Я украла личность своей госпожи и стала женой принца (СИ) - Андерсон Лера - Страница 38

Большую часть времени я даже не вставала с кровати. Война с внутренними демонами затянулась, и казалось, что я вот-вот проиграю им, но с трудом находились силы сражаться дальше. На пятый день я решила, что так не может продолжаться. Мы с Касом еще не исполнили наш долг.

— Госпожа, лорд Тинрейт желает навестить вас. — Зельда входит с тихим стуком. Ее светлая аура вырывает меня из омута мрачных размышлений и болезненных воспоминаний.

— Скажи ему, что я сама приду в сад завтра. И мы сыграем в игру.

Мой голос звучит иначе. Тверже, холоднее. Чтобы выбраться из внутренних конфликтов, мне раз за разом приходилось отдавать часть себя. Зельда, судя по ауре, замечает перемены в моем поведении, но не подает виду.

— Помоги мне надеть платье, будь добра. Я хочу прогуляться.

— Конечно, Ваше Высочество. — Лицо служанки озаряется мягкой улыбкой.

Когда я выхожу из своих покоев, уже вечереет. Даже летом в стенах замка весьма прохладно. Сквозняк гуляет над каменным полом, заставляя меня прятать руки в длинные рукава платья. В это время народу должно быть немного. Оно и к лучшему, ведь я не хочу ни с кем пересекаться.

Зельда помогла мне привести себя в порядок, но я все еще выгляжу паршиво. Потому я стараюсь идти обходным путем, через старое крыло замка. Здесь почти не бывает придворных. Они предпочитают мраморные полы.

Вдоль каменных коридоров стройными рядами расположились витражные стекла. Последние лучи закатного солнца проходят через них, разливаясь по полу и стенам разноцветными узорами.

Я ненадолго задерживаюсь под одним таким стеклом. Свет закатного солнца, окрашенный в красные, пурпурные и золотистые цвета, укутывает меня, словно лоскутное одеяло. Он почти осязаемый. Кажется, будто этот клочок света — единственный островок тепла в замке, холодном даже в летнюю пору.

Голоса, доносящиеся из соседнего коридора, заставляют меня встрепенуться. Не желая никого видеть, я прячусь за угол каменного проёма. С каждой секундой речь становится всё более отчётливой.

— Это девчонка… Она же совершенно посторонняя, Ваше Святейшество! Как можно доверять кому-то из этого… Велмара. — Последнее слово звучит как плевок. Женский голос до боли знаком мне. Липкий, чрезмерно сладкий, но с сочащимся изнутри ядом.

Прикрыв глаза, я сосредотачиваюсь на двух плавно движущихся по коридору фигурах. Первая — леди Ранхейм. Но и вторую фигуру я тоже узнаю. Холодная, тёмная аура, преисполненная вековой стойкости местных исполинских гор со снежными вершинами, пронзающими небеса. Она принадлежит первосвященнику Церкви Стальной Девы.

Они говорят обо мне.

— Вы правы, Ирена, к потомкам старой Велмарии доверия нет. Они столь же безрассудны в своём желании приручить магию, сколь алчным и жестоким был первый монарх рода Лэстлайтов, Роданг, желавший прибрать к своим рукам все земли Тэнрейна.

— Значит, нужно избавиться от девчонки. Мои попытки… они ни к чему не привели.

Я прижимаюсь к стене, затаив дыхание.

Что она подразумевает под… попытками?

— Невыносимо видеть то, как она занимает место моей Дораны. Она ведь с детства была для Его Высочества подругой! Когда в начале прошлой зимы я узнала, что Её Величество решила женить кронпринца на чужестранке, меня чуть удар не хватил… — в голосе леди Ранхейм появились нотки наигранного беспокойства, — от страха за судьбу Аркании, конечно! Неужели ничего нельзя сделать, Ваше Святейшество? У вас ведь достаточно влияния. Обвинить её в чём-нибудь… В неверии, в измене, в чём угодно!

Пауза. Я стараюсь не шевелиться, не издавать ни малейшего звука.

Она могла… У неё есть мотив!

— Успокойтесь, Ирена. — Твёрдый голос первосвященника тут же заставляет ауру женщины содрогнуться. — Принцесса… безупречна. Слишком безупречна. Она посещает все воскресные мессы, сдержана в словах, жертвует на поддержание сохранности стены. Недавно даже посещала принца в казармах, демонстрируя свою лояльность перед солдатами. Её сложно хоть в чём-то упрекнуть. Церковь не может и не будет действовать против тех, кто не даёт повода. К тому же, её покойная мать — северянка, она научила принцессу почитать Стальную Деву.

