"Фантастика 2025-80". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Ледова Анна - Страница 1435

Инквизитор и следователь встали и поклонились. Презиратор усмехнулся, подскочил к ним и принялся трясти их за руки.

— Очень приятно! Очень приятно, господин Фигаро! Слышал о Вас… Очень приятно, господин Френн! Нервная же у Вас работа… Послушайте, господа, — он смущенно потупился, — а можно выйти на свежий воздух? За прошедший час я пережил два блиц-переноса и чувствую себя как коровья лепешка под солнцем.

— О? — Инквизитор поднял брови. — Ну конечно. Заодно и обсудим наши дела.

…Небо над городом уже синело, предвещая скорый рассвет. Утренний мороз, сжимавший улицы в ежовых рукавицах, предчувствуя свою скорую кончину под копьями солнечных лучей, пустился во все тяжкие и Фигаро, прикуривая, как всегда, от кончика ногтя, лишь с третьего раза сумел сложить онемевшие пальцы в нужную фигуру. Кончик сигары Френна тоже вспыхнул сам собой, а презиратор, неожиданно для всех, достал из кармана обычную керосиновую зажигалку.

— Итак, — начал Френн, ежась и поднимая меховой воротник, — я так понимаю, что все сводится к простому выбору: поджарить лису прямо в камере или дождаться, когда она отправится убивать Рича. Но, я так понимаю, во втором случае мы можем просто не успеть.

Презиратор, которого мороз, судя по всему, не трогал в силу высоты занимаемого им поста, покачал головой.

— Нет, господин Френн, Вы ошибаетесь. То есть, формально, Вы правы, но ответьте, пожалуйста: скольких Других Вы развоплотили за свою жизнь?

— Ну-у-у…

— А я — достаточно. И могу Вас уверить: прямой конфронтации с Другими стоит избегать любой ценой. Слышите, Френн? Любой ценой!

— Но у нас приказ, — мягко напомнил Фигаро. — Что Вы предлагаете с ней делать? Отпустить? Или Вы думаете, что эту проблему можно решить бесконфликтно?

— Такое возможно, — кивнул Логос. — Более того — это именно тот вариант, на котором мы должны сосредоточиться, если, конечно, не хотим остаться на пепелище вашего милого городка.

— Не понимаю, — Френн подышал на окоченевшие руки, — с какой радости такая возня? Вы же из Ордена. Вышлите сюда ударную группу и дело с концом. Мои люди вам помогут, да и сам я не останусь в стороне…

— Такое развитие событий тоже возможно, — Логос кивнул. — Но прежде чем лезть на рожон, я должен убедиться, что мы, в принципе, способны потянуть лису. — Он хмуро поглядел на инквизитора и добавил:

— И остаться в живых.

— Все настолько серьезно?

— А вот это нам и предстоит выяснить. — Презиратор ткнул Френну в грудь пальцем, казавшимся неприлично-пухлым в утепленной коже перчаток. — Вы, господин инквизитор. Ваша задача — в кратчайшие сроки составить подробную эфирно-силовую карту города и его ближайших окрестностей. Если дойдет до драки, то мне нужны все доступные эфирные искажения — энергии потребуется очень много. Так много, что на ближайший месяц о любом колдовстве в Нижнем Тудыме можно будет забыть.

— Вы хотите убить мировой эфир? — голос Френна был спокоен, но лицо инквизитора стало серее штукатурки.

— Да, скорее всего, мы так и поступим, — кивнул Логос, и Фигаро внутренне содрогнулся. «Пожар» — гигантских масштабов колдовское короткое замыкание, оставляющее в эфире дыру, размером с Великий Каньон. Все существа, не принадлежащие Земному Плану, развеиваются, распадаясь на составляющие. «Кирдык лисе», подумал следователь.

«Пожар» Орден применял неохотно. Для людей он был совершенно безвреден, поскольку никак не затрагивал материальную составляющую мира, однако в образовавшуюся в эфире «дыру» устремлялись все окружающие силовые потоки, что приводило к устойчивым искажениям, делавшим любое колдовство крайне нежелательным: простая попытка разогреть кофе при помощи чар могла спровоцировать огненный торнадо или вызвать дождь из тухлой селедки. Поэтому из зоны поражения «Пожара» заблаговременно вывозили всех колдунов — во избежание.

