Диагноз: Смерть (СИ) - Корд Виктор - Страница 68

[ОПОЗНАНИЕ… ОШИБКА… ПРИОРИТЕТНАЯ ЦЕЛЬ… ОТМЕНА АТАКИ.]

Скрежещущий звук пробился через динамики внешней связи.

Паук разжал клешни и скатился с капота.

Он издал визг — сигнал своим.

Стая «Мародеров» замерла. Они перестали атаковать машину. Они просто стояли и смотрели, как мы проезжаем мимо.

Провожали нас взглядами-сенсорами.

— Работает… — выдохнул я, пряча камень. — Они узнали метку. Мы для них — офицеры.

— Офицеры кладбища, — буркнул Борис, спускаясь из башни в салон. — У меня патроны греются. А ты их… уговорил. Скучно.

— Зато экономно.

Мы ехали еще час.

Пейзаж менялся. Ржавые леса сменились черной, стеклянной пустыней.

Земля здесь была оплавлена орбитальными ударами.

— Координаты близко, — сообщил Вольт. — Объект Ноль. Прямо по курсу.

Вера сбросила скорость.

— Витя… — ее голос дрогнул. — Посмотри вперед.

Я посмотрел.

Впереди, в центре черной пустыни, не было бункера. Не было горы. Не было здания.

Там была Дыра.

Гигантский, идеально круглый кратер диаметром в пару километров.

Края кратера были ровными, словно вырезанными лазером.

А внутри…

Внутри кратера клубился туман. И сквозь этот туман проступали шпили.

Небоскребы.

Но они росли не вверх. Они росли вниз.

Перевернутый город, свисающий с краев бездны, уходящий шпилями в темноту центра земли.

— Что это? — прошептал Борис, прилипнув к стеклу.

— Это Китеж-Град эпохи киберпанка, — ответил я, чувствуя, как Рубин в руке начинает вибрировать, входя в резонанс с этим местом. — Объект Ноль — это не бункер. Это «Зеркальный Город». Отражение столицы. Место, где Империя хранит свои кошмары.

— И как мы туда спустимся? — спросил Вольт. — На парашютах?

— Нет.

Я указал на тонкий, как нить, мост, ведущий от края кратера к центральному шпилю, который висел над бездной.

— Мы поедем по радуге. Только она черная.

«Мамонт» медленно подкатился к краю пропасти.

Внизу, в глубине перевернутого города, горели огни.

Красные, злые огни.

Нас ждали.

— Добро пожаловать в Ад, — сказал я. — Надеюсь, у них есть кондиционер.

Мост не был построен. Он был выращен.

Черный, матовый материал, похожий на застывшую вулканическую лаву, тянулся тонкой нитью через километры пустоты к центральному шпилю Перевернутого Города.

Перил не было. Ширина — ровно под колесную базу «Мамонта», плюс полметра на погрешность дрогнувшей руки водителя.

Внизу, в фиолетовой дымке кратера, беззвучно сверкали молнии. Гравитация там сходила с ума, закручивая облака пыли в невозможные фигуры.

— Не смотри вниз, — скомандовал я Вере. — Смотри только на шпиль. Это просто дорога.

Валькирия вцепилась в руль так, что кожа на костяшках побелела.

— Просто дорога… над адом. Поняла.

Она включила пониженную передачу.

«Мамонт» медленно, натужно рыча дизелем, вполз на мост.

Как только задние колеса оторвались от «земли», звук изменился.

Шум мотора исчез. Его поглотила Бездна.

В салоне повисла ватная тишина.

А потом пришел Шепот.

Он шел не снаружи. Он возникал прямо в голове. Тысячи голосов, сливающихся в белый шум.

«…зачем пришел… поверни назад… ты не достоин… грешник… убийца…»

— Вы это слышите? — прохрипел Вольт, зажимая уши ладонями. — Это не радио! Это ментал! Пси-излучение!

— Держись! — рявкнул я. — Это сканер. «Весы». Система проверяет нас на лояльность Империи.

— Я не лоялен! — рыкнул Борис. — Я хочу жрать Императора!

Машина вильнула.

Колесо скользнуло по самому краю бездны. Камешки с шуршанием полетели вниз.

Давление усилилось.

У меня из носа потекла кровь. Перед глазами всплывали образы: отец, лежащий на столе; Курьер, превращающийся в Легиона; Волков с разрезанным животом.

Чувство вины. Тяжелое, липкое.

Система защиты пыталась заставить нас повернуть руль в пропасть. Самоубийство как способ очищения.

Я выхватил Рубин.

Камень раскалился так, что начал прожигать ткань брюк.

