Весь Нил Стивенсон в одном томе. Компиляция (СИ) - Стивенсон Нил Таун - Страница 1635

— Окей, это мы поняли, — сказал Мел. — Расскажи об институте.

— Прекрасное место на калифорнийском побережье. Очень уединенное. Имеет собственный частный аэропорт. Обширная территория для отдыха.

И снова Мел Мейер и губернатор обменялись многозначительными взглядами.

— Человек — даже знаменитый — может въехать и выехать незамеченным?

— Мел, ты можешь прилететь туда, прогуляться по дороге до института, позагорать во дворе, искупаться на пляже, и никто тебя не увидит.

— Прочитай мне чертежи, — сказал Коззано.

— Хочешь узнать о самом здании? — предположила Мэри Кэтрин.

— Да.

— Здание красивое и новое, как и все остальное вокруг. Некоторые его части даже еще не закончены. Операционный театр там совершенно невероятный, он выглядит завершенно, но убедиться в этом нельзя никак — разве что провести там операцию на мозге. Палаты роскошные. Они там только одноместные. Большие окна и балконы над океаном. Пациенты сидят на балконах, смотрят телевизор, слушают музыку, все такое.

— Ты видела там настоящих пациентов? — спросил Мел.

— Да. Но по соображениям приватности мне нельзя было заходить в палаты и говорить с ними. Я видела одного-двух издалека — они сидели на балконах в креслах-каталках, читали газеты или просто смотрели вдаль.

— Ты видела там пациентов. И это значит, что они на самом деле проводят операции на людях, — сказал Мел.

— Думаю, именно к такому заключению нас и подводят, — сказала Мэри Кэтрин.

— Хорошо замечено. Хорошо замечено, — сказал Мел.

— Ты думаешь, нас подводят к ложному заключению? — недоверчиво спросила Мэри Кэтрин.

— А разве можно узнать точно?

— Была там пара незначительных деталей… — произнесла она слегка неуверенно.

— Рассказывай все, — сказал Мел. — Мы решим, что незначительно, а что нет.

— В какой-то момент я зашла в ванную вымыть руки. И когда я открыла кран, он закашлялся.

— Закашлялся?

— Ну да. Некоторое время плевался. Как будто в трубах был воздух. Такое случалось и дома, когда папа чинил трубы.

Сперва Мел качал головой, не понимая, о чем речь. Затем его глаза изумленно расширились. Затем прищурились.

— Ты была первой, кто воспользовался краном в женском туалете, — сказал Мел.

— Проклятие! Я думаю, ты неправ, — сказал Коззано Мелу.

— Поскольку некоторые части здания все еще недостроены, они могли поменять какие-то трубы с тех пор, как ванной пользовались, — сказала Мэри Кэтрин, — и поэтому в них попал воздух.

— Пожалуйста, продолжай, — сказал Мел. Он вел себя, как адвокат в зале суда, допрашивающий нейтрального свидетеля.

— Я немного погуляла по территории. Прекрасное место для прогулок. И на обрыве над морем, в нескольких сотнях ярдов от здания, за небольшим возвышением, я нашла остатки костра. Кто-то свалил в кучу солому и сжег ее.

— Солому? — переспросил Мел.

Коззано кивнул.

— Сохраняет двор скользким.

— Когда мы заливали бетон на ферме, мы накрывали его влажной соломой. Бетон должен оставаться влажным несколько дней, а лучше — неделю или две, пока не схватится, — сказала Мэри Кэтрин. — Поэтому неудивительно, что там, где строят железобетонное здание, скопилось много соломы. Вокруг полно ранчо, естественно, они использовали солому. Когда я возвращалась от костра к зданию, то видела там и сям клочки, застрявшие в кустарнике, и многие были заляпаны цементом. Некоторые были еще влажные.

— Значит, когда они закончили, они избавились от соломы, оттащив ее на утес и спалив, — сказал Мел.

— Ну да. Ее жгли накануне вечером, — сказала Мэри Кэтрин.

— Как ты узнала? — спросил Коззано.

Мэри Кэтрин подняла вверх мизинец правой руки. Кончик был вишнево-красный.

— Я совершила ошибку, сунув палец в пепел.

— Они избавились от соломы прямо перед твоим приездом, — сказал Мел.