— Идем дальше. — Логос хлопнул в ладоши. — Я наведу справки о деятельности Рича за последний месяц. Попробую выяснить, что же он такого натворил, что на него натравили Па-Фу. Может, удастся выйти на колдунью, которая подала лисе прошение. Отозвать Па-Фу может только она… Хотя, мне кажется, что это дохлый номер — заставить лису уйти можно только через искреннее прощение.

— По-моему, уважаемый, Вы чего-то не договариваете, — проворчал Френн. — Зачем тратить драгоценное время на бесперспективные поиски того, что нам не поможет?

— Необходимо выяснить, насколько она сильна, — презиратор закусил губу. — Понимаете, Френн, — лиса не может просто так существовать в нашем мире, для этого ей необходима человеческая провинность. Как сказала бы Древняя Церковь — «грех людской». Па-Фу — отражение содеянной несправедливости и чем серьезней последняя, тем сильней лиса. Па-Фу и Рич, они как портовый кран и его противовес: друг без друга — никуда. Можно сказать, что лиса — отражение его личности в зеркале чужого горя.

— То есть она тем сильнее, чем больше Рич кому-то там нагадил? И какая тут корреляция?

— Ну, — Логос почесал затылок, — если он просто «нагрел» кого-то на торговой сделке, то лиса не слишком-то и опасна. В этом случае я развею ее лично без особых проблем. То же самое касается воровства, оскорбления величества и так далее. Хуже если Рич — клятвопреступник или предатель. И совсем плохо, если мы имеем дело с Красным Грехом.

— Вы имеет в виду убийство? — Фигаро внимательно посмотрел на презиратора.

— Именно. Это сила крови, Кровавое Проклятие. Если Рич кого-то убил, то это даст лисе такую мощь, что нам всем не поздоровится. Если, конечно, мы попытаемся ее остановить.

— Нам придется, — Френн мрачно сплюнул на мраморные ступеньки крыльца.

— Вы имеете в виду приказ Их Величеств? — Логос хмыкнул. — Господин Френн, поймите меня правильно: Рич, конечно, нужен королевству, но если вопрос встанет так: или он или несколько тысяч мирных жителей этого города, то Ричем пожертвуют. Но до тех пор, пока есть возможность его спасти — любая возможность — мы должны ее использовать. Это ясно?

Френн хмуро кивнул. Старший инквизитор выглядел так, словно ему через минуту предстояло сожрать ведро зеленых лимонов вместе с кожурой и косточками. Он скривился, скорчил страшную рожу и, скрестив руки на груди, облокотился задом о низкие перила.

— Не нравится мне этот Рич, — заявил Френн. — Не нравится и все тут. Когда я проходил переаттестацию в столице, то слышал о нем множество историй — и ни одной хорошей. Я не люблю сплетни, но если хотя бы одна сотая из того, что мне рассказывали — правда, то Рича стоит скормить не этой красотке с хвостиками, а голодному Демону-Сублиматору.

— Это не нам с вами решать, — сухо заметил Логос. — Я не судья, а Вы не прокурор, и да будет так.

— А вот лиса считает, что вправе судить Рича, — заметил Фигаро.

— Что ж, — пожал плечами презиратор, — попробуем ее разубедить. Именно этим, Фигаро, Вы и займетесь. Поговорите с ней.

— Что?! — следователь едва не проглотил сигару.

— Что слышали. Поговорите с ней. Думаю, она пойдет на контакт без проблем. Узнайте, чем ей не угодил Рич и чего конкретно она от него хочет. Короче, займите ее. Если Па-Фу Вам заинтересуется, то она легко сможет немного подвинуть сроки Смертного Долга. Тогда у нас появится дополнительное время, а это как раз то, чего нам сейчас не хватает.

— С ума сойти, — выдохнул следователь. — То есть, Вы предлагаете мне войти в камеру к демону и рассказать ему тысячу и одну сказку?

— Точнее, выслушать ее сказку. Пусть она побудет для Вас Шахерезадой. И не надо все усложнять, Фигаро — она совершенно безопасна для Вас. Не делайте такую мину, будто я заставляю Вас лезть в клетку к голодному льву… Ну-с, господа, за дело!

Фигаро, как и любому другому, кто долгое время служил в армии, а затем в структурах, имеющих непосредственное отношение к государственной безопасности, не раз приходилось выполнять странные, а подчас и откровенно идиотские приказы. Служба — не дружба, видели, знаем.