Осколки на снегу. Игра на выживание (СИ) - Птицына Элина - Страница 63

— Белые глаза? — медленно переспросил Карл.

— Он так сказал Двойнику, — подтвердил брат и глянул остро. — Ты понял кто это?

— Возможно.

— Вижу, что тебе надо перетрясать твою шкатулку с драгоценностями, перебирать ее очень внимательно, — качнул головой Тень.

— Думаешь, я просмотрел заговор у себя под носом? — спросил Огаст. Тень пожал плечами.

— Как объект ушел с корабля? — спохватился Карл.

— Он уехал, — Тень усмехнулся. — Сообразительный малый. На борту лайнера в специальной каюте* нижнего трюма ехала интересная пассажирка — Реньё, последняя модель, ну та, которую зовут механической каретой для самых богатых. Август Картер, угольный магнат, ждет ее в герцогстве Вестберге. Наверное, уже не дождется. Двойник познакомился с шофером и пошел смотреть мотор.

— А там и разыграл всю история?

— Ну да. Там весьма уединённо, — согласился Тень.

— А где шофер?

— Так, у Реньё большой закрытый пассажирский салон с комфортными пружинными сиденьями, со специальными шторками, что дает полную интимную обстановку в салоне. И чемоданы там большие.

Бледная улыбка тронула губы Карла.

— На одного владельца Реньё в этом мире скоро станет больше? — спросил он.

Тень ухмыльнулся.

— Она хороша, но приметная очень, — сожаление звучало в его голосе тонкой ноткой. — Я думаю, завтра появятся новости об угоне мотора у Картера.

— Новости про то, как Объект угнал машину?

— Вот мне то же интересно, куда он денет шофера. Вряд ли он так вскроется. Это же подстава.

— Надеюсь, бедный парень был застрахован, — хладнокровно заметил Карл, и братья обменялись мимолетными усмешками.

— Кинжалы-то на встречу взял? — вдруг спросил Тень.

— А ты? — в тон ответил Карл. И они одинаково широко улыбнулись друг другу.

Альберт Бертрам стоял в своих покоях в доме Винтеррайдера и задумчиво разглядывал узор на каминной решетке. Ничего интересного в узоре не было. Берти так думал. Газета с последними новостями лежала на столе.

Инструкции у Петра были весьма однозначные. Что могло пойти не по плану?

Или он решил полихачить?

Или ситуация развернулась таким образом, что у него не было выбора?

Берти подошел к карте. Он знал морские дороги наизусть, и маршрут лайнера тоже прекрасно помнил, но в ответственные минуты всегда страховал сам себя. Судно было в открытом океане, когда обнаружили пропажу, но рано утром заходило в Тилон.

— Три плюс один, — пробормотал Док. По их негласным законам, агент, попавший во внештатную ситуацию, должен был добраться из Тилона на базу за трое суток. Еще одни давались сверх, на случай непредвиденных препятствий.

Надо просто набраться терпения. Но именно его сейчас и не хватало.

Андрей передал, что Ганг нашел союзника и возвращается в Столицу. Облегчение, которое сначала испытал Берти — он предпочитал видеть Ганг где-то недалеко от себя — сменилось тяжелым подозрением. Какие союзники могли обрестись в Межреченске?

Вообще-то их Император ждет.

Кроме того, Ганг вернется… А тут газеты. Оставить мещанина Сидорова на эти дни там, где он и должен быть? Он вспомнил двор на окраине Темпа и закатил глаза. Отвратно.

Но главное-то в другом. Сейчас встрепенутся все и начнут проверять — просто так, на всякий случай — а значит и к самому Берти, куда бы он не пошел, будет приковано огромное и ненужное сейчас внимание. Грах!

Резкий звук дверного звонка прорезал тишину дома, и Берти нахмурился, прислушиваясь.

Вот прошел, мерно ступая Михаил, вот лязгнул засов. Михаил у них играет роль дворецкого. Впрочем, дворецкий из него получился самый что ни на есть настоящий, ибо он, можно сказать, потомственный. Просто последние десятилетия дворецкие в Империи были не у дел.

Берти осторожно вышел на галерею, прислушиваясь к разговору.

— Милая барышня, — внушительно басил Михаил. — Доктор не принимает. Нет, он не ходит на вызов.

— Тогда передайте ему, что он совершенно зря этого не делает, — звонко сказал девичий голос. — Когда цветы Севера отцветают, никто не может вернуть их лепестки!

Бертрам опустил глаза, застыв на мгновение, и потом решительно двинулся к лестнице. Ганг уже в городе. И вот таким способом зовет его к себе.

— Михаил, — окликнул он. — У нас гости?

И пока Михаил размеренно ронял слова, объясняя причину визита, девушка внимательно смотрела на Берти.

А он в ответ разглядывал ее. Младшая цветочница, по платью видно. Волосы убраны под платок, а тот затянут узлом на затылке. И маленькая шляпка с узкими полями плотно сидит на аккуратной головке, так что платок кажется продолжением. Фартук с вышитыми фиалками. Глаза в цвет фиалок, редкие веснушки.

Миленькая, обычная, работает внутри салона, на улицу с корзиной еще не отправляют.

Чистенькая. Все как и должно быть.

Глаза только внимательные, словно она не в цветочной лавке работает, а деньги за конторкой считает.

Старательная.

Но без опыта.

— Кто-нибудь еще остался с вашей подругой? — спросил Берти, поняв на какой вызов его зовут.

— Да, еще одна помощница. Да, пойдемте же, ради Госпожицы, быстрее, — энергично заговорила девушка. — Она же умирает, а вы!

— Не думаю, — спокойно ответил Берти. — Вы же открыли окно, сами рассказали дворецкому. Скорее всего, случившееся — реакция на цветочную пыльцу. Сквозняк уже помог. Давно ваша подруга работает с цветами?

Да, давай поиграем, девочка, в достоверность.

— Второй день, — буркнула девица.

Интересно, какого цвета у нее волосы. Черные? Рыжие? Вряд ли русые. Обидно, если цвет волос окажется невзрачным. Берти остро глянул на девушку. Нет, она не из простых. Что же за союзника ты нашел, Ганг?

Он неторопливо натянул перчатки, и взял протянутый саквояж. Посмотрел на Михаила и невозмутимо сказал:

— Отправьте следом Фому, — Михаил кивнул.

— Кто такой Фома? — тут же спросила цветочница.

— Мой ученик. Ему нужна практика, — с тем же выражением ответил Бертрам и учтиво повел рукой: «Прошу вас».

Ребята Берти за ними выдвинутся незаметно — на всякий случай.

Девица же, выходя вперед него, фыркнула:

— С такими скоростями практики у вас не будет! — и оглянувшись, посмотрела с вызовом.

Нет, сам Берти ее бы к себе не взял.

Не сдержанная.

Ну, либо он ошибся, и она тут втемную.

— Я не спросил, как зовут вас, милое дитя? — улыбнулся он почти нежно.

«Дитя» посмотрело с негодованием.

— Пойдемте быстрее! Мое имя — это не важно!

Глупенькая.

________

*Вполне реальная история. В начале XX века у богатых пассажиров нашего мира