"-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Мусин Ринат - Страница 1712

Кислый вновь развернулся и жестом поманил меня за собой.

Я снова зашагал за ним следом — на этот раз к двери кабинета Лёши Соколовского.

На ходу я улыбнулся и мысленно отметил, что Рома сегодня не блистал вежливостью. Кислый сегодня ни разу не назвал меня по имени и отчеству. Я подумал: «А ведь тогда он был очень даже вежливым, когда смотрел в дуло моего пистолета».

Глава 9

В кабинете Соколовского было пять шкафов с книгами — это первое, что я отметил, когда вошёл туда вслед за Кислым. Книги на полках стояли ровно и красиво; расставленные по сериям, с новенькими и не потёртыми корешками. Ещё на полках я разглядел хрустальные вазы и стаканы. На стенах увидел фотографии людей в скромных позолоченных рамках. Заметил на стене у входа большую политическую карту СССР с пометками в виде красных флажков. В воздухе кабинета витал запах кофе и табачного дыма.

Лёша Соколовский восседал спиной к занавешенному тюлевой шторой окну: в громоздком кресле за массивным «начальственным» столом. На алых подлокотниках и на спинке его кресла блестела золотая вышивка. На полке у окна за Лёшиной спиной я увидел глобус, гипсовый бюст похожего на Карла Маркса мужчины и подставку с изготовленной в виде ружья бутылкой. На столешнице перед Лёшей я заметил хрустальную пепельницу с пятью окурками и пустую кофейную чашку на белом блюдце.

— Здравствуй, Дмитрий Иванович, — произнёс Соколовский. — Рад, что ты заглянул. Я, признаться, уже сам подумывал навестить тебя.

Лёша взмахнул руками. На его перстне блеснул похожий на бриллиант камень.

Я отметил, что Соколовский не привстал при моём появлении — напротив, он откинулся на спинку кресла.

— Присаживайся, Дмитрий Иванович.

Лёша указал мне рукой на стул с деревянной спинкой, что стоял по другую от него сторону стола. Тот стул в кабинете Соколовского выглядел инородным элементом, словно его доставили сюда из другого помещения.

Я присел — стул подо мной чуть слышно пискнул и заскрипел.

Рома Кислый приблизился ко мне на шаг, замер справа от меня на расстоянии вытянутой руки. Он загородил от меня сразу два шкафа с книгами.

— Вижу, Дмитрий Иванович, ты пришёл ко мне с пустыми руками, — произнёс Соколовский.

Он покачал головой.

— Без букета, — сказал я. — Но по делу.

Соколовский усмехнулся.

— Признаться, я думал: ты привезёшь мне деньги, — сообщил он, — которые присвоил твой младший брат. Мои деньги.

В последней фразе Соколовский выделил интонацией слово «мои».

Я улыбнулся и спросил:

— Присвоил? Откуда такие мысли, Алексей Михайлович? С чего ты взял, что Вовчик тебя обокрал?

— Ой, не надо!‥

Лёша взмахнул рукой. Он посмотрел мне в лицо, указал на меня пальцем.

Сказал:

— Дмитрий Иванович, не приписывай мне тех слов, которые я не говорил. Я не называл твоего брата вором.

Соколовский выдвинул ящик стола, медленно (будто намеренно не совершал в моём присутствии резкие движения) вынул оттуда пачку сигарет «Marlboro» и металлическую зажигалку. Закурил.

Он вновь откинулся на спинку кресла и сощурил глаза. Смотрел на меня сквозь облако табачного дыма.

— Дмитрий Иванович, ты наверняка слышал, что случилось в четверг на рынке, — сказал Лёша. — Какие-то заезжие твари постреляли моих людей. И обчистили сейф в моём рабочем кабинете. Украли средства нашего городского Союза кооператоров. Там были большие деньги, Дмитрий Иванович. Очень большие. За которые я, как председатель Союза, нёс и несу ответственность.

Соколовский затянулся табачным дымом, задержал дыхание. Не спускал с меня глаз.

Справа от меня переступил с ноги на ногу Рома Кислый. Под его тушей скрипнул накрытый ковром паркет.

— Я ответственный человек, Дмитрий Иванович, — сказал Соколовский. — Я дорожу своей репутацией. Поэтому все украденные из моего рабочего кабинета средства я, разумеется, уже вернул в кассу Союза. Взял их из собственных сбережений. А ещё я залез в долги к друзьям и к знакомым. Тех налётчиков я бы обязательно нашёл. И спросил бы с них… за всё. Но так уж получилось…

Лёша сделал паузу, склонился над столом и постучал сигаретой по краю пепельницы.

