"Фантастика 2025-58". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Букреева Евгения - Страница 995

Нам надлежит думать о проводе во Владивосток как можно большей части эскадры. Или считаете, дошли до русского порта, встали на рейде и всё? Салют, шампанское, ордена, барышни восторженные? Мир, отпуска? Да для флота только начинается война, как только пять броненосцев станут на якорь в Золотом Роге. Но надо и отряд Клапье де Колонга протаскивать во Владивосток, всех, вплоть до последнего транспорта! Думаете, легко будет? Ну и до самого Владивостока надо ещё «добежать». Почему я веду эскадру на 11–12 узлах? Да потому что меньше риск поломок, «Бородино» 14 узлов может держать только короткое время. И я сберегаю в строю броненосец Серебренникова для возможного сегодня-завтра боя. Серьёзного боя, а не расстрела в полигонных условиях устарелых японских миноносок. Да и то, посмотрим, как ночью будем отбиваться, убережём ли броненосцы, ведь самураи-миноносники пойдут в свою последнюю атаку, без мысли о возврате…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А теперь самое время по чарке водки, — старший офицер, которому по должности положено быть дипломатом, уловил перемену настроения командующего, — шампанское откроем во Владивостоке, а сейчас, господа, за успешный прорыв через жерло Цусимы, за адмирала!

Офицеры вскочили и дружно поддержали бесхитростный, но искренний тост Племянникова.

— Ваше превосходительство, за великолепное воплощение великолепного плана!

— Кто бы раньше сказал, что можно пройти Цусимой как на параде — ни за что б не поверил!

— За нашего адмирала!

— Николай Иванович, — Бухвостов, как и положено командиру корабля, говорил последним, — вы наверняка слышали о том моём нашумевшем спиче, перед выходом эскадры. Так вот, в присутствии своих офицеров заявляю — что бы там не творилось под шпицем, как бы не коверкали и уродовали флот умники при больших должностях и в высоких чинах, офицеры «Александра», всей эскадры, пойдут за вами в огонь и воду! Мы победим, а не сдадимся!

— Благодарю, господа за столь лестную оценку моих скромных флотоводческих талантов, — Небогатов был растроган, — за нас за всех, за нашу победу!

По окончании обеда адмирал вышел пообщаться с командой флагманского броненосца. Матросам очень хотелось драки, командующий даже выслушал «обиженных» комендоров, недовольных тем, что им «не дали пострелять по япошкам».

— Успокойтесь, ребята, ещё настреляетесь, сегодня ночью ожидаются минные атаки, будьте внимательны и зорки, а то, что миноноски до нас не доскочили, смешались, так это спасибо крейсерам — они свою работу выполнили отменно. Понимаю, вам боя хочется, чтоб наград во всю грудь, чтобы рассказать дома о подвигах геройских. Но для нас война с приходом в русский порт не закончится. Ещё навоюемся, ребята.

Контр-адмирал поднялся на мостик и оглядел свою эскадру, с уходом «Олега» и «Жемчуга» сократившуюся до семнадцати вымпелов. Пока поводов для тревоги не было, рапортичка минёра Македонского, вместо обеда в кают-компании занятого приёмом данных о состоянии дел на кораблях, не содержала сведений о авариях и поломках, грозящих снижением хода.

Беспокоящие Небогатова «Донской» и «Бородино» свободно выдавали двенадцать узлов, а прохождение Цусимы фактически «как на параде» — без маневрирования, форсирования хода и т. д. способствовало малому расходу угля, которого с запасом хватит до Владивостока.

В 14 часов «Аврора» и «Алмаз», сопровождаемые «Буйным», «Бодрым», «Блестящим» и «Безупречным», отстали от эскадры, поджидая преследователей.

Небогатов категорически запретил Егорьеву, командующему «летучим отрядом» всерьёз цепляться с крейсерами неприятеля. Притормозить ход, вынудить выстраиваться в боевой порядок — уже одно это может расстроить планы ночной атаки. Главной задачей Егорьева и Чагина было — постараться «достать» миноносцы. Эти судёнышки не были приспособлены для океанских переходов, впрочем, как и их российские коллеги, а одного шестидюймового с «Авроры» вполне хватало если не для утопления, то для гарантированного «стопорения» маленьких, но чрезвычайно опасных в тёмное время суток, кораблей.

— Эх, «Светлана» была бы сейчас к месту, — вздохнул Македонский.

— Вы ещё про «Олега» напомните, поддержите Дена, — хмыкнул Небогатов в ответ на реплику порученца, — но подумайте, что по ходу движения Того мог расположить отряд миноносцев, плюс пару крейсеров, нацеленных на перехват прорвавшихся русских кораблей. И влетел бы адмирал Энквист при полном параде, с бородой аккуратно расчёсанной в засаду. Потому и идёт с «Жемчугом» сильнейший крейсер эскадры.

