"-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Мусин Ринат - Страница 1580

Конечно, это были не свиньи, не коровы и даже не овцы. Тела принадлежали мертвым людям. Бассейн в «Заре» еще не успел выветриться из моей памяти.

В цех вошел маленький человечек, в котором мы с ликвором безошибочно угадали хобгоблина, зачерпнул горстью свежемолотый фарш и прямо сырым сунул в рот, довольно зачавкав.

Красная пелена застила мой взор. В зале было человек двадцать, примерно столько же гоблинов ворвалось, когда я начал стрелять. Елену я одним движением заставил спрятаться под стол, я был грубым, надеюсь, ничего ей не сломал. Мне в тот момент было абсолютно все равно, какие тайны я перед спутницей открою. Да и смысл скрываться, она явно многое про меня поняла.

Огромный цех был хаотично заставлен оборудованием, это не давало моим врагам использовать численное превосходство, я же на скорости перебегал от одного комбайна к другому, снимая очередью тех, кто оказывался в поле зрения. Когда рожок иссяк, я отобрал у ближайшего трупа другой автомат, затем третий. В четвертом патроны кончиться не успели.

— Успокоился? — ядовито осведомилась спутница, выбравшись из укрытия. — Я предполагала, что мы тихонько проскользнем по стеночке, но стелс явно не для тебя.

Яростный пульс все еще стучал у меня в висках.

— Мы зачистим это здание, — прорычал я сквозь зубы.

— А как же несчастный Гарри Торфл? — ехидно осведомилась девушка. — Только не говори, Иннокентий, — имя она произнесла с особым сарказмом, — что ты появился в этой дыре не из-за оракула.

— Мы зачистим это здание, — повторил я уже спокойнее. — Если хочешь, можешь идти на все четыре стороны, но сперва расскажи мне все, что знаешь.

— Я знаю, кто ты, Иннокентий, — сообщила Елена игривым тоном. — Ты — тот самый охотник, что проснулся среди мертвых тел. Ну-ну, незачем так яростно сверкать глазами! Среди наблюдателей ты — легенда. Никто другой так на эти трупы не стриггерился бы.

— Я тоже знаю, кто ты, — ответил я, немного уняв бурю в груди. — Ты работаешь на ЭсЭс. Не верю в совпадения вроде того, что какая-то случайная американка идет по следу бедного мальчика Гарри.

— Эс Эс? — непонимающе скривилась Елена. — Мы зовем его Дабл Эс.

Я мысленно хлопнул себя по лбу. В этом мире не было второй мировой, а значит обзывать хищного црушника эсэсовцем бесполезно, не поймет и не обидится.

— Как ты догадался, что я из Америки?

— Акцент. Ты прекрасно говоришь по-русски, но я умею подмечать нюансы. Ну и еще всякие мелочи.

— Я предлагаю союз, — тем временем продолжила црушница.

Я не выдержал и снова бессмысленно пошутил:

— Пакт.

— If you want, — раздраженно ответила Елена. — мы нужны друг другу. Я помогу искать Гарри, а ты поможешь добраться до него живыми.

В цех вбежала группа хобгоблинов. Я пристрелил их, не отвлекаясь от разговора.

— Об этом я и говорю, — усмехнулась Елена.

— Как мальчика делить будем, когда найдем? — спросил я вежливо.

— Вернемся к этому, когда спасем. Ты же не сомневаешься, что оракул в беде?

Я скептически поморщился.

— Предлагаю на время забыть о господине Стивенсоне. Позволь представиться заново, — девушка протянула мне руку. — Элен Баркли, региональный представитель Ордена Наблюдателей.

— И какого именно региона? — спросил я.

— Чикаго и штат Иллинойс.

— Далеко забрались от дома, мисс Баркли. Так или иначе я уничтожу эту помойку. Если хочешь, чтобы потом мы вместе отправились за Торфлом, скажи мне сейчас, где, по-твоему, его держат.

— Это не слишком… — протянула Элен, мучительно размышляя.

— Доверие — основа сотрудничества. Хочешь, чтобы мы дальше шли вместе, делись.

Элен еще немного поколебалась, но все же приняла решение.

— Он в особняке Вержицкого. Это на южном берегу реки Шексна.

— Откуда ты знаешь? — спросил я.

— У нас, наблюдателей, свои методы, — Элен посмотрела на мое сердитое лицо и быстро исправилась. — Подключилась к городским камерам. Взятки решают все. Ну и классическая работа со свидетелями, которой я также прекрасно владею.

