"Фантастика 2025-80". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Ледова Анна - Страница 1513

Юноша не умел музицировать. Он вообще никогда не держал в руках музыкального инструмента. Но страсть его была столь сильна, что он решился на безумный поступок. Он вспомнил, что в монастырь для переписывания недавно привезли книгу по колдовству — тогда это уже не было чем-то особенным, ведь Моргану Благую сто лет как признали святой. И тогда юный послушник решил искать помощи у Другой Науки.

— …и его встретил ожидаемый облом, поскольку у него не было нужной подготовки, — вставил Гастон, ковыряя спичкой в зубах.

— Вы и правы и нет, мой друг. Написанное в книге, которую юноша с большим риском для себя читал ночами в монастырской библиотеке, действительно, не смогло ничем помочь ему. Но однажды он случайно уронил на книгу свечу… И огонь проявил на двух пустых листах, вклеенных в самом начале тома странные знаки. Это были тайные арабские письмена которые образованный юноша без труда перевел и обнаружил, что перед ним заклятье вызова Другого существа — Трансмагиста.

— Мелкой демон, исполняющий желания и требующий взамен крови. — Фигаро кивнул. — Но его тоже не вызовешь прочитав пару страниц.

— Ну, я же, в конце концов, пересказываю легенду… В общем, снедаемый любовной страстью юноша вырвал листы из книги и на следующую ночь, убежав на болота, провел обряд. И демон явился к нему на зов, но оказался слабым и тщедушным существом, не способным дать послушнику то, чего тот хотел.

— Вот это уже больше похоже на правду.

— …Но демон на то и демон, чтобы придумывать всякие мерзопакостные фокусы. Он предложил юноше сделку: Другой вселится в первый инструмент, который тот возьмет в руки, и вот на нем-то молодой послушник будет играть как божество. Разумеется, таковым оказалась свирель пастушки. И демон не обманул: мелодия, что сыграл юноша, была так прекрасна, что девушка тут же отдала ему себя… Но ужас был в том, что в тот момент, когда монашек коснулся губами свирели и извлек из него первый чарующий звук, в нем вспыхнула новая страсть — страсть к музыке…

Малефруа — все-таки он был хорошим рассказчиком — опять выдержал паузу и продолжил:

— Юноша понял, что свирель, в которой сидел теперь демон, дает ему невиданную прежде власть над людскими душами. И захотел большего, захотел стать величайшим музыкантом в мире.

Демон сказал, что это, в принципе, возможно, но ему необходимы силы для такого колдовства, а силы он может зачерпнуть из человеческих жизней — обрывая их. И на следующий день юноша, захватив с собой зачарованную свирель, направился в монастырь, где сыграл на ней настоятелю, который в ту же ночь прыгнул с самой высокой башни, разбившись о скалы…

— Колдовская месмеризация… Да, это возможно, — Фигаро задумчиво покачал головой. — И через музыку — особенно через музыку.

— Демон, впитав в себя силу жертвы, стал сильнее. И уже через неделю юноша играл для жителей деревни, где жила его возлюбленная. Его боготворили, к его ногам бросали цветы и деньги, но люди, что слушали его музыку, метались ночами в страшных кошмарах. Некоторые не выдерживали и кончали с собой. Но безумца уже ничто не могло остановить. Он собрался покинуть монастырь, но, к счастью, через эти края проезжал великий Годфрик Анауэльский…

— Первый Инквизитор. — Следователь усмехнулся. — Расскажите мне хоть одну легенду, где он бы внезапно не появился.

— Годфрик почуял демона и его посредника. И приказал схватить послушника, а затем, после неудачной попытки экзорцизма, сжег его у стен монастыря. Но юноша, уже задыхаясь от дыма, произнес проклятие. Он сказал, что монастырь сгорит дотла вместе с его телом, а его душа станет мстить всем живущим на земле. И с тех пор по болотам ходит его призрак, а все, кто услышит музыку Черного Менестреля, обречены до конца своих дней мучиться и сходить с ума от жутких кошмарных сновидений…

— Это все?.. Однако же, я надеялся услышать нечто более жуткое. — Фигаро тихо засмеялся. — Давайте я потом расскажу легенду о Проклятой Собаке — вот это, действительно, жуть жуткая. Ночью спать нормально не сможете и… — он вдруг осекся. — Господа, с вами все в порядке?

