Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 987

– Без толку – он больше одного бокала перед турниром все равно не пьет, гаденыш, – небрежно бросил Рик, наливая себе еще.

– Все пьют, если суметь заставить, – зло возразил Мелиор.

– Вот ты и заставь, – отбрехнулся принц. – А я посмотрю на твой камзол, когда он, зараза, все назад из вредности выблюет.

– Уж что герцог умеет, так это портить чужое имущество, – брезгливо согласился Энтиор, вспоминая что-то очень личное.

Мелиор кивнул, будучи полностью солидарен с братом в этом вопросе. Позлословить о герцоге Лиенском всегда было в удовольствие.

– Оставьте Элегора в покое, мальчики, – небрежно велела братьям принцесса, и принцы нехотя ушли от излюбленной темы.

– А ты, па, опять от судейства отказался? – спросил Элтон.

– Что я там потерял? – удивился король. – Мало мне государственных проблем, еще и праздник себе портить?!

– Правильно, правильно, ваше величество, – услужливо, с самым что ни на есть подхалимским видом завзятого лизоблюда подхватил рыжий сплетник, склоняясь в официальном поклоне. – Сейчас никому нельзя верить, не рискуйте своей венценосной особой. Я их черные замыслы насквозь вижу, знаю, куда у них стрелы вместо мишеней полетят. Так и метят на высокий трон Лоуленда, заговорщики! Я могу и списочек представить.

В ответ на эту тираду родственники разразились оглушительными раскатами хохота, от души хохотал и сам король. Наконец отсмеявшись, Лимбер заметил:

– Пусть только намекнут, если кто желает, я враз отречение подпишу. А, ребятки?

– Что мы, сумасшедшие, что ли, пап? – добродушно хмыкнул Кэлер, выражая всеобщее мнение. – Добровольно взвалить на себя такую ношу? Ну уж нет!

– Касательно здравого ума и душевного здоровья нашей семьи у меня всегда были большие сомнения, – встрял Рик. – Так что на вопрос, сумасшедшие ли мы, ответ, скорее всего, будет положительный.

– Чтобы пойти на такое, надо быть не сумасшедшим, а законченным идиотом, – задумчиво ставя диагноз, высказался Ментор, и на это возразить было уже нечего, поскольку к рангу идиотов никто себя причислить не пожелал.

– Ладно, свои умственные способности в другой раз обсудите, – хмыкнул король, – а сейчас хватит языками молоть, выметайтесь отсюда, олухи. Состязание вот-вот начнется.

Напутствуемые добрым словом любящего отца и пожеланием сестры: «Удачи, мальчики!» – принцы один за другим исчезли из ложи, чтобы забрать свои луки и пешком, как положено, явиться на турнирное поле, где уже собрались напротив мишеней почти все участники. Среди многочисленных знакомых Элия увидела герцога Лиенского и Связиста. Видать, Силы справились с доставкой жалоб и вещественных доказательств и теперь намеревались поразвлечься.

Конан на поле не вышел, зато его мощная фигура отчетливо просматривалась у прохода для участников. Кэлер объяснил приятелю, что при желании можно подать заявку на участие только в одном из трех видов соревнований. А поскольку больше всего варвар уважал меч, считая баловством, недостойным мужчины, перевод стрел на неживые мишени, то и участвовать Конан захотел только в поединках на мечах, где противник был из костей и мяса.

Впрочем, не только приятель Кэлера выбрал для участия лишь один из видов состязаний, так поступали и некоторые дворяне, а также принцы Лоуленда. Поводом для отказа могло служить как нежелание демонстрировать широкой публике свои блестящие таланты, так и сокрытие недостатков во владении оружием. Официальной же причиной, со вздохами досады повсеместно демонстрируемой знакомым, служили многочисленные травмы, как застарелые, так и свежие, полученные непосредственно на турнире. Но как бы то ни было, без отказников и симулянтов желающих участвовать в турнире было хоть отбавляй.

Судьи заняли свои наблюдательные позиции, маги-помощники настроили свое восприятие на улавливание запрещенных к применению в честной стрельбе чар и установили над полем защитный купол, чтобы от шальной стрелы, пущенной каким-нибудь косоруким новичком, или, наоборот, умелым злоумышленником, не пострадали зрители.

По знаку принца Нрэна под нежно любимые богом войны ритмичные звуки военного марша герольды торжественно объявили открытие турнира и начало первого вида соревнований: стрельбы из лука по мишеням, установленным на расстоянии пятидесяти, ста и ста пятидесяти метров. Боги могли бы стрелять и дальше – прекрасное оружие и физическая сила позволяли, но, к сожалению, поле было не резиновым. В каждую из мишеней участник выпускал по три стрелы.

