Княжеская ворожея (СИ) - Перес Анна - Страница 25

Мелена перевела взгляд от столов в зал. Множество людей в разной одежде разделились на группки, болтали и перебрасывались улыбками и смешками. Шум слегка перекрывала легкая мелодия на гуслях. В дальнем углу стояли музыканты.

Помотав ещё головой, Мелена увидела Ярослава. Тот широко и добродушно улыбался гостям. Его золотые волосы струились по плечам, на кончиках завиваясь в милые кудряшки. Одет был, как ни странно, ни в красный, величественный цвет, а в светло-синий кафтан с золотыми вышивками и вставками на воротнике и краях рукавов. Сверху накидка в тон с мехом, длинные рукава доставали почти до пола. Простой кожаный пояс, под кафтаном виднелись тёмные штаны и простые чоботы.

Вдруг Мелена поймала взгляд Ярослава, тот хитро улыбнулся только уголками губ и тут же отвернулся, приветствуя других гостей. Мелена не успела нагнать страха в голову, как заметила рядом стоящую императрицу.

Такую хрупкую и нежную на вид в точь снежинку, что в стенах дворца вот-вот начнёт таять. Татьяна смиренно стояла в небесно-голубом платье на вид тяжёлом. С высокого ворота и оплечий по двойным рукавам, с груди и дальше вниз, словно золотым инеем спускался нежный узор. Волосы прибраны, да спрятаны под кикой с белоснежным платком. Височные кольца обрамляли лицо. Татьяна болезненно бледная подобно лебедю с тёмными кругами под глазами, будто и не спавшая прошлую ночь. Мелену неприятно кольнуло то, что она то сама спала хорошо после случившегося. Подойти не решалась, боясь вновь напугать.

Повернув голову, начала вглядываться, искать остальных знакомых.

Светлана, словно и не наряжалась. Каждый раз, когда Мелена видела блондинку, то та всегда выглядела, как на праздник наряженная. Блестящие волосы убраны в две косы до округлых бёдер. Платье бело-красное со сложными узорами, украшенное камнями. Поверх ворота множество бус, а может это была часть наряда. Мелена не знала. Пояс золотой с алыми камушками подчёркивал недурные изгибы фигуры.

Поблизости стоял какой-то мужчина белокурый с седыми прядками, чем-то схожий лицом на саму Светлану. Неужели её отец? А где же Григорий?

Его нигде не было видно, а вот среди девиц, как в малиннике, стоял Илья, как ясно-солнышко, в расписном светло-песочном кафтане, зеленоватых штанах и ярко-алых чоботах. Он улыбался гостям, смеялся перезвоном колокольчиков. А чуть поодаль стояла Харина, бросая несмелые взгляды на молодого княжича. Боярская дочка сияла подобно белой кувшинке на зелёном листке в лунном свете. Она стояла в изумрудном платье, украшенном блестящими камнями. Золотые и серебряные дорожки узоров тянулись по подолу, по рукавам и от ворота до края юбки. На руках сверкали тонкие золотые браслеты, лицо обрамляли серебряные кольца с изумрудами. Рыжие волосы убраны были в круглый колосок, украшенный белыми и зелёными лентами. А за спиной той тенью стояли безмолвно стражники.

Мелена за всё время лишь сдружилась с Татьяной, да с Чернавой. Первая боялась её, а вторая пропала непонятно куда. И что ей делать? Больше то она никого здесь не знала. Кинув взгляд на стол, решила присесть в самый уголок. Хотя бы вкусно поест.

Она рассматривала угощения, придирчиво выбирала, да только ничего не положила. Аппетита не было. Тень случившегося нависала над ней, заставляя тревожиться. Подняв от стола лицо, заметила Данияра.

Тот стоял поодаль в тёмном кафтане, очень простом на вид. Не похожий на радушного Ярослава или лучезарного Илью, да и на других гостей. Те, как пёстрые птицы, в точь синицы, иволги или зяблики, а этот словно ворон. Будто не знал, куда или к кому прибиться. Да и к кому? Он словно чужой стоял здесь. Мелену кольнуло в груди. Ведь она могла понять его, чувство отрешённости и одиночества среди людей, но ей не хотелось. Ещё и к этому привяжется, а потом уходить и вовсе не захочется.

