"Фантастика 2025-58". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Букреева Евгения - Страница 1407

Я с Палмерстоном встречался раз в два-три года. Каждый визит англичанина в Петербург завершался подписанием какого-нибудь «эпохального соглашения», должного положить начало эре процветания океанской и континентальной империй и миру во всём мире. А в этом году так вообще — третья встреча, если вспомнить апрельский заход британского фрегата в Кронштадт с премьером на борт, и общение в Порт-Саиде.

Лондону позарез, ой позарез нужен «солдат» на континенте, очень уж «раздулся» Наполеон, считающий себя едва ли не владыкой мира. Но русский царь, вопреки традиции и всеобщим ожиданиям, не спешил сразиться с очередным «галльским чудовищем», сидел безвылазно в Царском Селе и учинял европейцам всевозможные экономические каверзы, вынуждая российское дворянство и купечество тратить денежки внутри страны, а не кутить «на водах»…

Десять лет мне удавалось водить за нос чопорных сэров и пэров, но, похоже — всё, политиканы с берегов Темзы сделали ставку на Берлин, устав ждать, когда Константин наиграется с Калифорнией и обратиться к делам европейским.

Да, все от меня потрясений великих ожидали, передела Европы, противостояния с племянником великого корсиканца, реализации планов по овладению Босфором и прочей фигни, «положенной по должности» императору всероссийскому. Но оказалось — Америка стократ важнее Константину, а на Европу моряк и путешественник «кладёт с прибором»…

Решила Пруссия у Дании отгрызть изрядный кусок территории? Да забирайте! Побегал Горчаков, посокрушался о крушении идеалов общеевропейской гармонии, на сём и закончилось. Однокашник Пушкина не знал, что в иной реальности его разлюбезные французы вкупе с англичанами и даже сардинцами штурмовали Севастополь и все силы тратил на создание оси Париж-Петербург, числясь главным лоббистом сближения России и Франции. Бритты ЗДЕСЬ крайне ревностно следили за успехами Наполеона, как в деле прокладки стратегического Суэцкого канала, так и в сколачивании антигерманского союза, потому и канцлера Российской империи, ярого франкофила, недолюбливали. А его величество Константин Первый при всём при том громогласно нахваливал «мастерскую мира» Великобританию, призывая учиться, учиться и учиться у славных островных джентльменов…

Своей личной победой я считал коалицию Великобритании, России и Конфедеративных Штатов Америки, сумевшую понудить Вашингтон к признанию независимости Юга. Сейчас у дипломатов начиналась «страда», на середину октября 1864 года действовало трёхмесячное перемирие, заключённое 1 сентября в Ричмонде. Демобилизации не последовало, только лишь прекращение боевых действий, так сказать «разведение воюющих сторон». Вброшенная в этот мир идея «миротворческого контингента» с энтузиазмом реализовывалась, офицеры европейских армий, спешно прибывшие в Северную Америку в качестве комиссаров-наблюдателей, мотались по всей линии фронта, сводя за «столом переговоров» командиров противостоящих частей. Только в Кентукки «миротворцев» предсказуемо послали. Вернувшиеся на родные пепелища жители штата требовали огромные денежные компенсации за уничтоженное имущество и ни в какую не желали прекращать набеги молодецких эскадронов на пехотные полки северян, отстроивших в полусотне-сотне миль от Огайо укреплённые лагеря, чертовски смахивающие на древнеримские.

Палмерстон не утерпел, прибыл в Петербург самолично, хотя совсем недавно, в Порт-Саиде мы с ним провели несколько часов, обговаривая выход из войны с САСШ и «переключение» на дела европейские. Англичане крайне серьёзно отреагировали на внимание, оказываемое Наполеоном на торжествах по открытию Канала, клану Романовых-Гольштейн-Готторпских. Пока царь «страдал желудком», французы обхаживали императрицу и цесаревича, устраивая экскурсии и балы в их честь. Брат Саша, король Польский вёл переговоры с монархами и главами правительств европейских держав, выступая как независимый владыка. Пруссия и Австрия переполошились, когда Александр, через голову Петербурга, предложил униженной Дании союз с набирающей силу Польшей.

