"Фантастика 2026-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кострова Кристи - Страница 977

Санкционировав конфликт с Китаем, я вернулся к занятиям по химии и лекциям в институте. Зимой доставили из Индонезии несколько тонн нефти, мы с лаборантами отрабатывали безопасную и недорогую технологию получения тринитротолуола. Занимательная работа, нефтехимия увлекает. Едва ли не каждая реакция даёт перспективные продукты и направления. Задача не в том, чтобы получить нужный продукт, а в том, чтобы сделать его недорогим. Тут, помимо химии, нужна экономика и представление перспективного развития. Поручить кому-либо, при всём желании, такие исследования я не мог, да и не хотел, собственно. В работе пролетали месяцы, но, запущенный тремя годами работы механизм государственного аппарата, как, оказалось, продолжал работу. При минимальных поправках со стороны Невмянова. В частности, служба «Я» и разведка, все эти годы совместно обрабатывали пленных английских моряков, состоявших, в основном, из ирландцев и шотландцев. Не упуская, впрочем, и натуральных кокни, уэльсцев и прочих островитян.

Глубокой осенью 1788 года беловодские корабли высадили первый десант из сотни ирландцев на Изумрудный остров[i]. Каждый из повстанцев был вооружён «Лушей», а руководители десяток извещены о месте и времени приёма грузов. В трюмах, когда-то английских, трофейных кораблей ждали своих хозяев пять тысяч ружей с патронами, на пушечных палубах отремонтированных парусников скучали кхмеры, надраивая новенькие гаубицы. Представляю, как чесались руки канониров, пострелять по англичанам, если те рискнут потребовать досмотра беловодских судов в открытом океане. Однако, за две недели ожидания в открытом море западнее Ирландии, никто из британцев не рискнул придраться к кораблям загадочного государства. Видимо, красный флаг лимонники успевали разглядеть издалека, чтобы успеть обогнуть небольшую эскадру, не рискуя приблизиться.

Затем, один за другим, в чётко отмеренные часы, корабли крейсировали вдоль западного побережья Изумрудного острова, принимая на борт, странных рыбаков, в жизни не бравших в руки сырую рыбу. Многие из лже-рыбаков сразу привозили тяжёлые дорожные сундуки, не утруждая себя ночными поездками на берег и обратно. Результатом стали отгруженные на берег ружья, их продали борцам за свободу Ирландии почти по себестоимости, за десять рублей штука. Но, такое важное дело, как освобождение братского ирландского народа от английского империалистического гнёта, стоит небольшой спонсорской помощи. Тем более, что с оружием на берег высадились два десятка военных советников, более-менее освоивших гэльский язык. Мы намеренно не ставили ребятам задачу обязательного восстания, поработают на месте, разберутся сами. Многие из военных советников успели отличиться на Цейлоне и в индийских княжествах, знали тактику боевых действий английских войск, примут решение на месте.

Отдельно от них группа шотландцев и уэльсцев, из торговых и военных моряков, обработанных нами в духе марксизма-троцкизма, сошла на берег в Британии. Перед ними стояла задача по организации борьбы с несправедливым угнетением рабочих, развитие луддизма, с перспективой построения лучшего общества. Работать по воспитанию классовой ненависти к угнетателям, в восемнадцатом веке, было довольно легко, самой наглядной агитацией стали условия труда в Беловодье. За полгода наша типография изготовила достаточно «подрывной литературы», обговорены каналы финансирования и явки для связи. Пока никто из беловодцев в деятельности луддитов не участвовал, посмотрим, как пойдут дела. Слишком суровым оказалось английское правосудие к инакомыслящим, никакими гражданскими свободами не пахло, рисковать своими парнями мы не будем. Пусть за свободу английского рабочего класса борются сами лимонники. Разгрузившись, бывшие корабли британской Ост-Индской кампании успели в Петербург до ледостава. Там им предстояло ждать весны, распродавая привезённые из княжества товары, хлопковые ткани, обработанные самоцветы, золотые украшения и часы в экзотических корпусах. Без традиционных бансов не обошлось, все три корабля привычно использовали консервы вместо балласта.

