Сводный Братец Лис (СИ) - Вера Ривер - Страница 30

- А мне не следует переодеться? - её голос дрожал, выдавая неуверенность. Конечно, она волновалась - человеческие привычки давали о себе знать. Забавно, как она думает об одежде, когда уже очень скоро...

- Вообще ритуал не предусматривает такого, мы же оборотни, оборачиваемся в процессе, потом засыпаем вместе, - я старался говорить небрежно, словно это не самая важная ночь в моей жизни. Словно мой зверь не рвётся наружу при одной мысли о том, что скоро случится.

Мы добрались до уединённой поляны, достаточно далекой от места испытаний. Прохладный ветер колыхал траву, и я заметил, как Мелисса поёжилась. Чёрт! Какой же я идиот - она же замёрзнет. Люди такие хрупкие, а я, как последний болван, не подумал об этом. Мой внутренний лис нервно метался - защитить, согреть, укрыть от всего мира.

- Иди сюда, - я расстегнул куртку и притянул её к себе, окутывая своим теплом. От неё пахло лесом, страхом и. возбуждением? О боги, как же сложно сдерживаться, когда она так близко.

Мелисса прильнула ко мне, и я почувствовал, как её сердце колотится о грудную клетку испуганной птичкой. Золотая метка на её шее пульсировала в такт ударам, словно звала прикоснуться к ней. "Только не сейчас, только не спугнуть", - повторял я себе, борясь с желанием провести языком по этому манящему узору.

- Ты как? - мой голос звучал хрипло, будто внутренний зверь уже начал проявляться. Я зарылся носом в её волосы, вдыхая родной запах, успокаивая себя её близостью.

- Холодно немного, - она подняла на меня глаза, в которых плескалось столько доверия, что захотелось выть. Как я могу быть достоин этого взгляда, когда внутри меня бушует дикий зверь, жаждущий найти успокоение в её естестве?

Лунный свет заливал поляну серебром, превращая её растрепанные волосы в нимб. "Мой ангел, моя погибель", - пронеслось в голове, пока я расстилал на траве свою куртку.

- Ложись, маленькая, - я помог ей устроиться на куртке, любуясь тем, как лунный свет играет на её коже. Мелисса неуверенно прижалась ко мне, и я позволил своему хвосту укрыть её пушистым теплом.

Трава шептала вокруг нас древние песни, которые понимают только оборотни - о связи, о единении, о вечности. Ветер доносил запахи леса, но я чувствовал только её - пьянящий аромат возбуждения, смешанный с нотками страха и предвкушения.

- Мне нравится твой хвост, - прошептала она, зарываясь пальцами в рыжий мех. От этого простого жеста по телу прокатилась волна жара, и я с трудом сдержал рык.

"Только бы не напугать, только бы не навредить", - билось в висках, пока я осторожно целовал её шею, обходя пульсирующую метку. Каждое прикосновение к этому золотому узору могло запустить трансформацию раньше времени.

- Рей? - её голос дрожал. - Ты. ты точно сможешь контролировать себя?

"Нет, мышка, я уже на грани", - хотелось ответить честно, но вместо этого я только крепче прижал её к себе, позволяя почувствовать, как колотится моё сердце.

- Я постараюсь, - выдохнул я ей в губы, понимая, что это самое близкое к правде, что я могу сейчас сказать. Её дыхание участилось, когда я накрыл её рот своим, нежно, осторожно, хотя внутренний лис уже метался в клетке самоконтроля.

Мелисса отвечала на поцелуй так доверчиво, так самозабвенно, что у меня кружилась голова. Её маленькие ладошки скользнули под мою рубашку, и я едва сдержал стон - даже такое невинное прикосновение отзывалось огнем во всем теле.

"Мой зверь уже чует её, чует нашу пару", - пронеслось в голове, когда она выгнулась навстречу моим рукам. Метка на её шее пульсировала все ярче, словно маня прикоснуться к ней.

- Ты такая красивая, - прошептал я, покрывая поцелуями её лицо, шею, избегая золотого узора. - Такая храбрая, моя маленькая мышка.

Трава вокруг нас словно пела древнюю песню единения, а луна заливала поляну серебристым светом, превращая каждое движение в магический танец.