Про «набирающую силу» не более чем оборот речи, напротив, самые деятельные и денежные поляки, «распробовав» прелести жизни в Северной Америке, едва случилось перемирие Союза и Конфедерации, выкупили почти все билеты на рейсы Русской Трансатлантической Линии. Паны со средствами жаждали осесть на Юге, а те, кто победнее и побоевитее, рвались в САСШ, дабы повоевать в ближайшем будущем с московитами, отличиться и получить за службу «поместье». В Европе преобладало мнение, что «цивилизованно разведясь» с Конфедерацией, Север немедленно ударит по российским колониям и начнётся «третья русско-американская война»…

Однако, по мнению наших и британских агентов, Вашингтону потребуется минимум пара лет, для налаживания более-менее сносной жизни в САСШ. Не шутка ведь — 370 тысяч убитых и пропавших без вести, против 220 у конфедератов. Потери Российской империи составили 28 тысяч убитыми и 50 тысяч ранеными. Низкий поклон медикам пироговской школы, эскулапы немало бойцов вытащили с того света, как наших, так и южан. Не зря военные наблюдатели одной из составляющих успеха КША считают образцовую медицинскую службу, налаженную русскими врачами.

Эскадра Черноморского флота, обратно в Севастополь не вернулась — прямиком от Суэца ушла на Кубу. А «брат» султан ввиду истощения казны «созрел» до создания еврейской автономии с центром в Иерусалиме, но требовал кредитов и иных преференций. Пришлось отсылать владыку правоверных к Ротшильдам, не хватало ещё из российского бюджета оплачивать «исход».

Хотя какой там к чертям «исход» — хорошо, если несколько тысяч ортодоксов и наивных ювелиров и портных переберётся в Землю Обетованную. Благодатные земли Северной и Южной Америк ждут колонистов, кому захочется в пустыне верблюдам хвосты крутить?

В этой реальности, после «бесчинств» русского флота, перекрывшего Атлантику, поток переселенцев устремился в спокойные Бразилию и Аргентину. Похоже, иная история начинается в далёкой и прекрасной Южной Америке, отличная от нашей.

Российский Генштаб не мог остаться в стороне отправил изрядное число дипломатов и агентов в Южное полушарие, а царь-батюшка ещё и «обокрал» Киплинга и Маршака, запустив в народ романтическую песенку «На далёкой Амазонке». Хотя пароходов с такими названиями как в песне, покамест не было и четверг, как день отправки судов, был вовсе не «бразильским днём», но кто к мелочам придираться станет? Вот и Палмерстон начал разговор с «амазонско-ливерпульской» песенки, которая как оказалось очень джентльменам нравится и свидетельствует о дружеских чувствах императора Константина, моряка, путешественника и героя, к Великобритании. Не стал разубеждать старика, тем более, никогда и не считал, что «англичанка гадит». У всех великих держав есть свои интересы, а заставить прочие государства работать на своё Отечество — высший пилотаж. Англичанам сие удавалось прекрасно в моей реальности. А вот Россия матушка постоянно влезала в конфликты, вовсе не обязательные, то союзников спасая, то дурацкого престижа ради…

Эх, папенька, дорогой и незабвенный Николай Павлович, прости, но лезть со своим уставом в Европу во имя торжества веры православной, — погодим. Сейчас же надо 200 тысячный воинский контингент перевезти через океан и там распределить по гарнизонам в Калифорнии и Орегоне. Перемирие раз и завершится. А ну как не пойдут Россия и САСШ «мировую», что тогда? Сдавать янки территорию? Вот и английский премьер одобряет желание России оставить за собой плацдарм у Большого Солёного озера. Жаждет обострения ситуации сэр Генри, «подбрасывает полешек» в костер войны. Жаль из Сент-Луиса придётся уйти. Ладно, Корнилов передислоцирует флотилию в Мемфис, в сём славном городке и будет базироваться «Речная имени адмирала Нахимова флотилия Конфедерации на реке Миссисипи»…

Корнилов по договорённости с руководством Конфедерации остаётся командиром, равно как и большинство офицеров и половина матросов — русские на службе КША. Это выгодно и конфедератам, готовящимся демобилизовать большую часть армии. А мы получаем в ключевой точке на Миссисипи свою, считай базу и моряков, содержать которых будет союзник, впечатлённый успехами отчаянных речников.