— … Так уж получилось, что менты… наша городская милиция вышла на этих тварей раньше меня, — сообщил он. — Признаю: они иногда неплохо работают. Когда чувствуют запах наживы. А в этот раз куш был очень большой. Правда. Менты всегда хорошо улавливают запах денег. Вот они и нашли тех залётных тварей раньше меня. Выследили их, как те собаки-ищейки.

Соколовский усмехнулся и пожал плечами.

Сказал:

— Мне бы радоваться удачам наших ментов. Но только вот какое дело, Дмитрий Иванович. Случилась странная вещь. Менты нашли уже трупы тех тварей, что прикончили моих людей. Обнаружили их в Зареченском, на острове, мёртвыми — так они говорят. Случилось это на следующий день после ограбления на рынке. Но менты не нашли мои деньги, как бы странно это не прозвучало.

Лёша снова хохотнул и пояснил:

— Они сказали, что денег рядом с трупами грабителей не было. Вот так вот, Дмитрий Иванович. Такие дела.

Соколовский взмахнул рукой — в воздухе перед ним закружили чешуйки сигаретного пепла.

Я не сдержал ухмылку.

Лёша ткнул в мою сторону сигаретой и сказал:

— Вижу, тебе это тоже показалось смешным, Дмитрий Иванович. Вот и меня слова ментов… развеселили. Потому что две сумки с деньгами — это не иголка в стогу сена. Затеряться они не могли. Без посторонней помощи. А я залез в большие долги после этого ограбления, как ты уже знаешь. Поэтому я бросил на поиски тех сумок все свои силы. И кое-что выяснил…

Лёша выдохнул в потолок дым.

— … Кое-что очень любопытное, — сказал он.

Соколовский вновь ткнул сигаретой в пепельницу.

— Чаю не хочешь, Дмитрий Иванович? — спросил он. — Или кофе? Может, пиво или коньяк?

Я покачал головой.

Напомнил:

— Что ты выяснил, Алексей Михайлович?

Соколовский шумно вздохнул. Он опустил взгляд; стряхнул с халата на своей груди то ли пепел, то ли частички перхоти.

— Вот это я и хочу с тобой обсудить, Дмитрий Иванович, — сказал Лёша.

Он посмотрел на меня из-под бровей. Будто бы с грустью и виновато.

— Мои люди прошерстили посёлок, — сказал Соколовский. — Они опросили там чуть ли не всех жителей. И выяснили интересный момент. Несколько зареченских сказали одно и то же: ночью, под утро, в посёлок приезжал автомобиль. Он свернул с моста в сторону острова. И меньше чем через час вернулся через мост обратно в город. Знаешь, Дмитрий Иванович, какую машину они видели?

Лёша выдержал паузу, но я не порадовал его вопросом.

— Ночью в Зареченский приезжал ВАЗ-2106, — сообщил он, — красного цвета. Такой же, на каком ездит капитан милиции Владимир Рыков, твой младший брат. Я лично поговорил с теми людьми. Правда. Если желаешь, я назову тебе их имена и адреса. Они в один голос говорили мне, что видели в посёлке ночью красную «шестёрку». Она ездила ночью на остров, где прятались те твари.

Соколовский шумно выдохнул и произнёс:

— Дмитрий Иванович, ты скажешь, что это ничего не доказывает? И будешь прав: на красной шестёрке у нас в городе ездит не только твой брат. Но только он и его коллеги уже на утро чудесным образом узнали, где спрятались те залётные грабители. А действительно ли только утром менты раздобыли те сведения? Хороший вопрос, правда? Кто и зачем расстрелял тех преступников на острове?

Лёша затушил в пепельнице сигарету, покачал головой.

— Это сделали менты, — сказал он. — Больше некому. Тех залётных ублюдков искали только мы и милиция. Всё. Больше они никого не интересовали. Мои люди получили указание только найти тех грабителей. Они бы не ослушались моего приказа. И уж точно не прикоснулись бы к моим деньгам. Но менты тех тварей нашли раньше нас. Молодцы, что ещё сказать. Умеют работать, когда захотят. Вот только…

Соколовский покачал головой.

— Почему они не арестовали преступников? — спросил Лёша. — Я бы, разумеется, с теми поквитался. Потом. Но если уж менты нашли их раньше меня, то зачем пристрелили? Не для того ли, чтобы… замести все следы моих денег? Я понимаю: такие деньги вскружили бы голову кому угодно. Не только твоему брату. Там было в разы большая сумма, чем я предлагал тебе, Дмитрий Иванович, за… новую работу здесь, в городе.