Современный зарубежный детектив-16. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Валдес-Родригес Алиса - Страница 999

– Нет.

«Только того же нежного отца, какого я видела минуту назад», – кажется, произнесла Блу, пока медсестра помогала ему завернуть за угол.

– Я собираюсь погрузиться в глубокий сон, сестра…

– Ригсби.

– Сестра Ригсби.

– А что такое глубокий сон, мистер Миллз?

– Ну, это серьезнее, чем просто вздремнуть, – ответил он, нащупывая кровать, к которой она его подвела. – Можете делать со мной, что хотите. Только не будите, пока я не буду готов.

– А как мне узнать, что вы готовы, мистер Миллз?

– Я начну плакать. Жена всегда будила меня, когда на глазах выступали слезы.

Глава 35

Кухня в Блэквуде была очень просторной.

Роберт всегда называл ее богатырской – со всеми этими возвышающимися шкафами, гулливеровским потолком с открытыми балками и фермами, высоким деревянным столом, за которым легко могли разместиться двенадцать человек, и отдельным уголком для завтрака возле эркерного окна с видом на заросший сад и внутренний двор, где бабушка Джейн любила пить кофе по утрам. Именно в уголок для завтрака они сейчас и посадили Бри, выдав ей два еще горячих банановых кекса с маслом, стакан холодного молока, альбом для рисования и полностью заряженные наушники, чтобы она не подслушивала.

Эмили пила кьянти. Предложила налить и Бену, но тот отказался.

– Мы никогда не лгали тебе, Бен.

– Просто скрывали правду, – бросил он сестре через стол.

Аманда усмехнулась.

– Теперь ты знаешь, каково это.

Он сделал над собой усилие, чтобы переключиться на другое.

– Так что же случилось с дедушкой Робертом, Эм?

– Умер от сердечного приступа. – В голосе Эмили отчетливо слышалась ирония.

– Я не об этом. Мне известно, как он умер.

– Уверен? Правда считаешь, что знаешь все?

– Знаю, что кто-то нашел его в психиатрической лечебнице Освальд, а потом одел, но плохо справился.

– Ну, это точно была не та двадцати-с-чем-то-летняя медсестра, с которой он тогда проводил время, – сказала Эмили, бросив холодный взгляд на свой бокал с вином, прежде чем поднести его ко рту и сделать большой глоток. – Не та, что привязала его к столбикам кровати в занятой ими комнате. Она ведь сбежала.

На Бена нахлынула злость. Очередная вещь, о которой он давно подозревал, но никогда не хотел знать наверняка.

– И это была лишь одна из его интрижек, Бен. Одна из многих, которые даже сосчитать невозможно, хотя он наверняка тщательно вносил их в свои дневники. Он, кажется, записывал вообще все, что делал.

Аманда выглядела так, словно вот-вот утратит терпение.

– Понимаю, прозвучит грубо, но кого, вашу мать, волнуют сексуальные пристрастия Роберта? Что ты нашла в его дневниках, Эмили? И что скрывают эти гребаные книги в атриуме?

Эмили заколебалась, словно собираясь с мыслями в попытке выдать максимально продуманное объяснение, но затем остановилась на том же слове, которое сейчас вертелось на языке у Бена.

– Кошмары.

– Ну да, конечно, – тряхнула головой Аманда.

– Все началось с Бернарда Букмена, – продолжила Эмили. – В Вене, в 1870-х годах. Он работал с детьми и особое внимание уделял их снам. Тогда он еще носил фамилию, данную ему при рождении – Мундт. Бернард Мундт. Впервые он запер кошмар в книге по чистой случайности. Так же случайно он потом выпустил этот кошмар на волю – тем более что даже не до конца осознал тот факт, что он его запер.

Аманда вскочила из-за стола.

– Останься, пожалуйста. Как бы невероятно это ни звучало, такова правда, какой я ее знаю. – Эмили подождала, пока Аманда снова сядет. – Несколько дней спустя в Вене произошло убийство. Преступление сильно напоминало кошмар девочки, которой Бернард Мундт помог пару дней назад. Когда к нему обратились в следующий раз, он повторил свои действия, но уже с другой книгой. Произнес те же слова. Выполнил тот же ритуал, как он его называл. Потом с силой захлопнул книгу, точно в тот же момент. И это сработало.

– И он снова его выпустил? – спросил Бен.

Эмили кивнула. Дневники Роберта лежали небольшой стопкой на столе рядом с ней.

– В тот вечер он открыл книгу специально, для проверки. А на следующий день увидел в газетах статью о парне, которого сбросили с крыши двухэтажной пекарни. Это был тот самый молодой человек, что накануне приходил к доктору Бернарду Мундту. Ему снились кошмары, связанные с падением с большой высоты. В итоге он сломал обе ноги, но выжил. И рассказал репортеру, что все произошло так, словно его кошмар стал явью. Столкнувший его с крыши мужчина, по словам жены, никогда не причинял вреда ни одной живой душе. Этот мужчина утверждал, что слышал голоса, приказывавшие ему заманить на крышу конкретного человека и столкнуть его вниз. Остаток своей жизни он провел в психиатрической лечебнице. И тогда Бернард все понял.

Но не он один. Пошли разговоры. Вскоре его начали связывать с обоими преступлениями. Бернарду Мундту пришлось бежать из Вены и следующие три года скрываться в Англии. Там он продолжил работать с кошмарами и за это время наполнил ими несколько сотен книг, которые затем упаковал в ящики и забрал с собой, когда решил переехать в Соединенные Штаты. К тому моменту его уже все знали как Книжника, Бук Мена. В Штатах он официально сменил фамилию на Букмен. Поклялся, что никогда не откроет ни одну из этих книг после того, как их закроет. И сдержал свое слово.

Аманда, которая, казалось, была не в состоянии смотреть на Бена, задавая следующий вопрос, спросила:

– И какую роль во всем этом играет Джулия?

Эмили внимательно посмотрела на обоих, словно боясь выдать лишнее.

– Нам известно, что Дженнифер обращалась к тебе в прошлом году, – сказал Бен. – Как к врачу. Психотерапевту. Чтобы ты помогла ей справиться с тем, что с ней сделала эта комната.

– А значит, все наши разговоры конфиденциальны. Между нами двумя.

– Чушь собачья, Эмили! – заявил Бен. – Я знаю, что значит «конфиденциально».

Смирившись, Эмили ответила:

– Насколько мне известно из того немногого, что я нашла о ней прошлой ночью в его регистрационных записях, Джулия утверждает, будто она из Помпей.

– Утверждает? – спросила Аманда. – Она ведь каким-то образом находится сейчас внутри Дженнифер. А где Дженнифер, мы не знаем. – Она взглянула на Бена. – Я тоже о ней беспокоюсь.