— Она была сложена где-то недалеко после окончания строительства, — сказала Мэри Кэтрин. — Они знали, что я приезжаю, и хотели, чтобы место выглядело опрятно — ну и сожгли ее.

— А как же чертовы пациенты? Как же остальные потенциальные инвесторы? Ради них они не захотели прибраться? — спросил Мел. — Что в тебе такого особенного?

— Это просто совпадение, — сказал Коззано.

— Думаю, строительство закончилось за день до твоего приезда, — сказал Мел.

Все, кроме него, нервно рассмеялись.

— Херня, — сказал Коззано.

— Мел, ты показывал мне фотографию института две с половиной или три недели назад, — сказала Мэри Кэтрин. Она произнесла это шутливо. Она знала, к чему он ведет. Он любил делать категоричные заявления — просто чтобы встряхнуть собеседников.

— С этой фотографией было что-то неладно. Она выглядела слишком чисто. Думаю, это был фейк, — сказал Мел.

Коззано покачал головой, и покрутил пальцем около уха. Не было никакого смысла спорить с Мелом, когда он переключался в боевой режим.

— Сейчас есть способы создавать такие фальшивки, — настаивал Мел.

— А пациенты, которых я видела?

— Актеры.

— К чему ты ведешь, Мел? — спросила Мэри Кэтрин.

Задавая вопрос, она краем глаза поглядывая на отца, пытаясь представить, что он сказал бы, если бы мог.

— Я не могу придумать ни единого логического объяснения твоей версии.

— Я могу. Дело вот в чем — Кувер столкнулся с этим парнем из «Пасифик Нетвеа», Кевином Тайсом. Познакомились, наверное, на гольфе или еще где. И Кувер рассказал Тайсу об том другом парне, Радхакришнане, и его работах с бабуинами. Кувер — скучающий старик с доброй душой, он смотрел на это как на способ помочь жертвам инсульта. Но Тайс — человек больших идей, который читает слишком много фантастики, его не устраивает положение миллиардера, ему еще подавай суперкомпьютер в голову. Потому что если твой рассказ — правда, то в один прекрасный день процесс установки чипов в человеческие головы станет поточным. Это как раз та индустрия, в которую Тайсу надо запрыгнуть прямо сейчас, чтобы через пару десятков лет стать первым в мире триллионером.

И вот Тайс начинает вкачивать туда деньги, руководствуясь уже собственными интересами. Ребята из Элтона продолжают работать с бабуинами, иногда, может быть, прихватывая каких-нибудь неприкасаемых в Калькутте или еще где, и готовятся к операциям на людях. И тут у губернатора Коззано внезапно случается удар. И Тайс с Кувером воспринимают это как дар божий. Починка мозгов кого-нибудь столь могущественного и знаменитого обеспечит их новой индустрии быстрый старт. Поэтому они тут же подсуетились и построили эту клинику в Калифорнии. Готов биться об заклад, что она уже строилось, так что им понадобилось только чуть-чуть ускорить процесс. Просто чтобы успеть закончить ее вчера, чтобы успеть произвести впечатление на присутствующую здесь доктора Мэри Кэтрин Коззано. Но она оказалась слишком наблюдательной.

— Херня, — сказал Коззано.

— Даже если ты все правильно истолковал, — сказала Мэри Кэтрин, — то наихудшее объяснение из возможных — это что они так хотят заполучить папу в клиенты, что специально ради него поджали расписание.

Мел некоторое время это обдумывал. Коззано, явно веселясь, наблюдал за его лицом.

— Мне не нравится мысль о том, что они используют Вилли в качестве морской свинки, — сказал Мел.

— Тьфу, — сказал Коззано. — Мертвый пионер лучше живого придуря.

— Хочешь участвовать в этом? — спросила Мэри Кэтрин.

— Черт, да! — сказал Коззано.

Мел закрыл глаза и с сомнением покачал головой.

— Есть один шаг, который мы можем сделать прямо сейчас, и который ни к чему нас не обязывает, — сказала Мэри Кэтрин. — Я не могу понять, нравится мне все это или нет. Но я должна дать вам всю информацию. Как ты сам сказал, Мел, мы все здесь взрослые люди.

— Что такое? — осторожно спросил Мел.

— Завтра папе надо ехать на рутинную проверку в Шампань, в клинику Бурке. Пока он там находится, мы можем договориться о биопсии.

— Биопсии чего?

— Клеток мозга.

— Но зачем?