Запретное желание принцессы Амелиты (СИ) - Цветкова Виктория - Страница 48

Ансар зло сжал меня, приподняв.

— Не смей кусаться, дрянь! Мне нужен мой подарок на день рождения — твоя невинность.

— Ты с ума сошел, подлец! При своем отце повторишь свои последние слова!

Я едва увернулась от пощечины. Как с ним сладить? Пьян он, что ли?

Применить щит и отбросить негодяя в сторону я не могла: одно из колец, которое Ансар носит постоянно — из числа священных королевских регалий: оно не позволит активировать против принца магические чары.

В коридоре по-прежнему никого не было, однако в поле моего зрения попали широкие листья цветка. Один из сочных побегов как раз качался над плечом принца.

Вот оно. Я призвала магию и дала приказ на нападение:

«Em pettum!»

Отталкивая от себя руки негодного жениха, я почти отстранённо наблюдала, как растение дрогнуло, листья шевельнулись, и к Ансару потянулись зелёные ростки. Удвоила усилия, пытаясь оттеснить своего противника поближе к вазе. В пылу борьбы принц даже не заметил, как на его плечи и стан ложатся толстые побеги, быстро оплетая.

Только когда шершавый молодой листик случайно задел щеку, подбираясь к шее, Ансар взглянул вниз и тут только понял, что случилось. Лианы надёжно спеленали его. Принц хотел сбросить живые путы — не вышло. Руки оказались стиснуты крепкими побегами. Он прошептал заклинание уничтожения, но эльфийская магия, доставшаяся мне от матушки, не разрушается под действием стихийной, и уж, конечно, устоит перед бытовой.

— Посиди пока в кусте, Ансар, и подумай над своим поведением! — Я лихорадочно оправляла платье. Слава Светлым девам, этот идиот не порвал его.

— Что тут происходит? — голос, раздавшийся за спиной Ансара, походил на раскаты грома.

От неожиданности я вздрогнула, резко повернулась и с облегчением узнала Марса. Некромант был мрачнее тучи.

В яростных попытках освободиться от все более бурно разрастающейся растительности, принц опрокинул мраморную кадку. Та с грохотом покатилась по плитам пола, рассыпая землю. При этом и сам Ансар не устоял на ногах, и его, словно на аркане, поволокло за горшком. Бессильно трепыхаясь, весь красной от гнева, принц хрипло заорал:

— Учти, ди’Зорр! Если ещё раз притронешься к моей невесте, вызову тебя на магический поединок!

Я фыркнула, находя эту угрозу смешной.

— Почему на магический? Боитесь сразиться со мной как мужчина, на саблях? Или воображаете, что я слабее в магии? С удовольствием это проверим, когда вам будет угодно, Ваше Высочество. — издевательский тон Марса не оставлял сомнений в том, что думает он о валяющемся на полу принце.

Однако ситуация была отчаянная. Непристойные крики Ансара привлекли внимание слуг и сбежавших с бала любовников — со стороны уборных послышался топот и изумленные возгласы при виде шевелящейся зеленой массы, которая расползалась все дальше по коридору, выстреливая все новыми сочными отростками.

Ансар уже почти скрылся под лианами, наружу торчала лишь нога в бальном башмаке, да искаженное яростью красное лицо с выпученными глазами.

Я спешно привела в порядок платье, радуясь, что прическа надежно закреплена заколками. Некромант протянул мне руку, и я с готовностью ухватилась за нее. Спокойным, почти неторопливым шагом мы вышли в зал и постарались смешаться с толпой.

Приглашённые уже натанцевались, посреди зала кружилось лишь несколько самых упорных пар. Среди них оказалась Дагмара в паре с незнакомым мне эйсом. Остальные гости, как обычно, на раутах, разбились на небольшие группки и что-то увлечённо обсуждали. Сплетничали, конечно.

Мы отошли вглубь зала, и я заглянула в одно из настенных зеркал. Отметив, лихорадочный румянец на щеках, заправила выбившийся на щеку локон.

«Хырова чешуя! Как же хорошо, что под руку подвернулся тот цветок! Нужно бы его отблагодарить потом».

— Я встревожился, что ты так долго не выходишь оттуда. Но думал, дело в ваших дамских штучках или, что ты решила отсидеться вдали от гнева королевы. Ее Величество была недовольна, когда герцогиня явилась без тебя.

— Женишок подкараулил меня, как ты видел.

