Оникс и слоновая кость - Арнетт Минди - Страница 84

Корвин помогал магикам, спешившим до заката позаботиться о пострадавших, сооружал шалаши для самых слабых и детей. Большинство ребятишек не взяли в бой, оставив присматривать за лошадьми. Однако кое-кто в штурме все же участвовал. Кейт заметила у костра мальчика, потерявшего в бою глаз, с замотанной тканью головой. Отряду срочно требовались припасы и убежище понадежнее. Только где его искать изгоям?

Закончив обихаживать коней, Кейт прошлась по лагерю, надеясь найти еще какое-нибудь полезное дело. Она чувствовала на себе взгляды и не могла избавиться от чувства вины. Из-за нее эти люди оказались в таком положении. Но чем дольше она вглядывалась в эти лица, тем вернее раскаяние сменялось гневом. Да, она невольно навела золотых на штаб-квартиру Возрождения, но корень бед был в другом. Их преследовали не за преступления, а лишь за то, какими они родились.

В сердце крепла решимость положить конец несправедливости, избавиться от ненависти и предрассудков. Дикие слишком долго терпели и прятались. Скрываясь от всего мира, они позволили сформировать о себе превратное мнение. Даже Возрождение, которое Кейт прежде винила в том, что таких, как она, начали угнетать еще больше, по сути не являлось настоящим сопротивлением. Это была лишь выдумка, которая подливала масла в огонь всеобщего страха.

Что бы там ни думали остальные, Кейт была уверена в одном: ей надоело прятаться.

Убедившись, что работы для нее нет, она отправилась к ручью. Кейт тщательно соскребла с рук присохшую грязь, умылась. Расплела косу, причесалась пятерней и вновь заплела. Когда она принялась отряхивать и поправлять одежду, нащупала что-то в кармане и вытащила фиал. Какое-то время она разглядывала сосуд, не представляя, что с ним делать, потом повесила на шею. Он был теплым. Наверное, носить на груди кровь отца было странно, если не противоестественно, и все же она не сомневалась, что поступила правильно. Теперь она почувствовала, будто отец защищает ее, как и раньше. «Отыщу Кирана и отдам фиал ему», – безмолвно поклялась Кейт.

Она подошла к Сигни, лежавшей на спальном мешке у костра. Сломанная нога покоилась на снятом седле. Кейт присела рядом. Сигни дотянулась до ее руки и крепко сжала пальцы.

– Кейт, ты все сделала правильно. Ты нас спасла.

Кейт закусила губу, не зная, что ответить. Отрицать было глупо, но и похвала вставала поперек горла.

– Сама-то ты как? Сильно болит?

Сигни только отмахнулась и, беспечно глядя ей прямо в глаза, поинтересовалась:

– Скажи, с этим шрамом на физиономии я похожа на свирепую воительницу?

– Свирепейшую из свирепейших, – улыбнулась Кейт.

– Здорово! Наконец-то форма будет соответствовать содержанию. Теперь все поверят моим рассказам о том, что я – истребительница великанов и злых бук.

– Мы и так тебе верили, Сиг. Ничуточки не сомневались. – Кейт обняла подругу за плечи и прижала к себе.

– Эй вы, поосторожнее там, – сказал Даль, тоже опускаясь рядом с Сигни. – А то я начну ревновать.

Ухмыльнувшись, он снял серьгу с чар-камнем. На миг левая щека подернулась дымкой. Когда действие заклинания окончательно прекратилось, Кейт увидела уродливые рубцы, протянувшиеся ото лба к подбородку. Не говоря ни слова, Даль зашвырнул серьгу в ручей.

К ним подошел Том, уселся вплотную к Кейт, и она привалилась к надежному плечу друга. Один за другим к костру подтянулись остальные, рассаживаясь вокруг. К ее удивлению, некоторые дикие благодарили ее за то, что она усыпила Эдвина и его солдат. Кейт только коротко кивала в ответ.

Она огляделась в поисках Корвина и заметила его шушукающимся с Рейфом и Френсисом в глубине ущелья. Вскоре они закончили беседовать и направились к костру. Все глаза обратились к ним. Люди затаили дыхание.

Рейф поднял руку в призыве к молчанию, хоть это и было излишне, откашлялся и объявил:

– Завтра мы отправляемся в Карден, где присоединимся к другим диким. Прежде чем покинуть Норгард, я разослал сообщения поверенным во всех двенадцати городах. Время Возрождения пришло.