Адмиралу не хотелось уходить с мостика, и он распорядился, чтобы принесли кресло и крепкого чая. Здесь и сморил Небогатова богатырский сон, который не могли прервать ни крики сигнальщиков, быстро, впрочем, сошедшие до шёпота, когда стало понятно, что командующий уснул, ни мерзкие чайки-падальщицы, так и норовившие пролететь рядышком с мостиком флагмана.

Матросы и офицеры, еле сдерживали смех, наблюдая как кавторанги Племянников и Македонский, стараясь продлить сон Небогатова, бегают по мостику на цыпочках и беззвучно матерясь, размахивают руками, отпугивая мерзко клекочущих птиц.

Радио с «Авроры» принесло весть, что за эскадрой идут «Сума» под адмиральским флагом, «Акицусима», «Чиода» и девять миноносцев, с трудом поспевающих за пожилыми японскими крейсерами. Более судов и дымов, которые могли принадлежать «Идзуми» и остальным миноносцам неприятеля Егорьев и Чагин не обнаружили. Решение командира «Авроры» идти впереди японского отряда, ведя редкий беспокоящий огонь, тренируя расчёты и надеясь на «золотое» попадание, проснувшийся Небогатов одобрил.

— Если три японских крейсера не атаковали с ходу «Аврору» и яхтенный «Алмаз», значит они не заметили ухода «Олега» и «Жемчуга», думают, что есть при броненосцах быстроходные крейсера, будут ждать ночи, когда и постараются прорваться через Егорьева, или обойти его в темноте.

Тем временем, пока командир «Авроры» небезуспешно «играл на нервах» неприятеля, ведя по не отвечающему противнику огонь с предельной дистанции, благо бить по «квадрату» из дюжины кораблей занятие интересное и азартное, русские эскадренные миноносцы, разделившись на пары, решили обойти идущих строем фронта «Акицусиму», «Чиоду» и «Суму», чтобы сцепиться с миноносцами врага.

Придумавший эту атаку Егорьев, развернул крейсер правым бортом к неприятелю и открыл ураганный огонь «по площади», рассчитывая лишь на статистику. Но, то ли подготовка комендоров на «Авроре» была хорошей, то ли в этот день 15 мая 1905 года русскому флоту ворожили самые лучшие, самые патриотичные цыганки Российской империи, — по попаданию в «Чиоду» и «Акицусиму» отметили и авроровские сигнальщики и наблюдатели с «Алмаза», который в артиллерийскую дуэль не вступал, берёг снаряды малокалиберных пушек для отражения минных атак. К тому же снаряды «Авроры» падали в гуще японских миноносцев, которые зарыскали на курсе, выходя из-под обстрела. «Огоньку» добавили и четыре русских истребителя, издали лупивших из 75-миллиметровок по японским коллегам.

Когда шедший под адмиральским флагом «Сума» наконец-то открыл ответный огонь и устремился на обнаглевший русский крейсер, Егорьев на полном ходу начал отходить, «Алмаз» также рванулся по направлению к небогатовским броненосцам. Погони не последовало, видимо Небогатов правильно просчитал своего визави, опасавшегося нарваться на «Олег» и «Жемчуг». Чуть позже к «Авроре» и «Алмазу» присоединились «Блестящий», «Безупречный» «Буйный», «Бодрый». По заверениям кавторанга Коломейцева, как минимум два попадания (ну, или близких накрытия) японским миноносцам артиллеристы Егорьева «устроили»…

Перед наступлением сумерек «Аврора» ещё раз «профилактически» прошлась по вражеским крейсерам, уже орудиями левого борта, (надеясь на перелётах угодить по миноносцам) и, истратив ещё полторы сотни шестидюймовых снарядов начала отрыв от японского отряда. «Алмаз» и четвёрка истребителей послушно пошли за самым стреляющим кораблём эскадры.

Что тому послужило причиной — чрезвычайно меткая и действенная стрельба авроровцев, или фатальное невезение японских моряков, не обнаруживших во тьме русскую эскадру, а может просто — не могли угнаться за эскадрой «второклассные» миноносцы страны Восходящего солнца, но ночь, хоть и нервная, напряжённая, обошлась без выстрелов и минных атак. В шесть утра 16 мая, неподалёку от острова Дажелет, эскадру, снижавшую ночью ход до десяти узлов, встретил «Олег». Добротворский доложил, что неприятеля по ходу движения не было обнаружено, «Жемчуг» ушёл курсом НОРД-ОСТ 23

°

, адмирал Энквист при расставании благословил командующего, офицеров и нижних чинов эскадры, обещая лично привести подмогу из владивостокских крейсеров.