"-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Мусин Ринат - Страница 889

— Рядовой Кузьмин, сходи, выключи патефон, — приказал Аркадий.

На границе, в целом, воцарилось затишье. Почти такое же, какое стояло тут до его прибытия. Почти, но не такое. Теперь племена знают, что с пограничниками лучше не шутить и привычные манеры обращения к ним неприменимы.

«Возможно, позже, если всё получится, можно будет обратиться к калашам и остальным племенам с выгодными предложениями», — подумал Немиров. — «Демократическая Республика Нуристан…»

«Как иронично», — подумал Аркадий, читая свежую газету.

Генерал от кавалерии Самсонов, тот самый, который принял решение о награждении Немирова, застрелился после поражения в битве при Танненберге.

Подробностей в газете, конечно же, не было, но было понятно, что война идёт как-то не так.

Из прошлой жизни Немиров помнил, что всё дело было в очень плохой разведке, недооценке возможностей противника, а также в очень плохой координации между армиями. В итоге вторая армия практически полностью разгромлена.

«Здесь мог быть применён неплохой „damage control“ — немцы вынуждены были перебросить на восточный фронт дивизии с запада, что привело к провалу наступления во Франции и стратегическому поражению немцев», — подумал Аркадий. — «Но в СМИ об этом не напишут. То есть, напишут, но нескоро».

Буквально в первый месяц войны были заложены бетонные плиты в фундамент будущего поражения Германской империи.

«Оставь они Восточную Пруссию, Франция была бы додавлена, как изначально и планировалось», — продолжил размышлять Немиров. — «А дальше французы рассеиваются по местности, англичане бегут через Дюнкерк, и остаётся лишь один противник — Россия. Это лишь один фронт — победа была бы почти гарантирована».

Германия, Австро-Венгрия и Турция могли бы очень быстро додавить Россию, а потом передел «мира», то есть колоний и спорных территорий, репарации со стороны проигравших и всё кончилось — до следующей войны.

Отягчить это уже состоявшееся стратегическое поражение могла бы победа России в Восточной Пруссии, но для Антанты всё и так получилось неплохо.

«А вот и местный damage control», — продолжил Аркадий читать газету. — «А зато вот в Галиции у Русской императорской армии дела идут очень хорошо — австрияки терпят поражение».

Также не забыли написать о битве при Гумбиннене, состоявшейся ещё 7 августа 1914 года. Практически полную потерю 2-й армии надо было как-то компенсировать, хотя бы в прессе, поэтому читатели почти всех газет могут насладиться живейшим описанием того, как именно немцев били под Гумбинненом.

— Ещё чаю? — спросил его подошедший официант.

— Да, — ответил ему Аркадий, не отвлекаясь от газеты.

У него тут состоялся полноценный отпуск — выпросил у командира батальона. Тот отпуск давать не хотел, офицеров не хватает, но Аркадий безвылазно торчал на заставе почти два года, поэтому подполковник ему задолжал два ежегодных отпуска.

С учётом условий обитания, ему, несмотря на малую выслугу, полагалось отдыхать по месяцу в год. В итоге он получил два месяца отпуска, не считая дороги.

И сейчас он в Петрограде, наблюдает за тем, как жизнь идёт своим чередом, несмотря на то, что уже полноценно началась мировая война.

Сравнительно недавно, восемнадцатого августа, Санкт-Петербург был переименован в Петроград, в связи с тем, что война с немцами и кому-то показалось неэтично, что столица называется как-то не по-русски.

Славянофилы до сих пор рукоплещут решению царя, а вот Немирову как-то всё равно на подобные мелочи.

Он думал о том, что делать дальше.

На заставе находиться нет никакого смысла — там стало очень тихо и спокойно.

Его план сейчас перешёл к основной и самой тонкой фазе. Есть две компоненты — Ленин и Мадсен.

Ленин — это проблема.

Непонятно, где он находится — где-то в Европе, но подробностей нет. Из Ферганской области узнать его точный адрес было невозможно, переписка без последствий тоже невозможна, поэтому связаться с ним никак нельзя. Уж точно не во время войны. А после войны будет слишком поздно.