Легенда, даже в пересказе Малефруа, не была страшной. Так, скукота на две страницы убористого текста в какой-нибудь «Тетради наших краев — сказки, истории и Жуткие Рассказы», что продают на железнодорожных станциях по серебряку за штуку. Но на людей, сидевших у камина, она, похоже, произвела глубочайшее и пагубнейшее впечатление.

Мари Воронцова мяла платок, до крови сорвав кожу на ладони и не замечая этого. Его Величество, повернувшись лицом к огню, кусал губы; лицо короля было мертвенно-бледным. Остальные выглядели не лучше; особо страшен был генерал Штернберг, позеленевший, точно утопленник.

И тогда, наконец, следователь заметил глубокие черные тени, залегшие под глазами у всех, включая Малефруа. Заметил изможденные, измученные лица, где пудрой и тональными кремами тщетно пытались скрыть маски застывшей боли. Заметил ввалившиеся, лихорадочно блестевшие глаза. И не поверил сам себе, ужаснувшись страшной, невероятной догадке.

— Не хотите ли вы сказать, господа…

Мари Воронцова вскочила с кресла и, подойдя к следователю, упала на колени.

От изумления Фигаро даже не возразил. А женщина, заламывая руки, согнулась в судорожных рыданиях и простонала:

— Помогите нам, господин следователь. Прошу вас, помогите! Я не знаю… Я отдам все… Все, что у меня есть… Лишь бы эта пытка прекратилась… Вы не знаете, вы представить себе не можете, что это такое: ложиться спать, зная, что вас ждет Ад и что нет никакого спасения… Я… Я… — она задохнулась и замолчала, заливая слезами ворс ковра. — Я больше не могу. Просто не могу…

… Когда Мари успокоили (Фигаро сам перевязал ей ободранную руку) и усадили на диванчик, предварительно вручив полный бокал бренди, следователь достал из саквояжа блокнот, вырвал лист и принялся что-то быстро писать, разбрызгивая чернила по столу.

— Господин Малефруа! Сейчас же, не откладывая, отправите человека в Старгородскую библиотеку с этим распоряжением. Пусть возьмет все материалы по этому вашему Черному Менестрелю — вообще все, даже те, что только для служебного пользования. С этой бумажкой ему все выдадут… Отлично… И еще одно… — еще один листок был нещадно вырван из блокнота. — Я сейчас напишу телеграмму… Так… Минутку… Вот, держите. Незамедлительно телеграфируйте в Столицу, в Главное управление ДДД. Пусть пороют в архивах, может, что найдут… Замечательно. А теперь, господа и дамы, я задам вам несколько вопросов. И главный, конечно же, такой…

— Нет, — покачал головой Его Величество Фунтик, — на нас нет проклятия. Все возможные исследования проведены раз по сто. Мы не прокляты, мы просто…

— Еженощно витаем в бездне самых жутких кошмаров! — Астор Клерамбо жеманно повел плечами. — От которых нет спасения!

— И вы не пробовали бороться с этим? Никак?

— Наркотики. — Министр финансов криво усмехнулся. — Опиаты, главным образом. Но нельзя совсем не видеть снов, Фигаро. Сойдешь с ума — он разразился тихим лающим смехом.

— Значит, так, — Фигаро взглянул на часы, стоящие на каминной полке, — сейчас шесть вечера. Времени у нас предостаточно. И мы сделаем вот что: сейчас каждый из вас расскажет мне, что именно с вами произошло. Расскажет подробно и без утайки, а если возникнет необходимость поговорить тет-а-тет, мы всегда можем выйти в коридорчик… Итак, Ваше Величество?

Фунтик вздрогнул.

— Я?.. Что ж, извольте… Для меня весь этот кошмар начался три с половиной года назад, когда я приехал сюда на осеннюю охоту… Я страсть как люблю стрелять оленей, у меня такое ружье… Эх, Фигаро, видели бы вы мой «Моррисон»! За сто шагов с одного выстрела — даже выслеживать потом не надо…

В общем, это случилось вечером, седьмого ноября. Солнце садилось — как сейчас помню. Я уже возвращался в усадьбу, но решил по пути зайти на Болотную излучину, там часто можно встретить косулю или лань. Я спустился к болоту, чуть прошел вдоль берега, туда, где трясина переходит в такой… знаете, вроде как маленький пруд… И увидел призрак.