Развод. Любовь без оков (СИ) - Варандей Вера - Страница 48

Глава 49

От самодеятельности не отвертеться. Тяжело вздыхаю. Песни, танцы, стихи…

У меня внутри все сжимается в комок: я не хочу снова идти в открытый амфитеатр, а еще я не знаю ничего из местного фольклора. В голову лезут обрывки стихов из школьной программы про березки да снега. Здесь меня точно с таким репертуаром не поймут.

Дерек сказал, нас могут не пустить на ритуал, если я хоть что—нибудь не сделаю в этом конкурсе невест. Значит, Алена, нужно опять взять себя в руки и…

Возвращаюсь в спальню, останавливаюсь перед злополучным сундуком с реквизитом от Ленарда Пятого. Дерек всадится в кресло, и его тяжелый, изучающий взгляд скользит по мне, заставляя кожу покрываться мурашками.

Не нужно так на меня смотреть!

Я передергиваю плечами и откидываю крышку сундука.

Перебираю содержимое, выкладывая наряд за нарядом на кровать. Все не то, наконец, останавливаюсь на зеленом костюме на восточный манер: шелковые шаровары, облегающий топ, газовая накидка, вся эта красота расшита золотым бисером и мелкими, звенящими монистами.

Богато и… соблазнительно.

Во взгляде Дерека — вопрос.

А у меня в голове — ответ и внезапная дерзкая уверенность. Буду танцевать восточный танец. Не зря ведь я почти год ходила на занятия в студию «за компанию с Наташкой».

Смотрю на Дерека, и на меня накатывает дикое, необъяснимое желание его растормошить.

Он вчера заставил себя целовать, чтобы поверить свою гипотезу. А я…

Буду танцевать для него завтра, подразню дракона. А целовать его больше не буду!

К костюму идеально подойдет заколка с камнями, подхватываю сумочку и достаю ее. Нужно будет собрать волосы плотнее в пучок и выпустить несколько прядей у лица.

— Вот в этом буду танцевать! — объявляю дракону, демонстрируя наряд. Поднимаю волос и закрепляю заколку сбоку.

Дерек вдруг вздрагивает, его взгляд становится цепким.

— Откуда у вас, Алена, эта заколка? — вопрос тихий, что в нем мне почему—то слышится прямая угроза, и я теряюсь.

С чего бы?

— Мне… — лихорадочно соображаю, как безопаснее ответить. — Аланта Гринвуд подарила. Мы родственницы, хоть и дальние. Я недолго жила в их доме.

Лучше варианта все равно нет.

— Да? — Темная бровь медленно ползет вверх. — Странно. Вы так близки? Что еще она подарила?

Раз уж он спросил… Можно проверить и среди украшений, может, что еще супер—ценное есть?

— Еще несколько колец, — достаю их и показываю на ладони. — Сказала, что ей это все больше не нужно. И старинную книгу. — Достаю из сумки и укладываю на кровати.

Дракон хмурится, его брови сходятся в одну суровую линию, рассматривает предметы, что лежат сейчас на покрывале.

— Кольца… обычные, — медленно произносит он. — А вот заколка… Это настоящая ценность.

Он встает с кресла и подходит ко мне, его пальцы вытаскивают гребень из моих волос. Дерек проводит по камням, и его прикосновение кажется почти невесомым.

— Очень сложная работа. Это артефакт. Защищает от ментального влияния. Пока она в волосах — чужая магия на разум не действует, — наконец он объясняет свою реакцию. — Странно, что родственница просто так отдала редчайшую вещь вам.

Он возвращает ее мне. А я смотрю на заколку совсем другими глазами? Ценность драгоценности еще выше?

— Носите ее, Алена, всегда, пока мы здесь. Но лучше укрывать ее от глаз сильных магов.

— Почему?

— Под внимательным магическим взглядом можно догадаться о ее истинном предназначении. Не стоит светить защитой.

Понятно. Значит, «фонит» заколка.

Вот почему король и эльф так пристально на меня смотрели в свое время! Догадка, что на меня пытались оказать влияние и поняли, почему не поддаюсь, настораживает. Нужно замаскировать ее бутафорией. Оглядываюсь на сундук: поищу платочек или искусственный цветок.

— Спасибо, что предупредили, господин Дерек. Я не знала.

Дракон кивает. Поднимает струю книгу в кожаной обложке, листает.

— Детские сказки? — смотри на меня с изумлением.

