной, гласила, что маска призвана превратить любую ведьму в цветочную фею. Пахла косметическая грязь яблочком и цвет имела ярко-зеленый. Видимо, по разумению Айши, феи вылуплялись из гоблинов.

И только запотелое от горячего пара зеркало отразило чудовище с яблочно-зеленой мордой, как настойчиво забарабанил дверной молоток. Уверенная, что Эмбер решила спрятаться от моей деятельной матушки, я быстро обтерла руки о полотенце и отправилась встречать гостью во всей сказочной красе. Подружку маской не испугаешь. Она сама любитель намазать на лицо разную дрянь. Моя-то липкая мерзость хоть пахла прилично.

– Сбежала с девичника? – широко открывая дверь, сквозь едва приоткрытые губы промычала я.

За порогом стоял Закари. С саквояжем в руках, одетый в пальто, волосы собраны на затылке. В темных глазах такое ошеломление, словно он внезапно обнаружил, что по ночам в полнолуние его девушка превращается в мощного зеленого тролля.

Секундная пауза, и на лице Зака расцвела издевательская ухмылка.

– Цветущий май, ты потрясающе выглядишь. Клянусь, каждый раз буду на тебя смотреть и вспоминать.

Я набрала в грудь воздуха…

– Тихо! – Через хохот он выставил указательный палец. – Молчи! Слышал, что в маске нельзя разговаривать.

Схватившись за его пальто, я резко дернула Закари на себя и прижалась губами к его губам. От неожиданности он расставил руки и ошеломленно замычал нечто неразборчивое, но в конечном итоге расслабился, видимо, решив, что просто должен получать удовольствие.

Половина зеленой гадости осталась у него на лице. Испачкались подбородок, губы, кончик носа. В глазах плескался смех.

– Теперь ты превратишься в фею, милый, – прокомментировала я, аккуратно пальцем раскатывая ему по щеке зеленый мазок. – Правда, местами. У тебя будут фееричные скулы.

– Тогда уж намажь маской всего, чтобы я стал фееричным полностью, – смело предложил Зак, не понимая, под чем подписывается. У меня-то кожу начинало заметно пощипывать. Похоже, демонская красота налипала.

По-хозяйски он прошел в комнату, оставил на полу саквояж, бросил на диван пальто и уточнил, где в моих покоях превращают в сказочных существ. Ждала, когда Торстен сдастся, но он сидел на краешке ванны и позволял себя мазать пахнущей яблоком зеленой жижей. Очевидно, после ветрянки и снадобья с манящим ароматом свежего сельдерея ему уже ничего не страшно.

– Как ты очутился в замке? – спросила я.

– По приглашению, – проговорил он, наплевав, что по правилам косметических преображений нельзя шевелить губами. – Получил и сразу приехал.

– А как же твой отец?

– У него я разрешения забыл спросить, – хмыкнул он, давая понять, что мнение верховного Алистера в учет не бралось.

– Марта, у тебя дверь распашку, – внезапно в комнате неуместно раздался мамин голос. – Папа сказал, что Закари приехал в замок…

Мы с Торстеном переглянулись. Стало очевидно, что спрятаться ему было некуда, только улечься в ванну с остывшей водой и изображать из себя ископаемый коралл под тающими островками мыльной пены.

– И он уже здесь? – воскликнула она, очевидно, заметив саквояж и пальто.

Я обернулась как раз в тот момент, когда мама ворвалась в ванную комнату. Не знаю, что именно она рассчитывала (или опасалась) обнаружить, но точно не двух будущих фей, пока похожих на гремлинов с зелеными рожами.

При виде домашнего салона красоты на матушку напал шок. Остолбенев в дверях, она со странным лицом взмахнула руками, потом еще разок, словно пыталась вернуть дар речи.

– Здравствуйте, Беата. – С невозмутимым видом, насколько может быть невозмутим вид у парня, обмазанного косметической дрянью цвета неспелого яблока, он поднялся с краешка ванны.

– Открыто было… – Она обескураженно кивнула в сторону гостиной. – Подожду вас в комнате.

– Угу, – промычала я.

Хорошо, что под слоем глины было незаметно, как у меня вспыхнула физиономия. Хотя уши, наверное, выдали. От смущения уши-то тоже загорелись.

– Вы… – Мама снова взмахнула руками. – Преображайтесь, мои дорогие.

В прошлый раз я ей заявила, что у нас с Закари возвышенные отношения. Полагаю, теперь она убедилась, насколько они непорочны. Просто невиннее не придумаешь!

Мы умывались, с трудом сдерживая смех. Когда вместе вышли из ванной, родительница с деятельным видом вручила мне баночку снадобья от шрамов и заявила, что Закари наверняка уже подготовили комнату в гостевой башне. По-моему, откровеннее намека подхватывать саквояж и бодрой рысцой трусить на выход, придумать невозможно.

– Не заблудишься, как в прошлый раз? – заботливо уточнила она.

Перед мысленным взором всплыло туманное утро, когда пришлось соврать, что он всю ночь блуждал по замку, пытаясь отыскать комнату.

– Ты же всю ночь комнату искал, – тихо напомнила я о неловком вранье.