Кажется, они проходят совсем близко. Голоса становятся громче.

Я уже так сильно вжимаюсь в стену, что кажется, будто скоро стану её частью.

— Но это же всё притворство! — Возражает леди Ранхейм. — В овечьей шкуре затаился самый настоящий враг! Вы бы слышали, как она оскорбила меня перед королевой недавно. Она явно просто хорошо скрывает свою омерзительную натуру!

— Всё тайное однажды становится явным, Ирена. Ждите. Если всё это лишь притворство, то рано или поздно она ошибётся. И это будет ваш шанс. А до тех пор соблюдайте нейтралитет. Принцесса как тень — бесшумна и неосязаема.

Они движутся дальше. Я осторожно выдыхаю.

— Но эту тень нужно уничтожить до того, как она упадёт на наш арканийский престол. Вы ведь понимаете это, Ваше Святейшество?

Вот же гадюка!

— Само собой. Но пока что я не вижу причин для беспокойства. Птички напели мне, что кронпринц даже ни разу не посещал её покоев с момента первой ночи. Если в этом браке не появится наследников, будет повод поднять вопрос о его законности…

Голоса становятся всё тише по мере удаления герцогини и первосвященника.

Сердце бьётся так бешено, словно вот-вот выпрыгнет из груди. Я выглядываю через каменный проём, краем глаза наблюдая силуэты заговорщиков. Надо рассказать Касу.

Но, развернувшись, я вдруг врезаюсь во что-то твёрдое. Руки нащупывают плотную ткань, в то время как глаза пытаются понять, что происходит. Я поднимаю голову и натыкаюсь на взгляд огненных глаз.

Только не он…

— Так вот какие уши бывают у стен. Решили совершить вечерний променад и заодно собрать побольше сплетен для вашего дипломата? Или для кого вы там шпионите.

Я делаю вид, будто не замечаю его колких реплик.

— Когда вы успели вернуться, Ваше Высочество?

— Не поверите, миледи. Пару минут назад. Решил пройти через старое крыло замка и наткнулся тут на призрака. Или, может, на шпиона?

— Я просто прогуливалась. — Коротко отвечаю я, отводя взгляд.

— И во время прогулки захотели обменяться теплом с каменной стеной? Интересный досуг у вас, миледи. — В его голосе читается усмешка.

Я не знаю, как расценивать эти его выпады. Не могу понять, что он имеет в виду. Но его тон… раздражает. Будь на моём месте принцесса Эллен…

— А что мне ещё делать в этом проклятом замке? — Процеживаю я сквозь зубы, прикрыв глаза. Руки невольно сжимаются в кулаки. — Сидеть в своей терновой клетке и ждать, когда меня тут кто-нибудь отравит? Судя по всему, желающие уже есть. Может, тоже присоединитесь к ним, дорогой супруг?

Я поднимаю на него взгляд, полный отчаянной злобы. Вся накопившаяся печаль, смешанная с невыносимой усталостью, вот-вот хлынет наружу. Нос щекочет от подступающих слёз.

— Меня все здесь ненавидят. Считают чужой. Я ехала сюда, чтобы стать вашей женой, но даже вам я противна! — Мой голос тихий, но он режет воздух вокруг, заставляя кронпринца слегка отшатнуться. Но я делаю шаг вперёд, задирая голову, чтобы смотреть прямо ему в глаза. — Вы спрашиваете, не шпионка ли я? Но откуда мне узнавать хоть что-то об этом месте? Хоть что-то о вас? Вы не говорите со мной. Придворные сторонятся меня. Я одна, совершенно одна. И никто здесь не может дать мне ни грамма тепла, даже вы… Особенно вы!

На его лице, всё той же идеальной маске, на миг появляется недоумение. Взгляд огненных глаз скользит по мне, словно оценивая. Но вдруг… что-то в его фигуре смягчается. Он чуть наклоняется, будто пытается разглядеть меня.

— Вы бледны, Ваше Высочество. Вам нездоровится?

Его слова заставляют меня застыть на месте.

С губ срывается едкий смешок.

— Удивительно, что вы вдруг посмотрели на меня. Что это, забота? Не утруждайте себя, дорогой супруг.

Я собираюсь развернуться, чтобы уйти, но он вдруг удерживает меня за запястье. Прикосновение на удивление тёплое, почти горячее.