Старая любовь не ржавеет, а закаляется, как сталь - Оболенская Татьяна - Страница 10

– Точно, – киваю я. – Так ты всё знаешь, что я могу тебе ещё рассказать?

– Даш, – проникновенно говорит Влад, – а ты не считаешь, что жених должен знать немного больше о своей невесте, чем название вуза, который она окончила и по какой специальности? Ты так же увлекаешься танцами или уже забросила? – неожиданно спрашивает он.

Я даже жевать перестала. Хорошо, что второй раз не подавилась. Оказывается, он помнит, что я в детстве занималась танцами? Я думала, что он вообще меня забыл.

– Ты меня вспомнил? – неожиданно вырвалось у меня.

– Ну, как я мог забыть маленькую белокурую принцессу, которая была сестрой моего друга? – то ли шутит, то ли всерьёз говорит Влад. – Она тогда произвела на меня неизгладимое впечатление.

Я пытаюсь вспомнить, как же я выглядела десять лет назад, что смогла сразить наповал самого господина Туманова? Худенькая, невысокая девочка. Фигурка, пожалуй, ладная, я ведь занималась танцами, волосы у меня густые. Все говорят, что красивые – белокурым, водопадом спадающие ниже плеч. Десять лет назад они были до пояса. Да, ещё синие глаза. Но тогда ресницы я естественно не красила, и не думаю, что именно глаза сразили Влада. Хотя, наверное, всё-таки я была симпатичная, если ему понравилась?

– Ты поэтому попросил Артёма, чтобы я согласилась составить тебе пару на юбилее твоего деда? Но ты ведь мог найти любую другую девушку.

– А если я не хочу другую? – Влад испытующе смотрит на меня.

Я густо покраснела и промолчала.

– Ну, так что там с танцами, – повторил Влад свой вопрос, – совсем забросила?

– В том формате, который был, то есть, народные танцы, я их оставила ещё в шестнадцать лет, – говорю я, с грустью вспоминая свой ансамбль. – Тогда я сломала ногу, долго восстанавливалась. А потом уже не могла танцевать в полную силу. Так и закончилась моя танцевальная карьера. Иногда я хожу на современные танцы, чисто для поддержания формы.

– А танго танцевать умеешь? – неожиданно спрашивает Влад, слегка наклонив голову.

– Умею, – киваю я, – танго – парный танец, свободной композиции, исполняемый под характерную музыку. И любой профессиональный танцор умеет танцевать определённый набор парных танцев, в том числе и танго. А я профессиональный танцор, была, – добавила я. – Почему ты спрашиваешь?

– Потому, что я тоже умею танцевать танго, – с удовольствием говорит Влад. – После университета я был на стажировке в Аргентине полгода, и там одна знойная аргентинка научила меня. Мы с ней так зажигали! А давай попробуем станцевать танго вместе?

– Где? Здесь? – я скептически осматриваю гостиную и сталкиваюсь с весёлым взглядом Влада.

– Почему, нет? Места здесь достаточно, музыку сейчас найдём в телефоне. Ну же! – Влад встаёт и протягивает мне руку, – смелее, партнёр.

Я поднимаюсь вслед за ним. Влад смотрит прямо мне в глаза, властно обхватывает меня, положив правую руку мне на спину – чуть ниже лопаток. Я непроизвольно кладу свою правую руку на руку Влада, а левой рукой также обхватываю мужчину. Первое движение – шагающий шаг. Мы выполняем его плавно, уверенно, но не резко, с мягким перекатом стопы. Ого, профессионально, господин Туманов! Нужно долго тренироваться, чтобы так равномерно распределить вес на ногах и хорошо освоить повороты, позволяющие изменить направление движения пары. Мы поддерживаем традиционный ритм танго – «медленно, медленно, быстро, быстро, медленно». Мы то летим по полу, то плавно двигаемся, то снова ускоряемся. Я не знаю, как Туманов, но я получаю огромное удовольствие от танца. Мой партнёр, как будто чувствует меня.

Танго – это танец свободы и расслабленности, но одновременно это и диалог, а не только откровенная страсть. В танго властвуют чувства, а не инстинкты. Взаимоотношения мужчины и женщины, выраженные в плавных движениях, пронзительны и глубоки. Мужчина доминирует, предлагает движения, а женщина должна угадать и разделить его посыл. Если она профессионал, может сама добавить элементы для украшения танца, и тогда мужчина должен ответить на них. Я – профессионал, и Влад охотно отвечает мне. Мы слились в танце, как в страстном порыве. Когда музыка закончилась, мы замерли, не отрывая глаз друг от друга.