— Ловко ты его. Так ты сильна в эльфийской магии? Зачем тебе тогда некромантия и зелье силы?

— Резерв мал. К тому же эльфийская магия хороша для чистокровных эльфов, а не для полукровок с демонской кровью. Магия природы подчиняется мне лишь в редких случаях. — Я помолчала, расправляя юбку. — Послушай, у меня в животе неприлично бурчит! Пойдём в буфет. — Тут я заглянула Марсу в лицо, лукаво ухмыльнувшись. — Если, конечно, ты не собирался пригласить на танец ту пышную вдовушку, с которой уже дважды танцевал.

Марс сверкнул довольной улыбкой.

— Так ты следила за мной, детка?

— Ой, не воображай о себе!

Вскоре я снова получила в руки вожделенную тарелку с закусками. На сей раз на яды ее проверял Марс. Ждать не стала, сразу отправила в рот крошечную тарталетку с изысканным паштетом, пристально наблюдая за выходом в танцевальный зал — не появится ли Ансар.

— Надеюсь, лианы хорошенько потрепали этого мозгляка!

Марс не стал есть, вместо этого он устремил на меня горящий янтарем взгляд.

— Он приставал к тебе из-за того, что увидел с Ильхардом?

— Никакой другой причины не приходит в голову. Негодяй хотел получить в подарок мою невинность, только представь! Но у меня для него всего лишь кошель, да и тот вышивала дей’Форе.

Марс скрипнул зубами, и я услышала тихое:

— Негодяй. Пожалуй, он заслуживает вызова…

Эти слова заглушил громкий щелчок. Из бального зала послышались нестройные возгласы и женский визг. Музыка резко оборвалась.

Гости сбились в плотную, словно стадо, толпу. Они замерли, вытягивая шеи и приподнимаясь на цыпочки, чтобы рассмотреть, что происходит в дальней части зала.

61 Наказание

Все, кто были в буфете, бросились к дверям. На месте остались лишь я, Марс да толстяк министр двора. Мы с некромантом были все еще немало смущены приключением с принцем, и не желали мешаться в очередной скандал, а перед эйсом дей’Моном стояло полупустое блюдо из-под пирожных: бедняга так объелся, что, попытавшись вскочить, повалился обратно на стул. Смирившись с судьбой, он продолжил набивать рот пирожными.

Теперь, когда музыка и разговоры в бальном зале смолкли, мы ясно расслышали сперва негромкий свист, словно звук рассекаемого воздуха, а затем щелчок. И еще. И еще.

— Что это? — шепотом спросила я у Марса.

Тот пожал плечами и все-таки поманил меня к выходу.

— Пойдем посмотрим, интересно же.

Запихав за щеку еще одну тарталетку, почти бегом догнала Марса, который уже подходил к толпящимся в дверях. Однако выйти в бальный зал нам не удалось — здесь плечом к плечу сгрудились эйсы и сьерры, стиснутые кринолины не позволяли им даже двинуться. Нечего было и думать, чтобы вклиниться. Более того, все были так увлечены наблюдением за происходящим, что вообще не реагировали на требования Марса пропустить нас.

«Что же там такое занятное происходит?»

По лицу некроманта я поняла, что он готов силой обратить на себя внимание невеж, и дернула его за рукав, убеждая оставить эту мысль. Он-то пробьётся. А я? В моем-то платье!

Марс смирился с тем, что нам придется остаться здесь, и облокотился спиной о створку двери. Видимо, ему пришла в голову другая мысль, потому что он быстро стал чертить в воздухе какие-то магические формулы.

— Что ты делаешь? — заволновалась я.

— Увидишь, Огонек, — отмахнулся Марс, не отвлекаясь от своего таинственного занятия.

Я ахнула, когда над головами зевак сгустилось дымное облачко из тьмы. Вначале малозаметное, в какой-то момент оно вытянулось и превратилось в плоское темное зеркало.

— Какая замечательная выдумка, Марс! — Я едва в ладоши не захлопала от восторга, но обмерла, когда поверхность зеркала прояснилась и мы, наконец, увидели, что происходит на другой половине зала.

Первой бросилась в глаза высокая фигура Ильхарда. Он стоял посреди значительного пустого пространства, слегка расставив длинные ноги. Что он держит в руке, я не разобрала до тех пор, пока он не взмахнул этим предметом. Раздался тот самый свист, а затем щелчок.