Развод. Любовь без оков (СИ) - Варандей Вера - Страница 49

Я переключаюсь на магическое зрение и теряю дар речи: комната насыщена такой концентрацией заклинаний, что на мгновение мне кажется, будто я задыхаюсь и слепну от этого блеска.

— Держитесь рядом, — шепчет Дерек и отпускает мою руку. Он выходит в центр, к алтарю.

Поднимает свои руки и запускает нити магии, которые послушно устремляются изучать пространство по воле хозяина.

Опускаю взгляд на пол — черный камень, холодный даже через мягкую подошву. Подхожу ближе, разглядываю алтарный камень. На ребре — метки, и мне чудится, что это клавиши инструмента. Во время ритуала в него вольется сотня голосов магии, стены запоют, как орган, и волны сложатся в один удар.

Поднимаю голову — высокий купол и узкое отверстие, через которое видно небо. Прямо над алтарем.

— Смотри, — Дерек опускает руки, но его магия все еще вьется вокруг, подсвечивая зал. — Думаю, здесь будут стоять участницы — кругом, как лепестки у цветка. Первый круг — самые сильные девушки. Вот те четыре колонны заряжены свежими заклинаниями усиления, значит, пустынники, скорее всего, будут рядом с ними. Остальные — в несколько рядов вокруг…

— А где будем мы? — Мне очень хочется, чтобы он сказал, что мы будем рядом, но Дерек не радует. — Вас, Алена, скорее всего, поставят в первый круг. Важно делать то же, что и остальные участницы отбора. Просто слушать и ждать моего сигнала, когда в руках у Пустынника появится корона.

— А потом?

— Когда корона будет в него в руках, до того, как он ее наденет, я ударю по нему. Ваша задача, Алена — корону не потерять в суматохе, которая здесь возникнет.

Он замолкает, снова вскидывает руки и плетет неимоверно быструю мелкую сеть заклинаний, которые разлетаются по периметру, оседая на опорах и стенах зала.

— А если заметят? — волнуюсь я.

— Не заметят. — Дракон — сама самоуверенность, и мне нечего ответить.

Он проводит рукой по гладкой поверхности алтаря, и в воздухе раздается низкий, едва различимый звон. Убирает руку.

— Жаль, что свод один, — хмурится Дерек, глядя наверх. — Если придется все здесь крушить и бить по несущим, рухнет всё. Нам нужны трещины в хоре магии, а не в камне.

Надеюсь, рухнут планы Пустынника, а храм выстоит.

Со стороны входа доносятся шорохи, быстро перерастающие в четкие звуки шагов.

Я подбегаю к Дереку, увлеченно плетущему новое заклятье.

— Дерек, опасность!

Он что-то шипит себе под нос. Через несколько секунд он уже прижимает меня к одной из колонн у входа, перед первой широкой ступенью.

Я не дышу, вся превращаюсь в слух. Сердце колотится так громко и отчетливо, что мне кажется, его точно услышат те, кто спускается в зал.

Входят двое. Первый — маг, которого трудно не узнать. В длинной расшитой накидке до самого пола. Он останавливается, словно ждет оваций и вспышек фотокамер. Пустынник.

За ним появляется эльф, дядя Летиции, Таэрин Нойс. Больше никого. Почему они вдвоем?

Пустынник смотрит прямо на нас и… не видит. Если я сейчас рухну от того, что не могу дышать, я выдам Дерека! Заставляю себя сделать тонкий, осторожный вдох. И выдох.

Спина мгновенно становится мокрой и холодной.

Джехан Лу отворачивается. Вцепляюсь руками с одежду дракона, так мне устойчивее.

— Почти готово, — голос Пустынника звучит привычно-медово, властно и чуть нараспев, в нем слышится усталое удовлетворение. — Через сутки на рассвете проклятие моего отца будет снято. И родится новая империя.

Эльф откашливается.

— Господин Лу, я… все еще не посвятил Летицию во все нюансы, — голос Нойса сух, в нем звучит сомнение.

— Не веришь в меня, но все равно участвуешь? — усмехается Пустынник и, не глядя на эльфа, идет к центру зала, к алтарю. — Все получится, ты не представляешь масштаба подготовки, Таэрин. Я верну миру полную силу магии и исправлю ошибки отца.

— Летиция станет вашей главной женой. — продолжает эльф осторожно, — Девочка по характеру настоящая императрица, но идея гарема ей точно не придется по нраву, — вздыхает дядя Нойс. — Я прошу вас, хотя бы год дайте моей племяннице почувствовать себя в этой роли, а потом уже заводите других жен.