Все восторженно захлопали в ладоши. Кейт в упор взглянула на Корвина, потрясенная тем, что он согласился на подобное. Принц, скрестив руки на груди, смотрел в землю перед собой.

– Предстоит битва, но не та, которую мы планировали, – продолжил Рейф, когда ликование стихло. – Инквизиция и ее приспешники по-прежнему остаются нашими врагами, однако главная угроза исходит теперь не от них, а от Сивана. Бог-король Магнар Фейн при содействии Рендборна, вернее – Безымянного, захватил в плен наших родных и друзей. Мы обязаны их освободить. Принц Корвин вызвался возглавить поисковую экспедицию в Сиван, чтобы отыскать там наших близких. Отряд отправится, как только все будет готово.

Кейт изумленно уставилась на Корвина, гадая о причинах его согласия. Конечно, бог-король с армией диких представлял серьезную угрозу. С другой стороны, Даль рассказал Кейт о том, что, пока она находилась в Адских вратах, Корвин узнал о Киране. «Теперь он знает обо мне все».

Корвин подошел к Рейфу, медленно оглядел собравшихся, заглянув каждому в глаза. В том числе Кейт. На ней его взгляд задержался чуть дольше, и, когда он наконец его отвел, она обнаружила, что ее сердце бешено колотится.

– Клянусь своим титулом, своей честью и кровью, что сделаю все, чтобы освободить диких и сразить Безымянного. Клянусь, что Иней станет королевством, которое дикие, магики и обычные люди смогут назвать родным домом. Мы вместе вернем Инею было величие и станем жить в мире и согласии. Никому не придется больше прятаться или бояться.

Все опять принялись хлопать, а на глаза Кейт навернулись слезы. Она тоже зааплодировала, сжимая зубы, чтобы не разреветься. Рейф вновь поднял руку, на этот раз действительно успокаивая толпу.

– В одиночку принц Корвин не справится. Дорога в Сиван опасна. Его Высочеству потребуются лучшие бойцы.

– Я пойду с ним! – крикнул Даль, бросив на Корвина выразительный взгляд, казавшийся яростным из-за шрама. – Ушам своим не верю! Почему ты мне сразу не сказал?

– Просто ждал подходящего момента, – насмешливо ответил Корвин, пожав плечами.

– Я тоже пойду. – Том поднялся на ноги.

Кейт посмотрела на него снизу вверх, и ее охватил страх за друга. Том не был создан для войны. Его дело – творить, а не разрушать. Однако в лице Тома появилась некая новая, несвойственная ему прежде твердость. Возможно, это поможет ему справиться с невзгодами.

Кейт встала рядом с ним и произнесла:

– И я.

Ей не о чем было раздумывать. Она так и так собиралась отправиться искать Кирана и Вианну.

Глаза Кейт и Корвина встретились. Как всегда, ей почудилось невидимое напряжение, словно перед грозой.

Когда разговоры закончились, принц подошел к Кейт и, не говоря ни слова, взял за руку. Они пошли к выходу из ущелья, где росла укромная купа деревьев и никто не мог им помешать.

Остановившись, Корвин посмотрел ей в лицо.

– Кейт, прости меня за все, чего я не сделал, – начал он.

Она открыла было рот, собираясь возразить, но Корвин приложил палец к ее губам.

– Пожалуйста, дай мне закончить. А потом ругайся, сколько угодно. Я же буду слушать и радоваться.

Покраснев, Кейт кивнула.

– Ты была права. Мне следовало сделать все, чтобы заменить твоему отцу казнь изгнанием. Я должен был поверить тебе, когда ты утверждала, что он невиновен. Меня ослепляла вера в то, что быть королем – значит подчиняться правилам. Вера в незыблемость, святость и мудрость древних законов. Я ошибался. Колесо вертится, мир меняется, должны меняться и мы. Чтобы быть королем, нужно понимать, когда изменения необходимы, а когда – нет. Благодаря тебе я познал эту истину. Спасибо.

Кейт подумала, что мир окрашен не только в черный и белый, но и в бессчетное число оттенков серого. Она затаила дыхание, погружаясь в его признание, словно в ласковые морские волны. Вспомнила, как он умолял ее пощадить Эдвина и солдат. Она была на волосок от убийства, однако Корвин, несмотря на собственные сомнения и страхи, не дал ей совершить непоправимое. Помог воспрянуть духом. Выходит, они оба помогли друг другу?