Княжеская ворожея (СИ) - Перес Анна - Страница 44

— А что с Татьяной?

Ярослав негодующе посмотрел на неё.

— После того, как я её спасла… Мне кажется её это напугало, а ещё то, что произошло на ореховке.

— Ей ещё привыкать и привыкать к Ревмире, к здешнем людям и их нравам.

— Так она станет княгиней?

— Да.

— И ты продолжишь лезть к другим бабам?

Ярослав искренне удивился, а потом рассмеялся.

— Татьяна у меня вызывает тёплые чувства.

— Ты её любишь? — с видимым сомнением спросила Мелена.

— Может смогу когда-нибудь и полюбить.

— Что тебе в ней не нравится? Спокойная, рассудительная, много всего знает, а ещё добрая. И верная, а ещё нежная.

— А ещё не живая.

Мелена не поняла слов князя и ждала объяснений. Он продолжил:

— Вот ты такая весёлая, игривая, умеешь и злиться, и смеяться — одним словом живая! А она вечно подавляет это в себе. И гнев, и печаль, и боль — проглотит с прямым лицом, да и всё.

С этими словами Мелена не могла не согласится. Затем, не дав поговорить ещё, к ним подошёл Данияр.

— Ярик, не донимай Мелену. Ей предстоит ещё долгая дорога.

Мелене слова Данияра не понравились, но она не успела что-либо ответить. Князь широко улыбнулся и хитро прищурился, приобнял её и сказал:

— Мелена и не против моей компании, не так ли?

— Твоё обычное дело — думать за других, — сказал твёрдо Данияр, — но у тебя есть уже невеста, так что хватит смотреть на других девиц.

Мелена вырвалась из объятий Ярослава. И спросила первое, что появилось не уме дабы прекратить притирку мужчин.

— Мы сегодня выдвигаемся?

— Да.

— Мелена, если ты не хочешь с ним никуда отправляться, то можешь этого не делать, — произнёс неожиданно серьёзно Ярослав.

Мелена с негодованием поглядела на него, затем на Данияра. Он насупился, чёрные глаза зло блестели. Может сейчас гадость ему сказать, да сильнее разозлить? Мелена этой идеи улыбнулась и сказала:

— Всё же я лишила Данияра Сирин, поэтому должна помочь кого другого изловить.

Слова её удивили братьев. Мелена не добавила, что не доверяет Данияру. Что боится, что тот и другим причинит боль. Поймает ни в чём неповинных созданий, да свяжет и в клетку посадит. А если она будет рядом, то сможет остановить, если понадобиться помочь и встать против Данияра. Однако в ней оставалась не только обида, но и жгучая злость, залёгшая где-то в глотке. От неё хотелось избавиться. И Мелене казалось, что только месть поможет. Боялась, что попади они в беду, то бросит княжича без сожалений.

— Не волнуйся ты так, я верну тебе твою ведьму целёхонькой!

Ярослав, насупившись, вновь поглядел на Мелену. Той было неприятно слышать, как о ней же говорят, словно она не человек, а вещь, переходящая из рук в руки. Но молча кивнула, будто уверяя, что все в порядке.

Направилась к конюшне и выбрала белую кобылу.

— Хороший выбор, — произнёс старик, что учил мальчишек. — Покладистая, самое то для первого раза.

— Первого раза?

— Да по вам сразу видно, что верхом не ездили. У меня на такие вещи глаз намётан.

Мелена усмехнулась.

— Хороший глаз.

Старик начал объяснять, как правильно сесть на коня и удержаться в седле. Мелена старалась внимательно слушать. Краем глаза заметила, как Данияр подошёл к своему чёрного жеребцу и лёгким движением залез на него, перекинув ногу.

— Ты сама залезь на него сможешь? — спросил Ярослав.

Мелене хотелось так же ловко взобраться на лошадь, но она понимала, что так же не получится. Данияр с самых малых лет сидел в седле, а она лишь второй раз верхом. И то первый был с Ярославом, который сам всё сделал.

— Справлюсь.

И в стороне заметила Татьяну. Та осторожно выглядывала из-за угла терема. Мелена выжидающе глянула прямо на императрицу. И что у неё в голове? Зачем пришла, если не собирается подходить?

Пару мгновений или больше Мелена ждала, но поняв, что зря, рассердилась. И отвернувшись дабы сесть на кобылу, услышала:

— Мелена, постой!

