"Фантастика 2024-175". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чейзер Артем - Страница 1216

— Не стреляйте!

— Льор, назад! — крикнул Брехт, скинув с плеча копье. Ловко пнул альпа по ногам, заставив опуститься на колени. — Куда?

Но тот подбежал ближе, буквально под выстрел, и улыбался уже оттуда:

— Брехт, это же эльф! Не видишь, что ли?

— Вижу, — отозвался орк. — Но что он тут делает?

— Ищет капитана Шайрьефа Белого Камня, — откликнулся Таннелор, наконечником стрелы указывая на коленопреклоненного заложника.

— Этого, что ли? — Брехт слегка толкнул альпа. — Говорил же я, что он важная птица!.. А зачем тебе этот… как его… Белый Камень?

— Не твое дело, темноволосый!

— Как раз мое! — воинственно заявил Брехт, делая шаг вперед. Шайрьеф невольно сжался — сейчас его жизнь висела на волоске. Он был готов умереть, эту готовность в воинов вдалбливали раньше, чем строевой устав, но не заложником! Это позор для Гнезда! — Я ищу кое-кого и надеюсь обменять его на этого, — он смерил пленника взглядом, — в общем, на него!

— Отпустите капитана, и я обещаю, что посодействую вам в поисках альпа! — сказал Таннелор.

— Он не альп! Он магри…

Рука эльфа дрогнула. Шайрьеф успел заметить, как дернулись пальцы на тетиве, и мысленно попрощался с жизнью, но стрела звонко звякнула о камень возле его ног.

— Магри?

— Да, магри по имени Каспар Каур, — промолвил Брехт. — Я следую за ним по пятам от самого Эвлара. Искал его в Рэллебоге и на Ледяных Островах, и там мне сказали, что…

— Достаточно!

Убрав лук, Тан одним прыжком оказался возле пришельцев.

— Каспар — мой друг, — просто сказал он. — И если ты, темноволосый, поклянешься мне…

— Я обещал его дочери, что отыщу ее отца, где бы он ни был, — помрачнел Брехт. — У меня нет и мысли причинить ему зло.

— У Каспара сейчас большие проблемы, — помолчав, произнес эльф. — Так что нам стоит поспешить.

Лэд Ретьорф осторожно пробирался по своей половине огромного замка, занимаемого Гнездом Изумрудного Льда. Встречавшиеся на пути слуги вздрагивали и с любопытством провожали его взглядами. Шила в мешке не утаишь — о болезни знатного альпа уже знали или догадывались все.

Нет, первые четыре дня все шло прекрасно: мальчишка-заложник молчал как рыба, ревностно исполняя обязанности сиделки, да и прежний лэд любил уединение, так что поначалу все спокойно отнеслись к тому, что Ретьорфа не видно и не слышно. Но потом кое-кто заметил, что врач-магри, который прежде тенью следовал за господином, теперь везде ходит в одиночестве. Тут-то все и открылось.

Он услышал знакомые легкие шаги и поспешил убраться с дороги. Неизвестно, в каком настроении милая сестричка Мьюнесс — после стычки в фехтовальном зале она и лже-магри не встречались. Ретьорфу всякий раз удавалось ускользнуть с ее пути, но сегодня удача от него отвернулась.

Они с Мьюнесс шагали навстречу друг другу по колоннаде, нависающей над большим залитым светом залом. Свернуть было некуда — разве что прыгнуть вниз, в зал, но с такой высоты это было чревато переломами. Ретьорф не знал возможностей тела магри и не хотел рисковать.

— Целитель, — чуть ли не пропела девушка, когда их разделяло несколько шагов, — а я тебя повсюду ищу. Следуй за мной!

— Госпожа, — Ретьорф попытался скопировать почтительную и вместе с тем спокойную манеру магри, — прошу простить, но у меня есть дело и…

— Тебя призывает Владычица Гнезда Изумрудного Льда, дражайшая и высокородная лэда Хильнесс! — отчеканила девушка, как бы невзначай разворачивая огненный бич. — Тебе оказана честь, мужчина!

Ретьорф подавил вздох. Если врачом заинтересовалась сама Подательница Жизни… Это может плохо кончиться. Но сопротивление только вызовет подозрения.

— Ведите, госпожа, — произнес он, — я следую за вами…

Мьюнесс фыркнула и, повернувшись на пятках, чеканным военным шагом двинулась в обратном направлении.

