"Фантастика 2025-74". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Митчел Оливер - Страница 1148

— Пожиратели сильнее обычных на порядок, — начал было Кетцалькоатль, но продолжить не смог, потому что у его жены окончательно лопнуло терпение и она с плачем уткнулась ему в грудь. Пришлось отложить вселенские проблемы и заняться решением проблем семейных.

Глава 48

Успокоить беременную Зефирку оказалось не так просто, но Кетц был опытный товарищ, так что справился. И, предварительно влив в жену что-то радикально успокоительное, но не сонное, потому что против последнего она яростно протестовала, усадил свое розовое сокровище в кресло и начал вполголоса докладывать:

— Что же, начнем историю с того, что мои коллеги, следуя по этому неясному пути, действительно нашли если не главный штаб противника, то как минимум основную исследовательскую лабораторию. Слишком уж там щиты хорошие, да и сам комплекс явно создавался не один десяток и, возможно, даже не одну сотню лет. Тут возникает первая проблема — это логово явно основное, но не единственное. — Он начертил скверной в воздухе цифру один, отчего та красиво загорелась слегка зеленоватым светом, медленно тая. — Но мы не зря едим свою скверну, эта проблема вполне решаема. Специалисты сразу взялись за разработку программы, способной отследить данный вирус, и найти остальные захоронки врага — теперь лишь вопрос времени. Основная проблема возникла с другой стороны — их главный даже не подумал от нас скрываться. Мало того, он сам вышел с нами на связь, поймав наших агентов, и, — тут он мельком посмотрел на свою жену и перешел на мыслесвязь, — «покалечив их души этим же вирусом», — и продолжил снова вслух, — передал нам послание.

— Ну не томи, не в драматическом театре, — не выдержал Баа. — И так хреново, — добавил он уже шепотом. Остальные поддержали рыжего дружными кивками.

— Пожиратель передал, что вся система, связанная с вирусом, заякорена на него и эту базу. И что даже если волос упадет с его головы, то во всех частях галактики откроются ангары с огромным количеством мелких зараженных тварей, — не стал юлить древний.

— Ржа, — негромко сказала Дженсен… точнее Джи, и прозвучало это так естественно, что ни у кого не возникло даже мысли, что иномирное существо, которому, по сути-то, должно быть наплевать на всех, кроме своего прядильщика, которого оно в любом случае унесет в любой момент, притворяется. — И что будем делать?

— Только брать изнутри, — пожал плечами Кекс, — предварительно выяснив, что именно может вызвать цепную реакцию открытия ангаров с вирусом. Параллельно другие будут искать эти самые ангары, чтобы при худшем раскладе одновременно уничтожить хотя бы часть. И именно поэтому нам придется жертвовать… кем-то. Пожиратели впустят к себе только того, кто уже не сможет сделать шаг назад. То есть такого же пожирателя.

— Вот ты туда точно не сунешься! — снова яростно взвилась Зефирка. — Прежде всего потому, что они там не идиоты! И догадаются о твоих самоубийственных намерениях, как великого древнего, на раз!

— Туда должен пойти кто-то, кто совсем не известен в призме, — задумчиво сказала Джи. — И сумеет убедительно сыграть слабака, готового на всё ради обретения большей силы.

— Посылать на смерть детей я не смогу. И никто из старших не сможет, — спокойно констатировал Кетцалькоатль, и его жена зажмурилась, стараясь сдержать текущие из-под ресниц слезы. — Да и не сумеют неопытные болтики сыграть настолько достоверно, чтобы древний, зажатый, как цвирк в углу, пожиратель проникся. А в решительный момент им ко всему прочему может просто не хватить сил взорвать эту заразу изнутри. Просто и элементарно — мощность не та. Жертва будет напрасной…

— Так, стоп! — решительно прервал его Прародитель и посмотрел на задумчиво молчавшую жену. — Хм…

— Не прокатит, — покачала головой Джанна. — Как бы мы с тобой ни прятали ауру слияния, они нас засекут. Просто потому, что наверняка сняли параметры с границ призмы, у тебя же там печати стоят с парсек величиной через каждую галактику. На их месте я давно бы уже поставила сигналки даже на отголоски твоей ауры в радиусе сотни километров. Конечно, есть возможность, что они — идиоты, но я не поверю, что настолько. Я тебе больше скажу… Параметры Таири и ее двух хвостов наверняка включены в сигналку. Потому что она один раз уже давила их базы, причем лихо и шумно.