Я прижал его к своей груди, прямо к сердцу.

— Я — КОРДО! — заорал я ментально, перекрывая шепот в голове. — Я — ГОЛОС КАНЦЕЛЯРИИ! ПРОПУСТИТЬ!

Я влил в Рубин остатки своей маны. Все 15 единиц. Плюс боль от ожога.

Камень полыхнул фиолетовым маяком.

Волна авторитарной, имперской воли, записанной в кристалле, ударила по ментальному полю моста.

«…Идентификация… Приоритет подтвержден… Добро пожаловать, Инквизитор…»

Шепот стих.

Давление исчезло.

Вера судорожно выдохнула, выравнивая броневик.

— Я чуть не…

— Не отвлекайся! — я смотрел вперед.

Мы подъезжали к Шпилю.

Это было колоссальное сооружение из черного стекла и стали, висящее над бездной на антигравитационных якорях.

Огромные ворота шлюза, украшенные барельефами грифонов, были закрыты.

— Вольт, — я ткнул хакера в плечо. — Просыпайся. Сейчас будет работа по твоему профилю. Открой эту консервную банку.

— Я… попробую…

Мы остановились в метре от ворот.

Вольт подключился к внешней панели доступа (она торчала из стены, как нарост).

— Это старый протокол… — бормотал он. — Очень старый. Довоенный. Никакой цифры. Чистая маго-механика. Нужен ключ. Физический.

— Рубин? — я протянул камень.

— Нет. Рубин — это пропуск через периметр. А чтобы войти в Само здание…

Он указал на углубление в центре ворот.

Оно имело форму… ладони.

Я вышел из машины.

Ветер здесь, в центре кратера, был ледяным. Он пробирал до костей.

Я подошел к воротам.

Вставил руку в углубление.

Моя ладонь с выжженным клеймом Империи идеально легла в паз.

Камень ворот ожил. Он считал не отпечатки пальцев. Он считал Метку.

Иглы внутри паза укололи кожу, беря пробу крови.

[ГЕНЕТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ… РОД КОРДО… ДОПУСК: ВРЕМЕННЫЙ. ЦЕЛЬ ВИЗИТА?]

Голос звучал не из динамиков. Он вибрировал в самом металле ворот.

— Аудит, — громко сказал я. — И зачистка.

[ПРИНЯТО. ВНИМАНИЕ: ВНУТРЕННИЙ КОНТУР НАРУШЕН. УРОВЕНЬ БИОЛОГИЧЕСКОЙ УГРОЗЫ: КРИТИЧЕСКИЙ. РЕКОМЕНДУЕТСЯ ПОЛНАЯ СТЕРИЛИЗАЦИЯ.]

— Что это значит? — спросил подошедший Борис, поудобнее перехватывая свой «Утес», который он сорвал с крыши броневика перед выходом.

— Это значит, что внутри кто-то есть, — ответил я. — И этот «кто-то» не входит в штатное расписание.

Ворота дрогнули.

Пыль веков посыпалась с барельефов.

Створки медленно, с гулом, от которого вибрировали внутренности, начали расходиться.

Из щели пахнуло не затхлостью заброшенного бункера.

Пахнуло холодом, стерильностью и… чем-то сладким. Приторно-сладким.

Запахом гниющих лилий.

— По машинам, — скомандовал я. — Мы въезжаем внутрь. Не глушить мотор. Оружие к бою.

Мы запрыгнули обратно в «Мамонта».

Броневик въехал в шлюзовую камеру.

Ворота за нами закрылись, отрезая путь назад.

Свет внутри зажегся. Аварийный, желтый.

Мы оказались в огромном ангаре.

Он был пуст.

Но на полу…

Пол был покрыт слоем странной субстанции. Похожей на серый мох или пепел.

И в этом пепле были следы.

Следы босых ног. Тысячи следов.

Они вели вглубь комплекса, к лифтам, ведущим вниз, в «вершину» перевернутого города.

— Вольт, — я посмотрел на хакера. — Что сканеры?

— Жизни нет, — прошептал он. — Тепловизор по нулям. Но… электромагнитный фон… Он такой, будто здесь работает атомная станция.

— Здесь и есть станция, — я проверил тесак. — Станция по переработке душ.

Я включил интерком.

— Слушать всем. Мы в «Зеркальном Городе». Здесь хранятся самые грязные тайны Империи. И, судя по запаху, эти тайны протухли. Наша цель — Нижний Уровень. Кабинет Директора. Там должен быть пульт управления.

— А если там кто-то живой? — спросила Вера.

— В этом месте живых нет, — отрезал я. — Есть только персонал и экспонаты. Стрелять во всё, что движется быстрее нас.