По жребию, номерному шарику одного из пяти цветов, которые доставали из ящиков, разносимых помощниками судей, определялась очередность стрельбы, и шоу начиналось. После того как все члены первой группы отстрелялись на первой дистанции, судьи вместе с помощниками и писцами быстро проходили вдоль «линии огня», тщательно измеряя и занося в протокол данные. Потом стрелы аккуратно вынимались из самовосстанавливающихся мишеней, но прежде маги фиксировали мишени на записывающий кристалл, чтобы в спорных случаях можно было обратиться к просмотру зафиксированных образов. Благодаря опыту судей и расторопности их многочисленных помощников каждая процедура оценки занимала около двух минут. За этим следовала вторая очередь стрелков, оценка их меткости и так далее. После того как стрельбу заканчивали все пять групп участников, проходили стрельбы на большее расстояние.

Чтобы быть в курсе деталей происходящего, народ у входа на трибуны еще до начала турнира приобретал за пару монет простенькие амулеты с кратковременным заклятием зоркости, длительность которого была рассчитана лишь на несколько часов.

Бдительно следя за всеми перипетиями соревнований, зрители на трибунах, особенно простой люд, бурно обсуждали каждое сколько-нибудь значимое событие, подбадривая ликующими возгласами своих любимчиков, в которых, например, ходили принц Кэлер, Рикардо и, как ни странно, герцог Лиенский.

Почти никто из дворян не стрелял плохо, очень многие стреляли хорошо, большинство стреляло просто отлично, но и среди лучших из лучших все равно были те, которые превосходили всех.

Элегор и его изысканный эльфийский лук, тонкий, гибкий, но необыкновенно прочный, как и сам хозяин, действительно оказались на высоте. По три стрелы точнехонько в яблочки каждой из трех мишеней отправил востроглазый бог. Азарт светился в серых глазах, Элегор словно устремлялся в полет с каждой своей стрелой, видимой сердцем нитью соединяя ее наконечник с центром мишени.

Слегка прищурившись, с каким-то злым ожесточением сосредоточенно целился Джей, наверное, представляя на месте мишени Элию. Не торопясь, посылали стрелу за стрелой Кэлер и Элтон. С обычной лукавой улыбкой стрелял Рик, и, исходя из того количества спиртных напитков, которые приняла на грудь вышеназванная троица в ожидании начала соревнований, удивителен был сам факт того, что боги еще способны держать в руках луки, и не только держать, но и попадать в цель. Аккуратно и четко действовал Кэлберт. Сознавая, что лук – не его оружие, одержимый фанатическим желанием догнать остальных братьев пират тем не менее занимался очень настойчиво и сам не заметил, как оказался одним из лучших в стрельбе, просто потому, что тренировался больше остальных и сильнее желал достичь вершин мастерства. Мелиор не столько стрелял, сколько красовался перед толпой, но его стрелы ложились очень близко к центру даже на самой дальней из мишеней. Лейм, воспитанный Нрэном и упорно обучаемый им с младых ногтей не предаваться сентиментальности, действовал просто безукоризненно. Да, стрелять юноша научился, но от повышенной чувствительности натуры избавиться так и не смог. С мечтательно-задумчивыми улыбками на губах, словно они и сейчас мысленно витали в заоблачных далях, Ментор и Ноут стреляли по мишеням и достигали стабильно среднего по семье результата. Тэодер на поле не вышел, ибо его лук не предназначался для стрельбы по простым мишеням. Но как ни хорош был каждый из принцев, а все-таки лучше всех владел луком охотник Энтиор.

Каждое его движение было исполнено смертоносного изящества. Неотвратимо, с хищным свистом, словно желая крови, летели в цель острые стрелы, посылаемые рукой бога. Холодно блестели бирюзовые глаза, небрежная скучающая улыбка словно застыла на ярких губах вампира, показывая, что он всего лишь выполняет свой долг, участвуя в этой примитивной забаве. Принц был спокоен – а что волноваться тому, кто уже не раз становился победителем, оставляя позади завидующих и восхищенных конкурентов? Энтиор был абсолютно уверен в своей победе и на этот раз. Пусть он несколько запустил в последнее время занятия фехтованием, но уж в мастерстве лучника великолепного вампира никто никогда не превосходил. И принц с небрежной улыбкой довольно мурлыкал что-то себе под нос, представляя, как вручит венец своей любимой стради и первым провозгласит ее королевой турнира. Бог уже предвкушал, как заработает милостивую улыбку сестры…