Подарок для Императора. Меж двух огней (СИ) - Черная Мара - Страница 43

Калантиэль не дал мне уйти просто так. Но не волнуйся, я предусмотрел и этот вариант. В полночь я уже буду идти в рядах армии Иллеманы, очищать наши земли от тех, кто так долго травил твоё маленькое сердечко своими злодеяниями. Я отомщу за тебя, за твои мучения в плену, за твоих родителей, за твоё измученное израненное детство. И я верну тебе твой дом. Обещаю.

Ты получишь это письмо позже нашего отъезда. Гораздо позже. Ведь знаю, что бросишься искать меня, а я не желаю доставлять тебе боль горестным прощанием. Всё, что ты должна знать — я вернусь. Дождись. И береги себя.

Навеки твой уже не главнокомандующий Хельвдан де-Мирт.

p.s. Смею надеяться, что без высоких званий и богатств всё ещё буду тебе нужен'.

До вечера пролежал на кровати и гнал подальше мысли о Миране, забивая голову детальным обдумыванием ситуации, изменением планов, моральной подготовкой к тяжёлой дороге и предстоящим битвам. Ещё я знал, что за мной будут следить, возможно, будут пытаться навредить. Это пожелание смерти от Калантиэля… думаю, не просто так он это сказал. Угроза или предупреждение? Нужно быть начеку.

Сборы прошли быстро. В казармах выдали тёплые вещи для рядового солдата, подготовил своего коня и помог товарищам. Парни весело напевали песни, шутили, посмеивались. Кто-то молча отстранённо паковал вещи. А кто-то суетился, терялся, нервничал. Юнцы, для которых это был первый боевой опыт. Не учение, не тренировка. В этот раз всё по-настоящему. Я старался их поддержать, подбодрить и рассказывал, как справиться с сильным волнением. Париса со слугами принесли припасы, и пока их раздавали, незаметно передал ей все письма и распоряжения, которые она позже передаст Вэну.

— Храни тебя Светлый Бог, сынок. Мы будем ждать, — промолвила кухарка сквозь слёзы, скупо обняла и поспешила удалиться из казарм.

Стемнело.

Под покровом темноты войско вышло на плац. Витражные окна дворца тускло мерцали на фоне мрачной пустоты неба. Глаза невольно скользнули в сторону покоев Мираны, но не увидели её. Зато взгляды сцепились с Калантиэлем, чей чёрный силуэт с рыжей копной кудрей застыл в соседнем окне. Капитан Дарвэн во главе нашего отряда подал знак, мы сели верхом и зашагали в сторону скального перехода — тайного короткого пути из столицы к южному побережью материка.

Широкий проход меж двух скал привёл нас к мосту над одним из ущельев. Под ним чернела и бушевала вода. Холодная, опасная, она готова была поглотить и навсегда унести на глубину тех, кто ненароком сорвётся вниз. Порывистый ветер шатал хлипкий деревянный мост, чем только усиливал и без того обострённые чувства тревоги и предвкушения неминуемых потерь.

Дарвэн остановил коня, и его примеру последовали все остальные всадники. Капитан развернулся, строгим взглядом обошёл ряды мужчин в доспехах и, сдвинув брови на переносицу, и заговорил:

— Воины! Здесь начинается наш путь, но я не имею права вести Вас дальше.

Растерянный народ стал переглядываться в недоумении. Ещё утром им приказали повиноваться капитану Дарвэну, а теперь он оставляет их одних в полном смятении. Шёпот прошёлся по толпе, словно ветер в поле ковылей, и стих в задних рядах.

— Я лишь старый капитан, который последний десяток лет перебирал бумажки в кабинете да решал бабские разборки, — он криво усмехнулся и небрежно хлопнул себя по коленям. — Вас готовил к этой битве другой человек. И пусть сегодня он не в броне главнокомандующего, не в плаще с гербами, и с обычным мечом, я думаю, он будет лучшим предводителем для нас всех.

Я вышел вперёд к Дарвэну, и он крепко пожал мою руку.

— Что ж, братья, долго рассуждать не стану. Пусть выступят вперёд те, кто не готов идти за мной в этой войне, — сказал твёрдо, но сердце трусливо замерло.

Томительные минуты ожидания тянулись, словно кисель. Мужчины переглядывались, выискивая движение в толпе. Однако, вопреки их, да и что скрывать, моим ожиданиям, никто не шелохнулся.

