Урожай Смерти (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 14

— Резню. Говорите прямо. — нахмурился я. — Да, я готов ответить на ваши вопросы, граф. Я понимаю, что это важно.

— Какова, по вашему мнению, была истинная цель заговорщиков, Ваше Величество? Я долго думал, но теряюсь в загадках. Если выживет один-единственный принц, мы всё равно со временем можем докопаться до истины и понять, что он виновен, как бы сильно он ни скрывал это. И тогда нашего влияния хватило бы, чтобы бросить ему вызов и сменить династию. Он не мог это не понимать. Мессир Грицелиус говорит, что причина произошедшего в жажде власти, и, похоже, искренне верит в свои слова. Но что скажете вы на этот счёт? Ведь вы были там лично. — граф посмотрел на меня острым взглядом.

Я помедлил с ответом. Забавно, что Грицелиус даже не соврал им в этом: ведь причиной произошедшего было наше стремление к власти.

— Я думаю, кто-то стоял за спиной принца. Он был марионеткой. Полагаю, вы уже знаете, что за дворец шли тяжёлые бои. Гвардейцы Палеотры стояли насмерть, но всё равно пали. Если бы я проиграл в этом бою, то результатом, бесспорно, была бы война между нашими королевствами.

Главное — ни слова лжи. Потерпи мой план поражение, пришлось бы вторгаться и завоёвывать всё королевство.

— Война — это серьёзный вопрос, Ваше Величество. — нахмурился граф. — Почему вы так уверены в этом?

— Потому что это, что я бы сделал на месте герцога Шеридана. — твёрдо ответил я. — У меня ещё нет наследников, поэтому, в случае моей смерти именно он стал бы королём Ганатры. Мы добрые друзья, и я если с посольством ехал он, что ещё мне бы оставалось делать после его гибели? Особенно, если к этому добавится гибель всего посольства? Иной выбор вызвал бы гражданскую войну в самой Ганатре. Никто не пойдёт за королём, что неспособен защитить своих людей, или хотя бы отомстить за них. Защита и справедливость — первейший долг любого короля.

Аристократы Палеотры переглянулись, но воздержались от комментариев.

— Благодарю вас за ответ, Ваше Величество. — бесстрастно кивнул граф Делиус. — Но есть и другие вопросы. Несколько людей видели лучников на крышах и башнях дворца. Мне удалось выяснить, что это отряд “Чёрные Cтрелки”, подчинённый одной из ваших приближённых таллистриек. Как вышло, что они оказались на башнях? Что они делали там?

Я объединил рукава мантии и изобразил на лице глубокую задумчивость. А затем, после долгого молчания, в течение которого меня терпеливо ждали, ответил:

— Я не уверен, что должен рассказывать вам это… Это тайна Ганатры. Но, пожалуй, с учётом этих ужасающих событий мы должны отбросить былые распри. У меня есть возможность связи со своими людьми на расстоянии. Во время нападения, я приказал Ларе и её стрелкам двинуться во дворец. Но стрелки не слишком хороши в дворцовых коридорах: поэтому, поняв, что мы и так можем переломить ход боя с помощью бирюзовой гвардии, я послал их на крышу, чтобы они стреляли в ноги всем заговорщикам, что будут пытаться уйти. После боя в любом случае требовалось выяснить истинных виновников произошедшего, но во дворце нападавшие бились яростно, презрев смерть, и взять кого-то в плен было сложно.

— Благодарю, что раскрыли нам эту тайну. — Уважительно кивнул мне граф Делиус. — Помимо этого, мне хотелось бы…

— Подожди, Делиус. — огромный здоровяк в позолоченных латах махнул своей лапищей, обрывая графа. — Вы хотите сказать, что у вас во время переговоров оказался припрятан в городе отряд стрелков, и никто из нас об этом не знал?

Граф Делиус недовольно посмотрел в сторону прервавших его, но заткнулся.

Я изобразил на лице лёгкое смущение.

— Вообще-то, у меня в городе, помимо гвардейцев, есть ещё несколько отрядов наёмников. Я… Готовился к разным результатам переговоров.

— Вы что, всерьёз предполагали возможность военного столкновения и атаки на посольство? И тайно смогли привести в город несколько сотен солдат? — брови великого лорда равнин взметнулись вверх.

Я виновато развёл руками.

— На меня совершил покушение собственный учитель, пытаясь убить меня в Септентрионе. Уж простите, что я решил подготовить несколько ударных отрядов на случай неожиданностей, отправляясь с посольством во враждебное королевство. Считаете, это неразумно?

— Разумеется, мы понимаем ваши опасения. — Слегка склонил голову Таслиниус. — Но смею вас заверить, здесь вы не найдёте смертельных врагов. Соперников — возможно, но отнюдь не кровников. Мы в Палеотре вообще считаем что люди не должны воевать друг с другом. Просто… Вы же понимаете, что это могло полностью сорвать переговоры? Едва ли такое понравилось бы королю, узнай тот об этом. Скорее он вышвырнул бы вас вон и отказался бы разговаривать с вами даже на следующем конклаве, сочтя, что вы всё время держали меч за спиной.

Я отвёл взгляд и стал рассматривать стены и потолок, стараясь выглядеть как нашкодивший мальчишка.

— Я… Не подумал об этом.

Повисло неловкое молчание, которое вскоре прервал Делиус:

— Так или иначе, это обратилось к лучшему, слава отцу. Мы могли не узнать даже этого, не будь ваших людей здесь. — вздохнул граф. — А теперь, если никто больше не будет прерывать, у меня осталось ещё пара вопросов.

Мужчина в позолоченных латах громко фыркнул в ответ на это заявление. Если припомнить досье… Возможно, это владыка северных холмов и владелец половины золотых рудников Палеотры: герцог Лидней.

Люсьен описывал герцога как типичного задиру.

— Слушаю вас граф. — серьёзно кивнул я Делиусу.

— Что вы знаете об искусстве смерти? — продолжил осторожные расспросы граф.

— Практически всё. — не колеблясь, ответил я. — Это воинское искусство, схожее с искусством жизни, и в чём-то обратное ему. Я мастер смерти, и провёл немало времени у шаманов северных варваров, совершенствуя своё мастерство. Думаю, в этом вопросе я наиболее осведомленный человек в королевствах. Интересно, откуда вы его об этом знаете. Это… Не слишком распространённая вещь в королевствах.

— Я допросил несколько членов культа, который был замешан в атаке на дворец. — спокойно ответил Делиус. — Но они дают… Неполные ответы. Всё максимум послушники-недоучки. Но они описывали это как новое направление мастерства нейтраля.

Я побарабанил пальцами по столу. Мне казалось, мы прикрыли всех, но граф всё же докопался до кого-то… Нет, многого простые культисты не знали, но всё же…

— В чём заключается разница между воинским и мистическим искусством, Эрнхарт? — спросил я старика.

— Искусство нейтраля могут овладеть только те, у кого к нему хорошие способности. Мы специально отбираем наиболее талантливых детей, ибо без надлежащего контроля их силы могут быть весьма разрушительны. Искусством жизни, как и прочими воинскими искусствами, может в должное мере овладеть любой упорный и трудолюбивый человек. — размеренно, степенно ответил магистр красных башен.