Данияр словно почувствовал взгляд, поймал его. Мелена глядела в тёмные глаза с гордо поднятой головой, обманывая. Пусть знает, что она его не боится. А может пусть поверит, что ей нечего терять? Он лишь слегка насупил брови, да спустя мгновение отвёл взгляд. Мелена выдохнула.

В какой-то момент желудок больно сжало и Мелена, поняв своё тело, положила на тарелку еды. Старалась не думать, не замечать взгляды Данияра и Ярослава.

Она понимала, в какую передрягу попала. Это ведь не деревенские мужики. У этих власть и сила, почти такая же как у неё, у сильной ведьмы, но иного рода. И она боялась признать, что могла быть слабее их. От этой мысли становилось горько. А ведь она когда-то так хвалилась своим даром и бесстрашием. Гордилась тем, что сильнее обычных смертных, не такая, как они. Да в итоге?

От мыслей отвлекла гостья. К ней присела пожилая дама, Мелена сразу поняла, что это старая боярыня. Лицо в форме вишни, круглое. Множество тонюсеньких морщин вокруг глаз, носа и губ появлялось, когда та улыбалась. Сама же улыбка беличья, почти зубов нет, лишь первые два. Одета она была хорошо, дорого, но скромно. Седые волосы прикрывала кика с платком. Лишь карие глаза блестели, как у молодой.

Глядя на старую боярыню, Мелена задумалась о старости. Раньше о подобном не переживала. Годы шли, а она вместе с Ягой не старела, но теперь всё изменилось. Она сама когда-нибудь тоже постареет, а потом и вовсе умрёт. Мелена вздрогнула, вспомнив встречу с Мореной. А какого было Яге? Мелена об этом не задумывалась ни разу. Винила и ругала наставницу, но не пыталась понять. Неужели Яга чувствовала, что её время пришло? Но всё равно, если чувствовала, если начала готовить Мелену, то почему только в последние мгновения сказала? Злость вновь подступила к груди.

— Неужто это ты, дева лесная?

Мелена удивлённо посмотрела на старую. А как та про неё узнала? Даже в таком большом городе, как Устин, так быстро слухи разносятся? Хотя чего удивительного, ведь люди везде одинаковые.

— А вы уже наслышаны обо мне? — лукаво улыбнулась Мелена, стараясь успокоится.

Ответ или может сам вид Мелены боярыне понравился, та растянула тонкие губы в улыбку. А глаза то блестели ярче, словно их обладательница вновь вспоминал вкус детских шалостей.

— Разумеется, — ответила она, отпив немного вина.

Мелена отвернулась, вновь поймав на себе взгляд Данияра, повернув головой, уже Ярослав на неё глядел. Она направила взор в сторону Ильи. И лишь он на неё не глядел. Мелена выдохнула. Неужели Татьяна всё же им рассказала про ночь? Но если те узнали, что она ведьма, то почему ничего не предприняли? Хотят в свои интриги вплести?

— Твой взгляд переменчив, словно белка, прыгающая с ветки на ветку, — с коротким смешком заговорила старая боярыня.

Немного помолчала и снова открыла рот:

— Князь то наш гордый, воин он по природе, не привык отступать. И даже сейчас.

— Про что вы? — не понимала Мелена, но надеялась, что не про неё.

— А второй, тот, что тёмный, — она усмехнулась, продолжив, — упрямый, как баран. Если чего захочет, то непременно получит. Лишь Илюша, младшенький, как ясно-солнышко. Простой и добрый.

Мелена не успела спросить, к чему старая начала про княжичей говорить, как та по новой начала:

— Славные они. Я помнила их матушку, хорошая она была. Верная, чтобы кто не говорил… Чувствую, что сама Мокошь тебя привела сюда во дворец.

— О чем вы? — Мелена нахмурилась.

Почему казалось, что старуха знала больше, чем со стороны выглядела. А вдруг это ведунья? Но спросить не успела, та снова заговорила, но тише:

— Мир такая хрупкая штука, особенно когда держится на плечах не тех людей. На тех, кто власти хочет, да побольше.

— И почему вы мне всё это говорите?

— Ты ведь не просто так сюда пришла, — ответила старая, странно глядя на Мелену.

В карих глазах блестело нечто непонятное, но притягательное и одновременно пугающее. Вопросы рождались один за другим, но Мелена не смела их задать. Кто же перед ней сидел?

Вдруг музыка зазвучала громче, а голоса поутихли. Дудочки и гусли унесли людей в пляс, звонкий голос певца еле слышался. Он исполнял задорно и нараспев: