Обратная сторона психосоматики. Почему мы болеем и как это изменить - Ведева Анастасия - Страница 2

Для того чтобы решать ситуации, которые нас не устраивают, например угрожающие выживанию, природа снабдила нас специальными механизмами. Если хищное животное напротив скалит зубы и недвусмысленно рычит, мы должны либо спастись бегством, либо вступить с ним в драку.

И для того, и для другого необходимы дополнительные силы и топливо. Энергию наши клетки умеют делать из сахара (углеводов) или из жира. Когда дело доходит до срочной драки или не менее срочного бегства, сахар предпочтительнее, поскольку процесс добычи энергии из сахара для клетки быстрее и проще. Кстати, именно поэтому стрессовые ситуации хочется закусить сладеньким.

Органы чувств снабжают мозг информацией: «Внимание, хищник!» Он запускает гормональный каскад, в результате которого клетки получают экстренную дозу сахара – то самое топливо, чтобы бежать или драться.

Какие еще процессы запускаются в теле под влиянием гормонов стресса? Учащается сердцебиение, улучшается кровообращение конечностей, замедляются процессы пищеварения. Все это полезно, если напротив нас настоящий голодный волк, однако приводит к изнашиванию многих систем организма, включая сосуды, мышечную и костную массу, иммунную систему, если волк рядом постоянно – в памяти или воображении.

Вернемся к недовольной домохозяйке. По протоколу природы гормоны стресса снабдят ее дополнительным количеством энергии для бегства или драки. И если она устроит скандал с битьем посуды и рукоприкладством, то есть физически выразит недовольство, то, возможно, обретет у соседей славу сварливой и склочной бабы, зато «топливо» израсходуется по назначению и не повредит ее здоровью.

Мысль «я все время за ними убираю» приводит к возникновению эмоции гнева и чувства несправедливости. Если женщина ради сохранения добрых отношений с мужем не устроит скандал, а переплавит злость в плохое настроение, которое затем как-то «само собой пройдет», энергия, услужливо предоставленная телом для драки или бегства, не найдет естественного выхода. Организму придется своими силами возвращать уровень сахара и прочих веществ в крови в норму.

Если у человека нет привычки отслеживать мысли и контролировать реакцию на них в виде бурных деструктивных эмоций, зато есть привычка сохранять покерфейс или даже натягивать на лицо улыбку, чтобы избежать конфликтов, со временем способность организма регулировать последствия бурных всплесков кортизола и глюкозы ухудшается, уровень веществ остается повышенным длительное время и оказывает токсичное действие на клетки и органы. Вы же знали, что глюкоза и кортизол в избытке токсичны?

Скорее всего, нашей домохозяйке регулярно приходится сталкиваться с ситуацией, где она, с одной стороны, видит себя обязанной мыть посуду после семейного ужина, а с другой – возмущена тем, что ей никто добровольно не помогает. И скорее всего, в ее жизни достаточно часто случается нечто похожее, где она недовольна, но открыто это не выражает, чтобы «сохранить лицо», просто потому, что характер миролюбивый. Зато, вероятнее всего, женщина склонна достаточно часто размышлять об этих ситуациях, каждый раз получая при этом неприятные эмоции.

И тут в повести наконец появляется тот самый волк, готовый нас сожрать, только не в реальности, а в воображении. Психике все равно, происходит стрессовая ситуация прямо сейчас или мы «просто» ее вспоминаем или выдумываем. Стрессовые гормоны вырабатываются в обоих случаях, а все перечисленные нами физиологические последствия никуда не деваются: все так же изнашиваются клетки, ткани и органы – от «простого» вспоминания стресса.

Привычка снова и снова мысленно переживать обстоятельства, которые вывели нас из себя, подбирая правильные слова или действия или обдумывая мщение, заставляет нас болеть. Ю. М. Орлов, российский и советский ученый, доктор психологических наук, назвал данный феномен патогенным мышлением.