Её пальцы дрожали, расстегивая пуговицы на моей рубашке, и эта невинная неуверенность сводила с ума. Я перехватил её руки, прижал к траве над головой, давая себе секунду передышки. Мой хвост, словно живя собственной жизнью, скользнул под порванную кофту, лаская обнаженную кожу.

- Рей, - выдохнула она мое имя как молитву, и я почувствовал, как клыки удлиняются против воли. "Слишком рано, слишком быстро", - панически билось в голове, но остановиться было уже невозможно.

Лунный свет становился все ярче, словно сама природа готовилась к древнему ритуалу. Я чувствовал, как когти прорезаются на пальцах, и осторожно отстранился, пытаясь совладать с трансформацией.

- Не бойся, - прошептал я, видя тревогу в её глазах. - Просто доверься мне.

Метка на её шее пульсировала в такт с моим сердцем, золотое сияние манило, требовало прикосновения. Мой зверь уже почти вырвался на свободу, но что-то человеческое во мне все еще отчаянно цеплялось за контроль.

Собрав остатки самообладания, я потянулся к её кофте. Звук молнии прозвучал неожиданно громко в ночной тишине. Под порванной тканью обнаружился полупрозрачный топ, сквозь который просвечивали затвердевшие соски. "Боги, дайте мне сил не сорваться", - взмолился я, склоняясь к её груди.

Мой язык скользнул по тонкой ткани, очерчивая ареолы, дразня, но не касаясь самих сосков. Мелисса выгнулась навстречу с тихим стоном, и я почувствовал, как когти снова начинают прорезаться. Вцепился в траву, чтобы не оставить следов на её нежной коже.

- Рей, пожалуйста, - её голос дрожал от желания, а запах возбуждения сводил с ума. Мой хвост скользнул по её бедру, снимая джинсы, пока я продолжал мучительно медленную пытку языком.

Её кожа пылала под моими прикосновениями, и каждый тихий стон отзывался во мне волной дрожи. Я чувствовал, как зверь рвётся наружу, требуя большего, но продолжал дразнить её медленными движениями языка, наслаждаясь каждым всхлипом.

- Ты сводишь меня с ума, - прошептал я, оставляя дорожку поцелуев между грудей. Мои платиновые волосы рассыпались по её коже, добавляя новых ощущений. Хвост скользнул выше, поглаживая внутреннюю сторону бедра, и Мелисса резко выдохнула, подаваясь навстречу прикосновению.

Золотая метка на её шее пульсировала все ярче, словно в такт с её участившимся сердцебиением. Я едва сдерживался, чтобы не припасть к ней губами, зная, что это запустит трансформацию. Вместо этого прикусил кожу чуть ниже ключицы, вызвав новый судорожный вздох.

- Рей, я. я хочу. - она не договорила, когда мой язык снова скользнул по соску через ткань, а руки потянулись к пуговице на её джинсах.

"Только бы не навредить", - пульсировало в висках, пока я расстегивал её джинсы. Каждое движение давалось с трудом - когти то появлялись, то исчезали, и я боялся оставить на ней следы. Мелисса извивалась подо мной, её запах сводил с ума, а тихие стоны отзывались дрожью во всем теле.

Хвост скользнул по обнаженному животу, пока я стягивал с неё джинсы. На бледной коже в лунном свете проступали мурашки - то ли от прохлады, то ли от возбуждения. Я наклонился, согревая её дыханием, оставляя дорожку поцелуев от пупка к кружевной кромке белья.

- Рей, - её пальцы запутались в моих волосах, когда я прижался губами к внутренней стороне бедра. Метка на шее пульсировала все ярче, отзываясь на каждое прикосновение, и я чувствовал, как мой зверь рвется наружу с каждым её вздохом.

- Тише, маленькая, - мой голос звучал хрипло, почти по-звериному. - Доверься мне.

Её кружевное белье пахло возбуждением - сладким, манящим ароматом, от которого кружилась голова. Я провел языком по внутренней стороне бедра, наслаждаясь тем, как она дрожит от каждого прикосновения. Мой хвост обвился вокруг её талии, удерживая на месте, пока я медленно стягивал последнюю преграду.

- Пожалуйста, - выдохнула она, выгибаясь навстречу моим прикосновениям. Её кожа светилась в лунном свете, словно припорошенная серебристой пылью. Я чувствовал, как удлиняются клыки, как звериная сущность рвется наружу, требуя заявить права на пару.