— Мы пойдём за Вами, господин де-Мирт, — промолвил бывалый беловолосый вояка, стоявший в переднем ряду, опершись на луку седла. — Чёрт возьми, пойдём. Чем Тёмный Бог не шутит. Вы нас не подводили, и мы Вас не подведём, — и толпа за его спиной одобрительно загудела.

— Все мы сделали свой выбор и обратного пути нет. Остаётся сказать одно: Вперёд, братья! Во имя Иллеманы! — крикнул, что есть мочи.

— Э-хе-хей! — отозвалось войско, а в груди знакомо защекотало от удовольствия.

Из-за валуна около тропы неспешно вышел облачённый в тёплые меха Анаих-Риз.

— Приветствую, Хельвдан де-Мирт, — пробасил беорхиец.

33

Мирана

Обитая старой сухой кожей рукоять удобно расположилась в руке, тонкая шершавая тетива привычно впилась в пальцы, гладкое древко стрелы проскользило по пальцу.

Еле слышный свист. Глухой стук. В яблочко! И только теперь можно опустить лук и убрать вторую руку от лица.

— Зачем ты тренируешься каждый день? — Вэн стоял в стороне, опёршись плечом о столбик деревянного забора. — С твоими умениями…

— Это не тренировка, Вэн, — тяжело вздохнула, закинув косу на плечо. — Это способ не выжить из ума.

С тех пор, как Хельвдан уехал, сердце было не на месте. Каждое утро начиналось с резкого тревожного пробуждения и отчёта стражи об успехах на поле битвы. Каждое утро после очередного «нет вестей от господина де-Мирта» я шла в тренировочный лагерь и мучила старый обшарпанный лук, который нашла в закромах оружейной. Плечи его тягуче скрипели, когда пальцы хватко обнимали тетиву и оттягивали её к подбородку.

И вот, уже которое утро я стояла у мишеней и выполняла свой рутинный ритуал, представляя голову очередного стражника «без вестей» на месте красного круга по центру.

— Мира, — тёплые руки легли на напряжённые плечи, вырвав тяжёлый вздох из лёгких. — Уже четыре месяца прошло, лето на носу. Пора бы думать о себе хоть немного. Посмотри на себя.

— А что со мной не так? — выкрутилась из цепких рук и опалила гневным взглядом парня.

Тот отскочил, подняв руки в примирительном жесте.

— Хотя бы это, — он скептически обвёл взглядом мою боевую стойку.

Он был прав. Чертовски прав. Но смелости открыто признать это у меня не нашлось.

— Твой взгляд потускнел, птичка ты наша, одни штаны да рубахи носишь, волосы в косу, лук через плечо. Во дворце только ночуешь, и то не всегда. Неужели сено в конюшне удобнее мягких перин, обшитых шелками? Слушай, может, и мне попробовать? — ослепительная улыбка озарила лицо Вэна.

Демонстративно закатила глаза, подавив рвущийся на волю смешок. Этот плут кому хочешь настроение поднимет, даже если оно мертво, сожжено, а прах рассеян.

— До дворца я всегда так жила, дружочек, — передразнила попытку Вэна подражать манере Калантиэля. — Так что это, скорее, дворец сделал из меня сахарную леди и заставил носить длинные пышные юбки. Как, кстати, дела с малышкой Сальви? — поспешила перевести тему, зацепившись за упоминание девичьих штучек, которые дорогая подруга так любит.

Лицо парня вспыхнуло, и он неловко отвернулся, сложив руки на груди, не найдя им другого удобного места.

— Какие такие дела у меня могут быть с твоей сестрой? — буркнул парень куда-то в сторону.

— Это ты мне расскажи. Она мне уже пишет реже, чем тебе, — хлопнула его по плечу и пошла в сторону оружейной.

Не зря я тогда Вэна попросила съездить в Меран к своим. Сальвия всё время пыталась меня с кем-то свести, настал мой черёд. Спокойный, весёлый, ответственный и перспективный Вэн, который перенимает у своего наставника все лучшие качества благородного мужчины. Кому-кому, а ему я смогла бы доверить взбалмошную Сальвию. Не то, что мальчишки в нашей деревне, которые как появлялись, так и исчезали.

Большое чёрное пятно возникло перед носом внезапно. Машинально отскочила в сторону, стиснув лук железной хваткой. Глубокий вдох, выдох. Пульс в висках сразу стих, а окаменевшие мышцы смягчились.