Гнев Безумного Бога (ЛП) - Фейст Раймонд Е. - Страница 51

Насвистывая бессмысленный мотивчик, он прошёл мимо ещё шести кабинетов, усеянных трупами. Ухмыляясь, Варен размышлял: убийство лидеров великих домов, конечно, забавно и создаст цурани массу проблем, но как мальчишка-император попытается управлять Империей без своего бюрократического аппарата?

Мартух поспешно спустился по лестнице в укрытие и объявил:

— Вести достигли дворца ТеКараны. Теперь мы знаем, о чём был вчерашний сбор.

Паг, Магнус и Хиреа, сидевшие на походных койках, устремили взгляды на старого воина.

— По велению Темнейшего, ТеКарана отправил два легиона — Третий и Пятый, десять тысяч воинов — через так называемые порталы в ваш мир. — Он обратился непосредственно к Пагу и Магнусу.

— Куда именно? — спросил Паг.

— В мир цурани. Подробностей я не знаю, но ходят слухи, что каждый воин получил приказ подготовить «смертное наследие».

— Смертное наследие? — переспросил Магнус.

Хиреа пояснил:

— Каждый воин на службе у ТеКараны или одного из Каранов имеет специальный ларец, куда помещает вещи, которые должны быть переданы его дому или обществу после гибели. Туда кладут личные предметы, послания отцам или наставникам — всё, что воин желает оставить в наследие.

— Это означает, — добавил Мартух, — что каждый воин был послан на верную смерть. Этот рейд был одновременно убийственным и самоубийственным. Воинам сказали, что они должны умереть за Темнейшего.

Хиреа с неверием покачал головой.

— Два легиона, — прошептал он. Затем обратился к Мартуху: — Ты же знаешь, что старший сын Астамона из Хингалары служил в Пятом.

— Астамон был хорошим человеком, хоть дом Хингалара и принадлежал к Салмоди. — Мартух взглянул на Пага и Магнуса. — Салмоди и Садхарины почти всегда оказываются по разные стороны в любом споре. Но в каждом сообществе есть достойные люди.

— Что это значит? — спросил Паг. — Зачем посылать самоубийственный рейд?

— Это значит, что множество цурани теперь мертвы, а Темнейшему всё равно, сколько из нас погибнет ради этой цели. — Мартух тяжело вздохнул. — Я отверг многое из того, что мой народ считает нормой, но даже самые ярые традиционалисты не смогли бы принять потерю десяти тысяч жизней лишь для того, чтобы досадить врагу. Мы завоеватели, — добавил он, — а не чаттак, которого можно зарезать по чьей-то прихоти!

Магнус недоумённо спросил:

— Я не понимаю.

Паг кратко пояснил:

— Скот.

Хиреа продолжил:

— Для любого воина дасати вопрос личной гордости в том, что взятое — удерживается. Шесть миров покорены со времён восхождения Темнейшего. И ни пяди завоёванного мы никогда не отдавали.

Он сделал паузу, собираясь с мыслями.

— Смерть дасати — обычное дело, мы все к ней готовы. Но мы умираем, чтобы наш народ расширял владения. Не просто ради самой смерти. Это не путь дасати.

Мартух видел, что объяснение не до конца ясно Пагу и Магнусу. Прожив среди обитателей Первого Уровня Реальности, он лучше понимал их образ мыслей.

— Мы не философы, как ипилиаки. Они постигают то, что нам невообразимо. Они воображают то, что нам непостижимо. Мы — раса насилия, где высшее его проявление — завоевание. Ибо насилие без цели…

— …Насмешка, — тихо закончил Паг. — Насмешка над чужой болью.

— И это оскорбительно, — сказал Мартух. — Это насмешка над тем, для чего родились десять тысяч воинов дасати, лучших из нас: завоевывать!

— Смеяться над чужими страданиями — одно дело. Но видеть такую растрату… — Слова Хиреи оборвались.

— Зависит от того, для чего их выбрали и как использовали, — сказал Магнус.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Мартух.

Магнус задумчиво посмотрел на старого воина.

— Если бы ТеКарана просто хотел сокрушить Келеван, он бросил бы в бой миллионы ваших воинов.

Мартух и Хирея оба кивнули в знак согласия.