Никита Желкевский давно считал прибыль миллионами в месяц, еженедельно принимал у себя европейских покупателей. Покупали у него всё, от рельсов, до паровозов и железнодорожных мостов. А железнодорожное училище, основанное им в Харькове, на второй год стало международным. Вот, Никита уже внёс свою лепту в корректировку истории, в Европе и России будет единая железнодорожная колея, покупатели даже не представляли, что ширину колеи можно изменить. Кроме общего железнодорожного направления, Никита успешно развивал оптико-механическое производство. Бинокли, микроскопы, часы для общего потребления. В закрытых мастерских оптико-механики разрабатывали артиллерийские прицелы, дальномеры и хронометры. Разбрасываться Желкевский не собирался, понимая, что большее количество лабораторных исследований не сможет контролировать.

Володя специализировался на пароходах и паровых двигателях для тех же паровозов, но и этого хватило, чтобы отгрохать в Сарапуле и Таракановке настоящие дворцы. А летом 1784 года семейство Кожевниковых прокатилось в Европу, успели её рассмотреть перед революцией и наполеоновскими войнами. Потому ребята подарили нам радиопроекты, не желая отвлекаться от своего машиностроения.

— Лучше я ДВС до ума доведу к будущему году, — честно признался мне Володя, — не хочу заниматься радио. Сам же просил небольшой двигатель, для самолётов.

— Кто бы спорил, только не я, — едва не подпрыгнул в своём Беловодье от такой новости, — тогда мы тебе полсотни генераторов вышлем, разной мощности, и аккумуляторов.

— Это дело, не забудь конденсаторов прислать. И, Катерине моей подбери каких-нибудь камушков, побасче.

— Договорились, ребята всё на корабле осенью привезут, тестю твоему передадут, там разберётесь.

Так и вышло, теперь нам предстояло отработать самую простую и надёжную конструкцию коротковолнового передатчика. Одновременно, разобраться, наконец, с диапазонами работы, мне совсем не хотелось, чтобы наши разговоры легко прослушивались любыми радистами. Переходить на морзянку поздно, дешевле издавать справочник кодовых фраз. Поломали мы голову с Иваном, рисуя многочисленные схемы, выдумывая новые конструкции триодов и пентодов, рассчитывая минимально необходимое количество контуров. Практически всё вытянул на себе Палыч, не забывая привлекать к расчетам учеников. Зря, что ли, столько лет упорно вспоминали давно забытые формулы, обучая заметно выросшую в количестве и качестве институтскую братию. Весной 1788 года устроили первый выпуск студентов Невмянского института, выдали дипломы, отпечатанные на тонко выделанном пергаменте и золотую заколку для галстука с годом окончания обучения и названием института «Первый Беловодский». Ну, не ромбики же печатать, как в Советском Союзе.

Дипломные работы выпускников звучали для меня, как песня. Послушайте, «Малогабаритный коротковолновой передатчик», «Технология снижения затрат лампового производства», «Спиртовой двигатель внутреннего сгорания», «Акклиматизация стеллеровых коров в прибрежных водах острова Белого». Благодаря работам выпускников скоро не только каждое беловодское судно будет оборудовано радиосвязью, рации получат беловодские разведчики и стрелки, послы и геологи. Антон Воронов уже взлетал при помощи «дипломных работ», умоляет приступить к их серийному выпуску. Что же, пару моделей можно запустить в мелкую серию, на закрытом китежском заводе. Пусть лётчики начнут отрабатывать полёты до материка, глядишь, получим возможность быстро добраться в Камбоджу, Цейлон, Австралию, лет через пять и в Калифорнию. Пригодятся выстроенные базы на Курилах, на Гаити, на Тайване.

С китайцами всё получилось, как мы и предполагали. После захвата крупнейшего китайского торгового города Кантона беловодскими стрелками и разгрома двухсоттысячной армии вторжения в Аннаме[ii], император Поднебесной выслал в захваченный Кантон послов для переговоров о мире. Что характерно, в сопровождении французов и англичан. Правда, все сборы происходили темпами восемнадцатого века, где время исчисляется даже не днями, а месяцами. К моменту прибытия послов, город был дочиста нами разграблен, зафрахтованные суда не успевали развозить трофеи по адресам. Часть в Аннам, часть в Камбоджу, Корею, даже в княжество Кедах, — продемонстрировать союзникам яркие примеры нашего могущества. Много товаров первой необходимости, тканей, инструментов, мебель, посуду везли сразу в Австралию. Туда уплыли три огромные флотилии под охраной пароходов. На остров Белый увезли сравнительно немного, деньги, драгоценности, произведения искусства, да пленных ремесленников и мастеров, как правило, с семьями. Их в Кантоне не осталось совсем, боюсь, долго придётся восстанавливать богатейшему городу Китая свою славу.