Весь Нил Стивенсон в одном томе. Компиляция (СИ) - Стивенсон Нил Таун - Страница 1588

— Господи Иисусе! — вырвалось у Барта. — А вам не кажется, что это чересчур?

— Вовсе нет. Послушай. Двадцать четыре часа назад эти типы думали, что им конец. Они выпустили в окружающую среду трансгенную бактерию, и это привело к токсической катастрофе. Они подыскали козла отпущения — Дольмечера, но тот их перехитрил. Сейчас дело обстоит иначе. Ядерную бомбу сбрасывает сама «Баско». Убивает гавань. Черт, и канализацию заодно! Помните, они сгружали на яхту бочки? Скорее всего в них те органофосфаты. Вероятно, их прямо сейчас сливают в водостоки. Искореняют бактерии, заметают следы.

— А не слишком очевидный ход? — засомневался Барт.

— Отнюдь, — возразил Бун. — Это же родные места «Баско». У них большой опыт, как отравить все кругом и выйти сухими из воды.

— До корабля органофосфаты не проследишь, и в канализации тоже, — сказал я.

— Выходит, гады снова выкрутятся, — выругался Бун. Я едва его расслышал, так тихо он говорил.

— Похоже на то, — согласился Барт.

— Нужно попасть на тот корабль. — Не отрывая глаз от заклинаний на борту баржи, Бун словно бы вошел в транс. — Пока они не избавились от улик. Нужно подняться на борт и найти цистерны, из которых спустили органофосфаты.

— И что дальше? — спросил Барт. — Если просто подняться на борт, этим ничего не докажешь.

— Нужно притащить туда журналистов.

— Не получится, пока они не пристанут куда-нибудь, — возразил я. — А якорь корабль бросит на территории завода «Баско», и готов поспорить, там будет усиленная охрана. Мы даже близко подобраться не сможем, не нарушив их права собственности, а тогда нас арестуют.

— Может, на борту корабля удастся учинить что-нибудь зрелищное, такое, что журналисты могли бы заснять с большого расстояния.

— Цистерны в трюме. С большого расстояния их не увидишь, разве только разломать пополам корабль.

— Такое мы уже провернули… Помнишь вторжение в Советский Союз? Мы привезем собственные камеры, сами будем снимать, а после размножим и раздадим пленки.

— Тоже вариант, — сказал я.

— Тоже вариант? — удивился Бун. — У тебя есть лучше?

— Ага.

— Ну и? Взорвать посудину?

— Ну уж нет. Я бы предпочел ненасильственную акцию.

— И какую же?

— Украдем его. Украдем корабль.

— Ух ты! — вырвалось у Барта.

Из глаз Буна едва ли не искры сыпались, словно от двух стрелок из тазера, и мне захотелось отодвинуться от него подальше. Мы нашли план.

— Украсть долбаный корабль? — переспросил он. Но он и так прекрасно знал, о чем я говорил.

— Украсть долбаный корабль, пока у «Баско» не появился шанс уничтожить улики. А значит, сделать это надо сегодня, сейчас. Потом выведем его в гавань, где нас будут ждать журналисты. Или еще лучше — сюда, к Спектэкл-айленду. Заранее перевезти сюда же журналистов. Устроим операторам трущобную дискотеку на всю ночь.

— Круто, мужик! — Бун едва ли не воспарил. — Устроим им рок-н-ролл. Погнали!

Глава 34

Барт вернулся на вечеринку поискать Эми, а мы с Буном двинули прямо через остров к «Зодиаку». На ходу мы прикидывали, как бы украсть «Искатель», но нам ничего не шло в голову. Единственный реальный шанс подняться на борт — как можно скорее, пока корабль в открытых водах. Как только он где-нибудь причалит, на нем выставят охрану с автоматами, а уж эти ребята будут рады любому предлогу открыть огонь. Но у нас не было плана, и придумали мы лишь одно: Бун поднимется прямо сейчас, а я останусь, чтобы сообразить что-нибудь попозже. Бун преисполнился энтузиазма, он знал, я что-нибудь, да найду. Легко ему говорить. Мы дадим ему с собой рацию, так у него будет шансов пятьдесят на пятьдесят с нами связаться.

Со дна «Зодиака» мы достали мои промышленные магниты. Я обмотал их несколькими слоями изоленты, чтобы они не гремели и не прилипали намертво к железному борту. Потом я смастерил веревочные стремена. Основательно намазавшись «жидкой кожей», Бун натянул сухой скафандр. Скафандр был черным (самый подходящий цвет для мелкого терроризма в предрассветные часы) и защищал все, кроме лица.

