Истинная для Темного (СИ) - Смелова Наталия - Страница 75

— Даже если ты заберешь у меня всю кровь — я не позволю тебе овладеть этой силой.

Мужчина с кинжалом повернул голову в сторону пленника, глаза его сверкнули из-под капюшона:

— Ты не понимаешь. Твоя кровь — это лишь начало. Мы освободим того, кто спит в тенях, и тогда мир станет нашим. Если ты будешь сопротивляться — то следующим станет твой сын. Он поможет нам довести начатое до конца.

После этого маг отвернулся и продолжил ритуал, последнее, что услышала Китти, как темный маг, занося кинжал высоко в воздух, громко произнес:

— Я призываю тьму! Я призываю забвение! — после чего воткнул кинжал в середину круга, а сознание Китти, словно подхваченное волной, вынесло в другое видение.

В этом видении Китти оказалась в другой комнате. Комната была вполне обычной, в ней стоял письменный стол, на котором в беспорядке лежали книги и тетради, стул, с небрежно свисающей с него одеждой. Рядом с кроватью, на которой, как поняла Китти, лежал обладатель этого сознания, стоял небольшой столик со склянками. Человек, глазами которого Китти видела происходящее, находился в полубредовом состоянии, отчего Китти видела все, словно сквозь густую пелену тумана. Хоть он и не подавал признаков, но Китти понимала, что он слышит то, о чем разговаривали женщина и мужчина, стоявшие возле большого окна комнаты.

— Мы уже оборвали все связи между ними, дело осталось за малым. — произнес мужчина. Его голос показался Китти знакомым.

— Вы не просто оборвали связи: вы к тому же выкачали из той девушки всю магию, а каналы перерубили слишком грубо. Я полагала, что вы сработаете тоньше.

— Ни один маг в королевстве не поймет, что произошло. На девушке стоит еще пара сюрпризов для любого, кто осмелится сломать нашу работу.

— Не проще ли было ее убить? Вы хотя бы избавили бедняжку от страданий. — раздраженно спросила женщина.

— Не проще. Мы убрали в зародыше то, что начинало проявляться, но оставили ее в живых, потому что крошечная связь между ними осталась. А это значит, что сквозь нее не сможет пробиться никто другой, пока она у них есть. Скажем, небольшой предохранитель от неприятных неожиданностей. И есть еще один человек, из-за которого мне бы не хотелось этого делать.

— Надеюсь, дальше будет проще. Мне неприятно во всем этом участвовать. Я маг крови, а не убийца. А то, что вы заставляете меня делать — идет вразрез с моей этикой и принципами.

— Вы знаете, что не можете отказать ни мне, ни королю. Вы тоже повязаны, мадам.

— И это моя самая большая ошибка в жизни.

— В любом случае, этой девушки рядом с ним больше не будет. А если она когда-нибудь появится и что-то пойдет не так — тогда можно будет обсудить вероятность ее случайной смерти.

Человек, в сознании которого находилась Китти, дернулся и столик со склянками, стоявший рядом с его кроватью, перевернулся, а в комнате раздался громкий, неприятный звук разбитого стекла. Китти выдернуло из этого видения и ее вновь перенесло в другое место.

Оно показалось Китти знакомым. Она здесь уже была. «Это же библиотека в школе магии!» — пронеслось в ее голове и Китти наконец-то начала ощущать, что может разделить свое и чужое сознание. Она сидела на полу среди стеллажей, в ночной рубашке и укрытая шалью, на коленях у нее лежала книга, а рядом стояла свеча. Внезапно в ее голове раздался голос:

«Вспоминай! Ты видишь ты, что никто не должен видеть. Ты здесь, потому что я позволил тебе это. Запомни! Запомни, что ты была частью всего этого».

В голове у Китти поплыли воспоминания: в ту ночь, уже после отъезда Лео, в свой последний год в школе, она пробралась ночью в библиотеку, пытаясь найти в книгах хоть что-то, что могло бы вернуть ей утерянные магические способности. В ту ночь перед экзаменом она сидела на полу библиотеки и листала книгу, ища ритуалы на возвращение способностей, но почему-то наткнулась на ритуал возвращения души. Она чуть слышно бормотала заклинание и тогда услышала этот голос. Но она не помнила о том, что он ей говорил.

«Теперь мы связаны. Ты видела то, что никогда не должна была видеть. Ты уже не сможешь быть прежней. Тебе придется пожертвовать частью себя и принять тьму, чтобы найти дорогу к свету. Но ты должна это сделать и принести освобождение. Выдержи все, через что ты будешь должна пройти. Помни об этом!».

— Выдержи! — последние слова были произнесены шепотом, словно кто-то наклонился к ее уху и тихо их произнес. А затем Китти увидела себя со стороны. Она лежала на постаменте, в кабинете короля, а рядом стояли двое мужчин и негромко переговаривались.

— Она слишком долго носила эту метку. И она проросла в ее душу. Ее существо сопротивляется.

— Но запечатления же не было. — сказал другой мужчина.

Король начал нашептывать заклинание. Его слова звучали на древнем языке, который неприятно резал слух. Китти закричала. Метка на ее коже начала трескаться, словно стекло, но вместо этого из трещин исторгались темные потоки энергии, обжигая кожу. Ее тело начало дергаться в судорогах. Постамент под ней задрожал, а свечи загорелись еще ярче.

Король взял ритуальный кинжал — Китти с изумлением поняла, что видела этот кинжал в своем видении, — и вонзил его в середину ее метки. В комнате раздался оглушительный крик — это закричала сама Китти, лежавшая в бессознательном состоянии. Метка на ее коже вспыхнула и разлетелась тлеющими осколками, а Китти почувствовала холод.

Затем наступила тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием короля, он задыхался.

Китти видела себя лежавшей на постаменте, без движения. На ее коже больше не было ни единого следа метки. Лицо ее было мертвенно бледным, а глаза закрыты.

— Она выжила? — раздался голос из тени, где стоял второй мужчина.

Король склонился над телом Китти, проверяя ее дыхание. Затем медленно поднялся.

— Нет. Оттуда не возвращаются. — и отвернулся.

— Надо избавиться от тела. — равнодушно произнес другой человек.

Китти потрясенно смотрела на все это, а потом ее начало засасывать темной воронкой, ее сознание стремительно понеслось вниз, уносимое темнотой и последнее, что она увидела, перед тем, как окончательно провалиться в темноту — лицо Лео и то, что он что-то беззвучно ей шептал. Затем все почернело.

Конец первой книги