— Цурани — доблестные воины, и каждый из них умрёт, защищая свою землю, но против такой атаки им не устоять. Значит, должна быть веская причина жертвовать десятью тысячами его личной гвардии вместо полномасштабного вторжения на Келеван, — сказал Паг. — Я не знаю наверняка, но подозреваю, что воинам дасати потребуется такая же адаптация к моему миру, как и нам — к этому.

— Совершенно верно, — сказал Мартух. — Я могу путешествовать в Делекордию без особого дискомфорта. Ипилиаки похожи на меня так же, как Хиреа, но живут в мире, застрявшем посередине между этой реальностью и вашей. Однако им потребовались века, чтобы привыкнуть к энергиям того мира. — Он сделал паузу. — Без подготовки нам было бы трудно прожить там больше недели-двух. Некоторые смогли бы адаптироваться, другие заболели бы и умерли. Но Делекордия — не в Первой реальности. Без подготовки, подобной вашей, ни один дасати не смог бы просуществовать в вашем мире дольше нескольких часов, от силы дня.

Паг вспомнил, как тяжело далась адаптация ему, Накору, Беку и Магнусу.

— Но как они собираются подготовить целую армию немагов к вторжению? — тихо спросил он.

— Никак, — ответил Мартух. — Мы, дасати, не изменяемся, чтобы существовать в новом мире; мы изменяем мир под себя.

— Каким образом? — спросил Магнус.

— Магией, — сказал Хиреа, как если бы ответ был очевиден.

— Но… магия таких масштабов… — Паг замолчал. — Темнейшему нужно столько жизней не просто для открытия разломов в Первую реальность или переброски армий. Ему требуются миллионы жизней, чтобы получить достаточно силы для переустройства миров!

Паг умолк. Магнус взглянул на отца и увидел человека, почти подавленного грандиозностью того, с чем они столкнулись.

— Отец?..

— Сегодняшняя атака — не завоевание, а отвлекающий манёвр.

— Что ты имеешь в виду, человек? — спросил Мартух.

— У вашего ТеКараны есть союзник — безумный некромант по имени Лесо Варен. Он умеет захватывать тела и сейчас скрывается где-то в Империи Цурануанни. Моя жена и другие пытаются выследить его, но он мог принять облик кого угодно. Они ищут следы его магии смерти, но пока он сам не проявится…

— Откуда ты знаешь об их союзе? — спросил Хирея.

— Потому что у них общая цель: тотальное уничтожение и смерть на Келеване.

— Зачем человеку такое?

— Он безумец, — сказал Магнус.

— Но он не глупец, — сказал Паг. — Если он увидит выгоду в том, чтобы распахнуть врата на Келеван перед вашим народом, он так и сделает. И ни один дасати даже не поймет, что он им манипулировал.

Мартух и Хиреа слушали с предельным вниманием.

— Он достаточно знает о цурани, чтобы понимать: если агенты Темнейшего попытаются закрепиться и начать изменять тот мир, Император бросит миллион воинов на штурм этой позиции, и каждый из них будет готов умереть за Империю. А объединенная мощь Ассамблеи Магов и магии всех храмов обрушится на захватчиков. Это может нанести цурани урон, но они уничтожат любой плацдарм в их мире, как только обнаружат его.

Паг ненадолго замолчал, обдумывая свои слова.

— Темнейшему нужно время, чтобы создать на Келеване достаточно мощный опорный пункт — такой, чтобы вся мощь Цурануанни, миллион воинов, тысячи магов и жрецов вместе взятые не смогли его остановить.

— Это означает хаос, — сказал Магнус.

— Да, — согласился Паг. — Ему нужно ввергнуть Империю в хаос, чтобы она не смогла противостоять его вторжению.

— Как? — спросил Мартух.

— Убив Императора, — ответил Магнус.

— Или уничтожить Ассамблею, — добавил Паг. — Варен не сможет подорвать влияние храмов, потому что они слишком рассредоточены, и это потребует времени. Так что цель — либо Император, либо Ассамблея.

— Или Высший Совет, — предположил Магнус.

— Да, возможно, он… — Паг резко поднялся и посмотрел на Мартуха и Хиреа. — Мне нужно срочно поговорить с Накором. Сегодня же.

— Невозможно, — отрезал старый воин. — Мы уже официально попрощались как наставник и ученик. Ты не можешь просто пойти туда. Ни у кого, а тем более у двух Ничтожных, не может быть причин требовать встречи с Ничтожным из числа новобранцев Императорской Гвардии.