Она тут же развернулась и увидела, как Татьяна мягкой поступью направилась в её сторону. Мелена посмотрела на Ярослава и Данияра. Князь увлёк младшего брата беседой. И Мелена спокойно пошла к Татьяне. Они немного отошли от собравшихся. Были слышны шелест листьев и звук бьющегося сердца в груди. Что сказать? Или может подождать, когда Татьяна начнёт?

— Я слышала, что ты отправляешься в путь с Данияром. И принесла тебе тёплых вещей. Ведь непонятно, как долго вы будите в пути, а там уже и осень с холодом придут.

И замолкла. Мелена ожидала, не зная, самой что-то сказать или промолчать. Может Татьяна что-то добавит? Но нет. Они так и стояли, прислушиваясь к игре ветра и кажущимся тихими разговоры людей. Мелена выдохнула и спросила:

— И это всё, что ты хотела сказать? Могла тогда и не приходить!

Мелена отвернулась злясь. Она не понимала, почему гневается. Предательство Чернавы не вызывало подобных чувств. А вот явный жест заботы от императрицы — злил.

— Мелена… Я сожалею о том, что сторонилась тебя, но выслушай меня.

Мелена выдохнула развернувшись. Одного взгляда на Татьяну хватило, чтоб пыл злости угас. Та действительно сожалела, от этого было горько и приятно. Мелена думала, что понимала Татьяну. И теперь та решила с ней поговорить. Первая пришла к ней. Добровольно. Может и правда она в ней видела приятельницу. Мелена надеялась, но боялась ошибиться. Боялась, что снова ей сделают больно.

— Я испугалась, — произнесла тихо Татьяна и, казалось, что та и вовсе заплачет.

— Меня?

— Я думала, что тобой овладел демон в тот вечер.

— Никто мной не овладевал! — раздражённо произнесла Мелена. — Я сама решила прийти к тебе и спасти!

— Ты чуть не убила того мужчину.

— И что с того? Он чуть не убил тебя? Хочешь сказать, что лучше позволь я ему это сделать?

Татьяна открыла рот, но ничего не произнесла. Пару мгновений они разделили молча. Злость не проходила, она ожидала следующих слов, момента, когда сможет вновь напасть.

— Меня воспитывали воспринимать убийство как грех. Мама прививала мне любовь к людям… И что нельзя так просто лишать кого-то жизни. И я в это верю.

— Так просто? Ты и правда другая, — раздражённо выдохнула Мелена, — зарезать свинью или петуха — это в порядке вещей. Убить медведя или волка, что напал тоже. И мало чем будет отличаться убийство преступника от животного. Свинью хоть съесть можно будет.

— Мелена…

— Татьяна! Это единственное, что ты хотела мне сказать?

— Прости меня, — тихо произнесла она, — я говорила о дружбе, а сама при первом испытание убежала от тебя.

Татьяна взяла руки Мелены в свои. По плечам и спине прошлись мурашки. Скорее всего, из-за ветра, думала Мелена, глядя на сплетённые пальцы.

— И когда узнала, что ты в темнице, я к тебе не пришла, хоть и хотела, но боялась.

— Что я попытаюсь там кого-то убить? В темницы тоже преступники, меж прочим.

— Нет, — горько усмехнулась Татьяна, — я боялась, что ты не простишь меня.

— Для правительницы ты слишком мягкотелая, — прямо ответила Мелена.

— Или может Ревмира слишком жестока.

И они вдвоём улыбнулись. Может зря Мелена не слушала Татьяну, когда та начинала говорить о своей вере? Может лучше бы понимала императрицу?

Спустя пару мгновений тишины послышался шелест листьев в стороне, Мелена с Татьяной повернулись на звук. Зелёные кусты зашевелились и выплюнули Харину.

— Я тебя нашла!

Харина заметила Татьяну и радость на лице сменилась хмуростью.

— Чернава сказала, что ты сегодня уходишь с Данияром. Это правда?

— Да.

— Хорошо, что я успела. Я не хотела тебя отпускать, не попрощавшись! Мы же подруги, помнишь? И как подруга я тебе хочу в дальний путь отдать их.

Харина протянула свёрток. Внутри была пара тёплых и высоких сапог изумрудного цвета с красивой вышивкой и внутренней шерстяной прокладкой. Мелена улыбнулась такому может и простому, но нужному подарку. И тому, что он был искренним. О нём не просили, Мелена ничего не сделала, чтоб в плату его взять. Это была идея самой Харины. И она тронула за нужную струну души одинокой ведьмы.