— Пора браться за дело, Элен Баркли. Мясокомбинат должен быть разрушен!

Мы подошли к двери. Пол под ногами дрожал будто при землетрясении. Будто на нас мчалось стадо буйволов. Ликвор подсказывал, что я не далек от истины.

— Держись у меня за спиной и не лезь под пули, — приказал я спутнице.

— Эй, я могу за себя постоять! Вообще-то я — крайне эффективная боевая единица.

— Ты, главное, не подставляйся, единица! Сейчас здесь будет жарко.

Я сделал шаг, держа автомат наготове, но тут же бросил его, быстро сменив на шамшир. Элен ловко его перехватила, не дав упасть на пол.

На нас неслась толпа хобгоблинов, целая орда дикарей. Они были слишком близко, чтобы в них стрелять, потому я и начал рубить их в фарш. Простите, что вышли из цеха.

Элен, умничка, легла на пол и стреляла, стараясь не попасть мне в ноги, короткими очередями в тех, кто пытался обойти меня с фланга. Впрочем, в узком коридоре маневрировать было трудно.

Их было много, кровь текла по коридору весенним ручьем, после каждой гоблинской смерти ликвор пополнял запасы, поддерживая во мне эйфорию. Я чувствовал себя машиной убийств, вечным двигателем и, когда гоблины кончились, ощутил пустоту и разочарование. Боевое безумие не желало останавливаться. Но я напомнил эйфории, что ночь будет долгой.

Элен Баркли поднялась на ноги за моей спиной. Я обернулся, девушка вся дрожала то ли от страха, то ли от возбуждения, то ли от всего сразу. Я хотел было обнять ее, чтобы успокоить, но разгоряченный ликвор чувствовал в ней хищницу. Я не рискнул в таком состоянии прикасаться к ней.

Элен вдруг резко шагнула в сторону и выпустила короткую очередь. Какой-то особо хитрый гоблин притворился мертвым, а теперь воспользовавшись паузой, хотел потихоньку смыться. Пули пролетели прямо над его головой, коротышка испуганно рухнул на колени.

Девушка схватила его за ухо:

— Отведи-ка, дружок, нас к начальству. Мы хотим задать пару вопросов касательно ассортимента вашей продукции.

Я восхищенно зааплодировал.

— Что? — смутилась Элен, — Раз уж ты уперся в идею зачистить эту бойню, я хочу ускорить процесс. Да и мне это место тоже не нравится.

Не выпуская ухо проводника, Элен подобрала у одного из мертвых гоблинов нож, и погнала им Сусанина, легонько тыкая в самые неожиданные места. Проводник вел себя как шелковый, так что мы через пару минут оказались у входа в кабинет.

Я вошел, распахнув дверь ногой. Директор, толстяк весом в полтора центнера, прятался за спинами троих телохранителей, здоровяков под два метра ростом.

Я понимаю, почему большой босс не попытался сбежать через парадный вход, он неминуемо бы напоролся на нас. Но почему он не выпрыгнул из окна не такого уж и высокого второго этажа — загадка. Хотя, судя по комплекции, он не был склонен к физическим нагрузкам.

Парни сразу, как я появился на пороге, начали стрелять, пришлось отбирать у них пистолеты. Спички детям не игрушка. Прикончил охранников из Тарантула одного из них. Потом подошел к директору, дал ему затрещину, после этого обернулся, чтобы проверить, как там црушница. Я не для того ее спасал, чтобы ее свалила шальная пуля.

Спутница была в порядке, она только что перерезала горло Сусанину, и теперь деловито вытирала нож о его же одежду.

— Элен, зачем? — только испросил я. — Он выполнил свою часть сделки.

— Какой сделки? — искренне удивилась она.

Делаем зарубку: американцы не держат слово. И не надо бубнить, что я обобщаю. Когда я встречу исключение из правил, я первый это отпраздную.

Я подошел к директору, склонился над ним, заставив обильно вспотеть от страха.

— Неплохо ты на человечине раскормился, дядя. От имени Транспортного Управления Министерства Иностранных Дел я объявляю твое поведение аморальным и незаконным. Есть что сказать в свое оправдание?

Толстяк посмотрел на меня мутным взглядом, но вдруг выпрямился, сел ровно и начал рассматривать мое лицо скорее оценивающе, нежели с ужасом.