Да? Ну спасибо, Летиция.

— Думала изучать язык, но пока времени на это нет. — Придумываю причину на ходу.

Дерек возвращает книгу на кровать и поворачивается ко мне.

— Для выступления завтра теперь все есть? — вопрос звучит очень серьезно, он проводит рукой над разложенными на кровати вещами.

— Почти, — отвечаю вздыхая. — Не хватает музыки.

Сегодня я его удивляю.

— Какая музыка нужна?

Я не изучала местные музыкальные инструменты, но надеюсь, что барабаны здесь есть. Захлопываю крышку сундука, подтягиваю стул, сажусь и начинаю отбивать ладонями и пальцами сложный, быстрый ритм о дерево.

— Что-то вроде такого.

Дракон слушает, не двигаясь, его глаза темнеют.

— Завтра будет, — обещает. — Отдыхайте, Алена.

— Спасибо, Дерек. И тоже иду сегодня с вами. — Объявляю дракону о своих намерениях.

Он молчит и буравит меня взглядом.

— Сегодня ночью в старый храм с фонтанами. — поясняю, чтобы не осталось недопонимания между нами. — Я обещаю быть осторожной.

Я почти три дня провалялась, болея, в кровати, а сейчас отлично себя чувствую и лучше я буду переживать рядом с ним, чем одна в спальне, тем более, выспалась уже.

— Нет.

— Да.

Дерек точно не хочет меня брать, но в последний момент передумывает и кивает.

— Я зайду. — качает головой, поджимает губы и выходит.

Дверь за драконом я закрываю и понимаю, что от странного недуга, в котором варилась последние дни, я избавилась.

Глава 50

Тени сада кажутся этой ночью особенно густыми и живыми. Каждый шелест листьев, каждый хруст гравия под ногами заставляет сердце замирать.

Мы крадемся к Храму Пустынника. Наша цель — увидеть место ритуала. Увидеть и, наконец, договориться, как будем действовать.

То, что у нас до сих пор нет адекватного согласованного плана, лично меня тревожит.

Поглядываю на спокойного и внешне как всегда уверенного в себе Дерека. А его, видимо, нет. Но раз он все же взял меня сегодня с собой, значит, считает, что нам обоим полезно увидеть место будущей схватки заранее.

Дракон останавливается и берет меня за руку, уводя в сторону с дорожки.

— Тише, — его дыхание касается моего уха, и по спине бегут мурашки. Его рука на моей спине — единственная твердая точка в этом колеблющемся мире.

Полог отвода глаз работает отлично: мимо нас проходят два стражника, даже не поворачивая головы. Уф…

— Идем. — Мы продолжаем движение в сторону шума, и Дерек поясняет: — Это фонтаны, мы рядом.

Прямые дорожки, выложенные кирпичиком, давно закончились. Последние метры мы движемся по мелким камушкам, которые предательски хрустят под ногами. Дракон постоянно оглядывается, а я стараюсь идти на цыпочках и затаить дыхание.

Звуки падающей воды становятся такими громкими, что можно почти не скрываться.

Его сильная рука больше не отпускает мою, а я не сопротивляюсь. Мне спокойнее, когда он ведет. В прошлый раз он выдернул меня из неожиданно возникшей пропасти. И сейчас я едва заметно сжимаю его пальцы в ответ: все в порядке.

Вход оказывается открытым: проем в старой каменной кладке и широкие наклонные ступени, ведущие вниз. Храм Пустынника — древний, как чужая обида. И такой же глубокий.

Вдоль стены тянутся нити серебристых рун, напоминающие мне Храм Света. Они дают слабое освещение, но его достаточно, чтобы двигаться дальше. Вниз. Звуки фонтанов здесь уже не слышны.

Проем становится шире и выше. Впереди вырисовываются очертания свода, по бокам возникают массивные грубые колонны. Камень выглядит так, словно веками стоял на холме под всеми ветрами — столько в нем щербин и неровностей.

Воздух внутри густой и сладковатый, будто пропитанный застывшим дымом благовоний и старой магией. Давит на виски.

Останавливаемся на последней ступени. Зал огромен, круглый, словно чаша. В центре — массивный каменный алтарь, темный и отполированный до зеркального блеска тысячами прикосновений. Стены испещрены сложными узорами, которые даже сейчас, в полумгле, слабо пульсируют внутренним светом. Кажется, будто все пространство дышит.