– Офигеть! – наконец говорит Влад. – Я тренировался полгода у аргентинской танцовщицы и считал, что в танго я – асс. Но ты меня уделала!

– Да, брось, – я присаживаюсь на диван, – не забывай, что я в танцах с пяти лет, а танго – моя страсть. А вот ты меня удивил. Я давно с партнёром не получала такого удовольствия. Ты чувствуешь ритм, синхронно двигаешься в темпе мелодии и чувствуешь партнера. Темп и ритм танго – это основа, на которой строится вся философия танго. Шаги, позиции, вращения нанизываются на нить мелодии согласно ритмическому рисунку.

– Я рад, что смог тебя удовлетворить, – пошло шутит Влад. – Жаль, что пока только в танце. Но надеюсь, наше дальнейшее сотрудничество перерастёт в нечто большее, и ты получишь удовольствие не только от танго, – его двусмысленное высказывание сразу портит мне настроение.

Последняя фраза убила весь флёр, который образовался после нашего танго. Как будто тонкая, прозрачная ткань слетела с нашей страстной, танцующей пары. И на танцполе остались двое: я – рядовая сотрудница фирмы – планктон и Влад Туманов – генеральный директор этой самой фирмы. Мы с ним не можем стать парой, разве что, только на один вечер. А мне это не надо.

– Надежда умирает последней, Владислав Викторович. Уже поздно. Спокойной ночи, – холодно выдаю я и быстро ретируюсь в свою спальню.

Глава 5. Влад

Дашка давно ушла спать, а я стою на кухне у окна, с раздражением цежу из фужера коньяк и вспоминаю известную цитату из фильма «Бриллиантовая рука» – «Если человек идиот, то это надолго». Это как раз про меня! Какого чёрта меня понесло так шутить с ней? Ведь Даша – нежная девочка, а не прожжённый, циничный приятель, с которым я часто пью текилу в клубе. Я только-только смог наладить с ней отношения и вот – фиаско! Да уж, я не просто идиот, а идиот в квадрате. Как говорят военные, я могу потерять преимущество сразу на двух фронтах: во-первых, она может разозлиться и расторгнуть наше соглашение, что для меня сейчас смерти подобно, а во-вторых, кажется, я действительно хочу с ней сблизиться и в вертикальной и в горизонтальной плоскости, тоже. Я думал начать сближение с дружеского расположения. Хотя всегда считал, что спать с подругами – последнее дело. С подругами нужно делиться секретами, плакать в жилетку, когда хреново, утешать, когда плохо им, но никак не спать. Пожалуй, дружеское расположение отпадает. Пусть будет не дружба, а для начала лёгкий флирт. А там посмотрим. Только флирт должен быть без пошлостей, а то моя маленькая блондинка испугается и сбежит в самый неподходящий момент. Перед роднёй и дедом нужно быть убедительным. Он в жизни не поверит, что у меня отношения с девушкой, а я к ней боюсь прикоснуться. Вот об этом и нужно поговорить с Дашей. Я выбрасываю в окно сигарету и отправляюсь спать. А утром меня разбудил запах кофе и свежей выпечки, а она всегда щекочет нос и заставляет ее волей-неволей попробовать. Сразу вспомнилось детство, ранее утро в деревне, бабушка Настя со стороны мамы и большая стопка блинов на столе. Прежде, чем потянуться на умопомрачительный запах, я всё-таки по-спартански принял душ, оделся и нарисовался на кухне. Дашка стоит у плиты, ловко переворачивая очередной блин. На ней короткие шорты, открывающие длинные ноги и белая футболка, надетая на голое тело. Острые соски явно выделяются под тканью. Моё тело непроизвольно среагировало. Чёрт! Я только вылез из-под холодного душа. Если так и дальше пойдёт, мне придётся постоянно торчать под этим грёбанным душем. Я сглотнул и попробовал сосредоточиться на стопке блинов. Маленькая, блондинистая зараза! Интересно, она чувствует, как действует на меня? Специально так вырядилась или это её домашняя униформа?

– Привет трудовому фронту! С утра стоишь у «мартена»? – На мой невинный вопрос Дашка резко оборачивается, и мы скрещиваемся взглядами. Я стоически выдерживаю её взгляд, чтобы не утонуть в синеве её глаз, и мне это удаётся. А вот Дашка неожиданно смущенно отводит взгляд. Интересно, смущается, потому, что сейчас полуголая передо мной щеголяет? Не понимает, что на её длинные ноги и грудь без лифчика у любого мужика встанет? – Тебе, наверное, жарко? – усмехаюсь я. – Ты поэтому вырядилась, как в Турции на пляже?