Итак, мысль запускает эмоцию, эмоция запускает гормональный отклик, а гормоны и нейромедиаторы доставляют информацию о стрессе в соответствующие клетки-мишени. Так происходит каждый раз, когда мы испытываем реальный стресс, когда о нем вспоминаем или воображаем его.

Здесь внимательный читатель может возразить: хорошо, но тогда ЛЮБОЕ переживание и ЛЮБЫЕ негативные эмоции через всплески кортизола и глюкозы ведут к одним и тем же проблемам, в первую очередь – болезням сердечно-сосудистой системы. При этом неважно, испытываем мы гнев, страх, неудовлетворенность или другую эмоцию.

То есть сердечно-сосудистые истории могут быть психосоматикой. Однако этот механизм никак не объясняет возникновение других заболеваний. Тот самый всем известный пример про больное горло и невысказанность – разве и там есть связь с гормонами стресса?

Давайте разбираться.

Глава 2

Все болезни от стресса?

Что такое стресс?

В самых общих чертах мы уже обрисовали, как именно эмоции от стрессовых событий влияют на здоровье клеток и органов. Для ответа на вопрос, возникший в конце прошлой главы, предлагаю еще немного углубиться в физиологию.

Думаю, после прочтения этой главы вы окончательно убедитесь, что психосоматика – это не мошенничество и не магия, а слаженная работа человеческого организма. Но предупреждаю: сейчас речь пойдет про физиологические процессы, а это не самое легкое чтиво. Потребуется включить голову.

Более 100 лет назад, в 1907 году, в Вене в семье военного врача родился мальчик, которого назвали Ганс Хуго Бруно. Этот мальчик стал доктором медицины и химии, был номинирован на Нобелевскую премию и разработал теории, за которые его называли Эйнштейном медицины. Это был Ганс Селье.

Имя Ганса Селье в первую очередь связывают с понятием «стресс». Он первым обнаружил системный стереотипный ответ организма на воздействия внешней и внутренней среды – другими словами, стресс как реакцию тела на стрессоры.

Селье доказал, что стресс, как реакция на воздействие стрессоров, – это совместная работа нервной, эндокринной и иммунной систем.

Внимание, это очень важно! Когда мы понимаем, что эти три системы работают сообща, намного проще осознать принцип психосоматических реакций организма и отказаться от приравнивания психосоматики к магии и эзотерике.

Большое место в работах Селье отведено механизмам адаптации. Его гипотеза адаптационного синдрома гласит: стрессовый фактор запускает в теле выработанные в процессе эволюции механизмы адаптации, которые помогают восстановить гомеостаз и выжить. К ним обратимся чуть позже, и их понимание поможет нам разобраться, почему психосоматические реакции задевают те или иные органы в ответ на те или иные психологические переживания. Пока вернемся к выводам, сделанным Селье.

В зависимости от различной силы воздействия стрессоров на организм изменения в ответ на них также будут различными. В связи с этим Селье ввел понятия «эустресс» и «дистресс».

Эустресс – это полезный стресс, своего рода тренировка для организма, то самое, что нас не убивает и при этом делает сильнее. Он укрепляет адаптационные системы организма и поддерживает таким образом наше крепкое здоровье. Закаливания и адекватные спортивные занятия – самый простой пример.

Эустресс возникает, когда человек воспринимает свалившиеся на его голову трудности как вызов, а не как угрозу благополучию и существованию, то есть важно не что именно происходит, а как человек воспринимает происходящее. Это важнейший механизм в возникновении заболеваний с психосоматической точки зрения, поэтому мы к этому еще вернемся.

Дистресс – это интенсивные длительные травмирующие воздействия, которые приводят к истощению психики и тела. Результатом может стать выздоровление, но чаще всего дистресс приводит к возникновению хронических заболеваний или же к летальному исходу.

Селье заострил внимание медицинского сообщества и на том, что различные по своей природе болезни имеют, помимо специфических симптомов, множество одинаковых признаков: слабость, отсутствие аппетита, повышение температуры тела, апатия и другие. Как данный феномен трактуется в концепции психосоматики, мы подробно обсудим в главе «Что такое болезнь на самом деле».