"Фантастика 2025-70". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 1164

— Господа и дамы, — громко обратился к ним я. — Меня зовут Иван Владимирович Моров. Вероятно, вы обо мне слышали, как о создателе артефактов, которые даруют полное исцеление больным. И сейчас я наложу на эту палатку чары, которые полностью исцелят ваши раны. Но для этого мне нужно расчистить место для начертания ритуала.

— Нам встать, ваше благородие? — спросил усатый мужчина, замотанный в гипс едва ли не всем телом. — Боюсь, мне потребуется помощь для этого…

Я улыбнулся в ответ на эту незамысловатую шутку.

— Лучше будет, если вы не станете двигаться, — покачав головой, ответил я. — Сейчас с помощью телекинеза я переставлю койки вместе с вами, чтобы в центре появилось место. Не переживайте, я никого не уроню.

Выждав немного времени, я картинно взмахнул руками, и со всех сторон послышались удивленные возгласы. А койки вместе с пациентами приподнялись в воздух. На то, чтобы отодвинуть их от центра помещения, ушла пара секунд, и ножки кроватей вновь вернулись на пол.

Удивлялись они, как дети. Обсуждали ощущения и то, с какой легкостью я все провернул. Подобная реакция меня искренне развеселила, давно я не получал такого удовольствия от работы.

— А теперь я покажу вам настоящую магию, — с улыбкой произнес я.

Выдавив кровь из шприца, я заставил ее лечь в центре ровно так, как требовал того ритуал. Алый рисунок на полу мгновенно вспыхнул, получив подпитку моей магией из резерва, и я ощутил, как сразу иссяк объем двух узлов.

Все воздействие не заняло и пары ударов сердца. Поддерживать ритуал не требовалось, пациентов было не так уж и много. Так что короткой работы одноразового рисунка на крови было достаточно.

Зеленое пламя, хлынувшее во все стороны, охватило пациентов и тут же погасло, растворившись в воздухе. Не забыл я зацепить и большее пространство, чтобы исцеление прошло и по тем, кто сейчас лежал в палатах и операционных. Бойцы с восторгом и радостью принялись срывать с себя бинты. От их ран не осталось следов, а вот я ощутил, как резкий отток магии отозвался неприятными ощущениями в желудке.

— Господа! — вновь привлек я внимание пациентов. — Сейчас вам нужно перекусить. Да и мне бы не помешало. В остальном вы полностью здоровы и готовы продолжить несение службы, либо что у вас там дальше по расписанию. На этом сеанс исцеления окончен.

Не слушая благодарностей, звучащих со всех сторон, я добрался до отдельной палаты, где спал персонал. Ощутив аромат табака, я отодвинул занавеску и заметил горящий уголек.

Гончарова не спала.

— Что вы сделали, Иван Владимирович? — спросила она, забыв вовремя стряхнуть пепел, отчего он упал на складной столик, за которым она сидела.

— Провел магический ритуал, как и подобает образованному чародею, Ольга Никифоровна, — ответил я. — Все пациенты в этой палатке выздоровели и могут выписываться. А вам следует отдохнуть.

Доктор хмыкнула, ее сигарета полетела через палату и рухнула в ведро. Зашипев, окурок погас, и Гончарова поднялась на ноги. Уверенно пройдя к выходу, она жестом велела пропустить ее, так что я отстранился. Как любому ответственному медику, ей требовалось самой убедиться в том, что ее пациенты действительно оказались здоровы.

Я ее не торопил, спокойно дожидаясь, когда женщина сделает свою работу и обойдет всех. Конечно, теперь предстояло снять гипс с тех пациентов, которым он достался. Все-таки я его не разрушал, просто внутри фиксатора теперь совершенно здоровый организм.

Только через час, когда Гончарова закончила осмотр и сестры приступили к вызволению бывших пациентов из скафандров гипса, Ольга Никифоровна вернулась ко мне.

— Вы сделали хорошее дело, Иван Владимирович, — произнесла она все тем же усталым тоном. — Но теперь, раз у меня появилась возможность, я загоню персонал убираться, и, если останется время, мы все же поспим.