Джехан Лу вдруг смеется.

— Поздно торговаться, Таэрин. Мы все обсудили еще год назад. Будет так, как договорились. Твоя племянница — первая жена. Ты — первый советник. Земли эльфов под твое управление. Что до твоего родственника… его голова может украсить ворота столицы. Тебя это устроит?

Эльф вздрагивает и соглашается.

Богиня, ты в курсе, что здесь на самом деле готовят?

Я крепче хватаюсь за Дерека, а он одним плавным движением оказывается передо мной, заслоняя вид на будущих властелинов мира. Он обнимает меня и просто держит, не дает шелохнуться.

Ну да, у нас амулет отвода глаз, но не слуха.

Пришедшие еще что-то говорят, затем оба отпускают магию, и зал наполняется легким гулом. Дерек подталкивает меня к выходу.

О да! Я и сама с удовольствием отсюда уйду.

Мы выскальзываем из храма, как тени, и быстро идем обратно по темному саду, уже не скрываясь так тщательно. Адреналин жжет кровь.

Только запершись в своих покоях, я выдыхаю главное:

— Он готовит не просто ритуал. Он готовит мировой переворот. А этот эльф… Таэрин Нойс, он что, предал своего родственника и покупает себе трон эльфов ценой племянницы? Я все правильно понимаю?

Дерек мрачен.

— Дерек… — начинаю я, помня, что ему понравилось, когда я зову его по имени, и останавливаюсь.

Я верю, что дракон силен и хорошо обучен.

Но то, что я почувствовала там, внизу, в этом зале, — это словно спрут, схвативший за шею и тянущий на бездонную глубину. Он не отпускает, не дает нормально дышать.

— Что я? — Дракон рядом и смотрит хмуро.

— Может, нам стоит позвать утром подмогу? Вы уверены, что справитесь один?

— Закройте двери, Алена, — говорит мне Дерек и выходит не оглядываясь, покидает мои апартаменты.

А я хожу по комнате кругами, убираю одежду обратно в сундук, оставляя только танцевальный наряд. Наконец, заваливаюсь спать, мну подушку, ворочаюсь и засыпаю, представляя алтарь в темноте большого тревожного зала.

Глава 51

Стою рядом со сценой, и сердце колотится где-то в горле. Вдох. Выдох. Не сейчас. Нельзя вспоминать храм пустынника, разговор заговорщиков и мрачное лицо Дерека. Сейчас — только танец.

День пронесся как один миг. Утро мы начали с репетиции в маленьком внутреннем дворике. Я выставила дракона за дверь — присутствовать на репетиции запретила категорически. Он рыкнул, но за дверь вышел.

Три местных музыканта с похожими на лютни инструментами смотрели на меня скептически, пока я не начала отбивать ладонями тот самый ритм. Главное: они и версию местного барабана нашли. И пошло-поехало. Спустя несколько часов у нас родилось нечто среднее между арабской ночью и цыганской вольницей. Музыканты ушли довольные, а я — мокрая от усердия и предвкушения.

В сундуке нашла россыпь тончайших шелковых платков. Два из них — яростно-красный и цвета морской волны — теперь заткнуты за пояс моих шаровар. Они будут парить в воздухе, продолжение каждого моего движения.

В высокой прическе, спрятан тот самый гребень, — моя тайная защита. Дерек перед выходом из апартаментов долго и молча водил руками вокруг меня, накладывая какие-то свои защиты поверх действия артефакта. Его лицо было сосредоточенным и суровым.

— Алена, вы защищены, не бойтесь ничего. Помните, я — рядом, — мой Джеймс Бонд напутствовал меня перед тем, как мы спустимся по ступеням амфитеатра.

— Поприветствуем еще одну участницу отбора, которая присоединилась к нам совсем недавно, Алена Гринвуд, прошу! — объявляет мой выход распорядитель.

Давай, Алена, это нужно для дела. А еще, потому что мне хочется, чтобы суровый наставник… увидел меня другой и… я сама не знаю, что дальше, но танцевать я буду для него.

Выхожу на сцену, смотрю на лица зрителей, считываю очень разные эмоции. Все, Алена, отключайся от этого. Только от один взгляд важен для меня. Обжигающий, тяжелый, как физическое прикосновение. Он где-то справа, в тени. Дерек Джар.