— Значит, выход только один. Я уже связался с Наталией и…

— Слушай, — не выдержал Баад, практически накидываясь на Кетцаля и хватая его за грудки. — Ты, ржавень древний! Кончай ребенка мучить, сколько можно? Она беременная у тебя, ты ее до выкидыша сейчас довести хочешь? Ах, совесть ему не позволит детей на смерть посылать, измучается он, понимаешь. — Кпинга встряхнул несопротивляющегося древнего. — А своих кровных детей бросать, а то и убивать — это нормально?! То есть ты тут мучиться совестью не собираешься, подохнешь — и ладно, а все остальные пусть страдают?!

Он сам не заметил, что последнюю фразу почти прокричал в лицо слегка опешившему Кетцу. И выдохнул, только почувствовав на плече теплую руку Джи, от которой по телу разлилось спокойствие.

— Отпусти чужое Оружие, рыжик, и не ори, — сказала она. — Выход есть. Правда… в таком случае может получиться, что жертвовать придется именно тебе. Всем, что ты любил раньше. Если мы с тобой пройдем частичное слияние, ты обретешь часть моих способностей, в том числе и полиморфизм ауры. Про физическое тело я даже не упоминаю — это само собой. Мы в паре сможем и сыграть любую роль, и взорвать что угодно и откуда захочется. Вот только… если слияние зайдет слишком далеко, в этот мультиверсум мы уже не сможем вернуться и своих друзей ты увидишь… скажем так, очень и очень нескоро.

В комнате стало тихо-тихо. Это заявление прозвучало слишком неожиданно не только для Баада, но и для остальных присутствующих. И неудивительно. Даже упорное самопожертвование Томагавка не выглядело настолько впечатляюще.

Потому что… и правда, уйти на перерождение героем — это одно. Оно просто и понятно. А тут? Пожертвовать всем, к чему ты привык, оставить друзей, свою веселую жизнь, дом, родной мир ради того, чтобы они выжили, и самому уйти в неизвестность почти навсегда… Ведь для швеи вне призмы даже время идет иначе, а уж как меняется восприятие — и вовсе можно только догадываться. И когда они придут в себя и задумают вернуться, не факт, что застанут хоть кого-то знакомого. Даже самого Прародителя…

И потом, в слиянии прядильщик тоже изменится. Будет ли он прежним Кпингой, Баадом Умбрайя-Ганджу, веселым раздолбаем, кошатником и верным другом? Хорошим отцом для Барса? Братом для Ксандра? Или это будет кто-то совсем другой? Незнакомый?

Готов ли он пожертвовать всем, включая самого себя?

Глава 49

Баад вздрогнул, как будто очнулся. И понял, что тишина в комнате стоит почти осязаемая — такая, что можно резать ломтями и подавать на тарелке особо шумным персонажам.

Чего они все ждут-то? Его решения?

— Что именно представляет из себя это слияние? Сольются… наши личности? Души? — решил уточнить Кпинга. Возможно… всë не настолько ужасно, насколько он думает?

— На первом этапе — как привязка, только… глубже, — ответил почему-то Прародитель, а не Джи. — По-разному может пойти. Я так понял, что на начальном этапе Дженсен собирается слить только некоторые аспекты, чтобы передать тебе часть своих… м-м-м… физических, мощностных качеств. И не трогать психоэмоциональную сферу. Верно?

— Да, — кивнула темными дредами девушка. — Мне нравится, что ты такой… какой есть. Сложность в том, что один раз запущенный процесс очень сложно затормозить, и результат в целом трудно прогнозируем. Мы можем слиться полностью в одно существо. Можем остаться отдельными кластерами, каждый со своими характеристиками, но связанными между собой и передающими друг другу всю гамму чувств-мыслей-мотиваций и так далее. А может быть, всë выйдет иначе и хоть каждый из нас и останется собой, но мы будем… вот как они, — и Джи мотнула подбородком в сторону самых древних обитателей призмы.