Я несколько раз включал рацию, пытаясь связаться с Современной девушкой, но не получал ответа. Коротковолновая рация — не телефон: тут нет выделенной линии, есть лишь густая похлебка статики, в которой пытаешься что-то выловить. Я очень старался, но услышал лишь отзвук голоса Дебби — как аромат духов в ураган.

Минут через двадцать неспешно пришел Барт — один. Причалив к берегу, мы его подобрали.

— Где Эми? — спросил я.

— Там осталась. Мы поссорились.

Особо несчастным он не выглядел.

— Извини, я не собирался портить тебе жизнь.

— Она зла, потому что я бросил ее на типа по имени Квинси, когда пошел пострелять в ваших придурков. Но с Квинси-то я оставил ее потому, чтобы ее наверняка кто-нибудь защитил.

— Кто такой Квинси?

— Тот, у кого я стырил револьвер.

— Так где сейчас Эми?

— С Квинси.

Бун промолчал, только протянул Барту «Гиннесс». Темное пиво для темных мыслей.

Отчалив, мы двигались медленно, поскольку не знали, что делаем. Я снова включил рацию, и внезапно сквозь статику прорвался голос Дебби. Иногда радио работает, иногда нет.

— Говорит Современная девушка. Кажется, мы сможем повесить на Большого Пиджака мочеиспускание в общественном месте.

«Большой Пиджак» — это скорее всего Логлин. Дебби не знает его в лицо, но в сообщении, которое я прослушал с автоответчика перед самым взрывом в доме, описывала типа, который угнал «омни».

— Он делает это возле «Восхитительного», — продолжала она. — Сейчас движется на запад.

«Мочеиспускание в общественном месте» означало, что Логлин сливает что-то в водостоки. В точности как мы и думали: гавань мертва, теперь он убивает и канализацию тоже. «Восхитительный» — это, наверное, «Восхитительный китайский ресторан» в западном Брайтоне. Значит, Логлин движется по шоссе 9 к озеру Кочитуейт, к «Техдейлу». Все канализационные трубы между Нейтиком и гаванью станут сегодня антисептическими.

— Доказать сможешь, Современная девушка?

— Ага. Теряю связь, Гнилое мясо…

Тут все заглушил дальнобойщик, несущийся по скоростной магистрали Фицджеральда, бороздящий частоты в поисках минета.

Бун завернул в водонепроницаемый пакет рацию, пару биг-маков и надувную подушку. Магниты он повесил себе на пояс. Подушка уравновешивала магниты: позволяла держаться на плаву и сосредоточиться на том, чтобы добраться до места.

С тремя человеками и уймой снаряжения на борту «Зодиак» был нагружен под завязку, но мотор в пятьдесят лошадиных сил отлично справлялся. Двигаясь в кромешной темноте на открытом катере, я внезапно вспомнил, как ехал на велосипеде через Брайтон, поэтому снова впал в паранойю. Вместо того чтобы взять курс прямо на «Искатель», я повел «Зодиак» вокруг южной оконечности острова, сделал крюк в добрую милю на восток, прошел полпути до большого маяка у входа в гавань и к кораблю подошел с кормы.

Бун буркнул что-то невнятное, упал с «Зодиака» и исчез. «Искатель» проплыл мимо на нескольких узлах, а мы держали курс прямо. Теперь нам уже нечего было скрывать, поэтому мы подплыли почти к самому борту, рассматривая корабль, точно пара фэнов «Пойзен» из Чикопи, которые никогда сухогруза не видели.

На борту было тихо. В окнах на мостике поблескивал голубой свет: там смотрели телевизор — вероятно, повторы на замедленной скорости того, как Бун сбивает с ног большого босса. Скорее всего команде даже в голову бы не пришло, что этот самый человек сейчас забирается им на корму. Мы услышали, как у нас над головой, стоя у перил, разговаривают двое.

— Эй! Эй, на судне! — крикнул Барт. — Как делишки?

Я ушам своим не поверил.

— Господи, Барт! — зашипел я. — Зачем нам разговаривать с этими придурками?

— Бун велел как-то их отвлечь. Разве ты не слышал?

Сложив руки рупором, Барт заорал:

— Эй, на борту! Есть кто живой?

Поспешно спрятав лицо в ладонях, я сделал несколько глубоких вдохов. Спокойно, возможно, меня заметят. Но ведь я уже не подхожу под описание прежнего С. Т.! Никакой бороды, да и волосы другого цвета.