— Хорошо, — кивнул я. — Только скажите, где моя одежда, и я оставлю вас.

Она хмыкнула, оглядев мой наряд. Но все же вошла в палату персонала, а после вернулась с моей тростью, саксом и тряпкой. В куске ткани я опознал остатки своей рубашки. Внутрь были завернуты мои артефакты и телефон.

— К сожалению, остальное было пропитано кровью насквозь, — произнесла она ничуть не раскаивающимся голосом. — Но в тот момент нам казалось, что спасение вашей жизни важнее дорогих тряпок.

Я улыбнулся и кивнул, принимая свои вещи.

— Благодарю, Ольга Никифоровна, — с вежливым поклоном я решительно повернулся и направился к выходу из палатки госпиталя.

Она не стала ждать, когда я покину ее вотчину, и тут же отправилась строить своих подчиненных. Выздоровевшие солдаты мгновенно оказались построены и разобраны на группы помощи в этом нелегком деле.

Я же вышел на улицу и, вдохнув освежающе морозного воздуха, проверил телефон. Техника приказала долго жить — даже внутрь аппарата натекло моей крови. Так что придется брать новый телефон, однако для этого нужно найти, откуда сделать звонок.

К счастью, с этим долго возиться не пришлось. Меня заметили солдаты, окружавшие палаточный лагерь. И уже через пять минут я был одет в военную форму без знаков различия и сидел в гостях у майора, отвечающего за порядок на территории.

Он же любезно предоставил мне возможность связаться с домом. Как оказалось, у майора были инструкции на момент, когда я приду в себя. И отданы они были Анатолием Никодимовичем Герасимовым.

Машина прибыла за мной только к утру. И к этому времени, пообщавшись с майором, я был мрачен и находился в бешенстве.

Ситуация, подобная лагерю Гончаровой, разворачивалась по всему фронту. Ни одаренных, ни артефактов. Даже то, что привезли мы с Венедиктом Кирилловичем, куда-то испарилось.

И по прибытии в Москву у меня было время до начала занятий, чтобы разобраться, какая тварь посмела так поступить.

Глава 24

Кремль, рабочий кабинет государя .

— Ваше императорское величество, у нас действительно случилась задержка…

— Задержка? — переспросил Виктор Константинович, мгновенно краснея от гнева. — Ты что, Степа, баба беременная? Какие у тебя могут быть задержки? Артефакты были поставлены на фронт, у меня на руках подписанные накладные, что в каждом подразделении усиление получено. Ты что мне сейчас хочешь сказать, что все это — липа?

И в доказательство своих слов государь шваркнул об стол толстой папкой распечатанных накладных.

— Ваше императорское величество, документы правильные, — попытался оправдаться подчиненный.

— Тогда где артефакты?! — взревел государь.

Он ударил кулаками по столешнице с такой силой, что стоящие на нем предметы подбросило в воздух.

— В данный момент они либо уже доставлены, либо доставляются прямо сейчас, — торопливо залепетал Степан Маратович. — Как я и сказал, ваше императорское величество, случилась небольшая задержка. Форс-мажор — поляки, как знали, отрезали нам пути доставки. Нашим бойцам пришлось едва ли не с боем прорываться. А документы подписаны старшим командованием.

— Ты мне на поляков не скидывай! — вставил сидящий рядом Анатолий Никодимович. — У меня есть видео, где прекрасно видно, что часть артефактов была доставлена Моровым и Солнцевым в ПВР. Однако после атаки польской артиллерии и ухода обоих дворян внезапно все доставленные ими артефакты исчезли. Сам признаешься, кто их изъять приказал, или мне государю кино включить, на котором твои подчиненные забирают артефакты?

Государь не обратил внимания на Герасимова, не сводя взгляда с сидящего как на иголках Степана Маратовича. Начальник управления материального обеспечения армии Российской Империи даже скрыть не мог, насколько серьезно волновался.

И было отчего. Вместо новых артефактов, поступавших на фронт прямиком с производственных линий, Шерстобитов намеревался выдать старые, в большинстве своем уже выдохшиеся и совершенно бесполезные. А новые положить на склад, а то и вовсе — в реализацию, списав их по дефектам или заявив о порче.