Немиров изначально задумал начать с ним переписку, чтобы заранее быть известным ему человеком, поддерживающим революцию и его идеи ещё задолго до его прихода к власти. Таких людей запоминают.

Только вот сейчас это невозможно. Впрочем, есть одно решение.

Мадсен — это тоже проблема.

Пулемёт системы Мадсена — это первый в мире серийный ручной пулемёт, причём сразу же получившийся неплохим. В идеале нужно иметь по одному ручному пулемёту в каждом штурмовом отделении, но это даже выглядит нереально.

Несколько десятков Мадсенов, за какие угодно деньги — вот предел его мечтаний.

«Марфа-кола», — прочитал он в рекламной секции «Петроградских ведомостей». — «Живой вкус Америки в стеклянной бутылке».

Завод по розливу газировки уже год как действует в Новгороде — масштаб намечен всероссийский. Отпускная цена бутылки снизилась до двадцати пяти копеек, поэтому газировка стала существенно доступнее для населения.

Пахом и Марфа выпускают, на двоих, по семьсот пятьдесят тысяч бутылок газировки в неделю — рост феноменальный.

За эти годы нанято пять инженеров-изобретателей, которые поучаствовали в создании автоматического станка по розливу и закупорке газировки. Это механическое устройство, приводимое в движение двигателем внутреннего сгорания, выдающее по пятнадцать тысяч бутылок в сутки.

Всего у них сейчас восемь таких станков, работающих в Астрахани и в Новгороде, а все те ранние поделки, ради которых они открывали новые цеха, были отправлены на переплавку — по причине низкой продуктивности.

«Грязный» доход у них составляет сто восемьдесят семь тысяч рублей в неделю, но в ту же неделю они тратят около пятидесяти тысяч рублей на рабочих, администрацию, бухгалтерию, налоги и логистику.

Марфа и Пахом, несмотря на то, что взлетели практически в космос с низкого старта, чувствуют себя обязанными и выделяют Аркадию деньги — у него с собой пятьдесят тысяч рублей, переданных лично Пахомом. Нужны они для закупок.

Допив чай, он расплатился по счёту и пошёл в сторону оружейного магазина. Расположен он на Литейной 41, называется «Оружейный магазин И. И. Чижова».

— Доброго дня, ваше благородие, — приветствовал его продавец.

— Доброго дня, — кивнул ему Аркадий. — Имеется ли у вас в наличии пистолет Кольт образца 1911 года?

— Имеется, — улыбнулся продавец. — Интересует обычный или украшенный?

— Обычный, — ответил Аркадий.

— Сейчас покажу, — продавец подошёл к одной из витрин и вытащил из неё пистолет.

Немиров подошёл к нему и принял оружие.

Это был обычный Кольт 1911, какие он видел много раз. Когда у НАТО плохо пошли дела, они тоже распечатали старинные запасники и начали вооружать солдат артефактами столетней давности. Железу в масле за эти годы ничего не стало, поэтому те Кольты убивали не хуже, чем в свои первые дни.

— Хотите приобрести взамен штатного? — поинтересовался продавец.

— Да, — кивнул Аркадий, взводя пистолет и проверяя, как работает ударно-спусковой механизм.

— Тогда могу порекомендовать более удобный образец автоматического пистолета — Пистолет FN модель 1910, — предложил продавец. — Стоит дешевле, легче весит, а патрон популярнее.

— Сколько стоит Кольт? — поинтересовался Аркадий.

— Сорок три рубля и двадцать копеек, — ответил продавец. — В комплект входит и кобура.

— Заверните, — Аркадий вытащил бумажник и извлёк оттуда разрешение. — Вот разрешение от командира батальона.

Продавец внимательно изучил документ с подписью и печатью, после чего кивнул.

Расплатившись, Немиров поместил упакованный пистолет в портфель, после чего начал рассматривать, чем тут торгуют.

Была витрина с кастетами, была витрина с пистолетами и револьверами, но его интересовали стеллажи с охотничьим оружием.

— Ищете что-то конкретное? — решил ему помочь продавец.

— Мне нужно что-то охотничье, но магазинное, — сказал Аркадий, рассматривающий многообразие ружей.