Дражайшая, Владычица Гнезда, Подательница Жизни — у женщины, которая занимала половину дворца, было много имен и титулов. Второе по значению Гнездо Ийеллилора пользовалось влиянием и силой. Когда-то — ни Ретьорфа, ни тем более Мьюнесс тогда еще не было на свете — именно Изумрудный Лед был правящим Гнездом. Тогда лэда Хильнесс была всего лишь второй дочерью, а наследницей Владычицы была ее старшая сестра. Она и сама Владычица были убиты в результате покушения, совершенного Гнездом Небесного Кружева. Уцелевшим «осколкам» Гнезда грозила смерть или судьба заложников, если бы в дело не вмешалось правящее ныне Гнездо Каменного Цветка. Оно уничтожило Небесное Кружево и утвердило свою власть. Гнездо Изумрудного Льда выжило, но утратило позиции.

Впрочем, глядя на женщину у окна, было понятно, что это — временное явление. Лэда Хильнесс жизнь положила на то, чтобы вернуть своему Гнезду власть. Она трижды брала в супруги нужных мужчин, обеспечивая себе политические связи. Двум старшим дочерям тоже подобрала кандидатов с учетом влияния их Гнезд.

Особые надежды Владычица Изумрудного Льда связывала с сыновьями, которых тоже можно было отдать в нужные и влиятельные Гнезда. Но ее первенец родился слабым и скончался вскоре после рождения. Второй сын, Ганьетт, трагически погиб накануне помолвки. Самый младший был еще ребенком. Оставался лишь Ретьорф.

Она ждала врача у окна, гордым взором глядя на башни и шпили обители Правителей, которая господствовала над городом, и не обернулась, услышав шаги.

— Вы хотели меня видеть, дра… госпожа? — Ретьорф мысленно обругал себя за забывчивость и уставился в пол.

— Ты врач. — Это был не вопрос, а констатация факта.

— Да, госпожа.

— Как себя чувствует мой сын?

— Лэд Ретьорф…

— Правду говорят, что он тяжело болен?

— Гос… — он вскинул глаза, — простите, но…

— Не оправдывайся. — Изумрудно-зеленые переливчатые глаза сверкнули. — Я все знаю. Лучше скажи, скоро он умрет?

— Госпожа, я делаю все возможное, чтобы…

— О да! — Она напряглась. — Делай! Делай все возможное, чтобы как можно скорее избавить мир от его присутствия!

— Госпожа, — Ретьорф отступил на шаг, почти прижимаясь спиной к дверям, — что вы такое говорите!

— Говорю что хочу! Надеюсь, ты не станешь отрицать, что мой сын не жилец на этом свете?

Что-то в ее тоне показалось знатному альпу подозрительным. Лишь когда женщина нетерпеливо прищурила глаза, его словно в живот ударили. Мать не скорбела о тяжелой болезни сына!

— О да, — медленно произнес он, кивая своим мыслям, — ваш сын не жилец… Но долг велит…

— Я сама знаю, что велит тебе долг, магри! — перебила женщина. — Ты ведь из этой расы, не так ли?

Всякий другой запаниковал бы, почуяв в ее словах подвох, но только не Ретьорф. Конечно, он был потрясен словами матери, но не настолько, чтобы перестать себя контролировать. В мире, где он вырос, никто никогда не говорил никому всей правды. Он приучился лгать, изворачиваться, выкручиваться и получать информацию из малейших намеков даже раньше, чем ему вручили детский тренировочный меч. И сейчас знатный альп даже приободрился: играть роль, находясь в чужом теле, было довольно легко и приятно.

— Да, госпожа, я магри. Но я не понимаю… Всю жизнь я был врачом, целителем. Я спасал жизни, помогал людям…

— Людям, — усмехнулась лэда Хильнесс, — но не альпам!

— Простите… — Он в самом деле еще ничего не понимал, и это, как ни странно, усилило его позиции.

— Вот как? — Владычица Гнезда усмехнулась. — Ты — магри и не знаешь, чем славится твоя раса?

— Откуда? — Он позволил себе усмешку. — Мы, магри, ныне находимся в таком положении…

— О да, целитель, тут ты прав! Мне стоило огромного труда вообще отыскать о вас сведения. Люди на всех углах трубили о том, что стерли вашу расу с лица земли. Они боялись вас… Не догадываешься почему?

Ретьорф понял, что его загоняют в угол. Любое неосторожное слово могло возбудить подозрения лэды Хильнесс.

— Люди знали о вас кое-что! — По счастью, она не нуждалась в его словах. — Они знали, что вы — раса прирожденных убийц. Вы способны убивать, не прикасаясь к жертве и не предпринимая для этого никаких особых усилий. Вы можете вытягивать из других существ жизненную силу… Ты удивлен?