Маяк во тьме (ЛП) - Киши Юсукэ - Страница 16

Он был невиновен. Его родителей убили бакэ-недзуми, а потом крысы вырастили его и приказали убивать. Он считал себя бакэ-недзуми, так что не удивлялся, не испытывал угрызений совести. Для него люди были дьяволами, поработившими их, и он мог убить их по своей прихоти.

И не только это. Он не мог пойти против бакэ-недзуми из-за запрета на атаку и отдачи от смерти. Но бакэ-недзуми могли наказывать его, сколько хотели.

Он был их рабом.

Что за жизнь у него была? Сердце болело от мысли, как с ним обходились после смерти Марии и Мамору.

И что произойдет, если мы умрем тут?

Выжившие в городах убегут, чтобы их не убили. С ребенком Якомару сможет отбивать атаки других районов. За десять лет все похищенные им младенцы смогут использовать проклятую силу. И тогда бакэ-недзуми завоюют Японию.

Не было времени думать о другом плане. Я должна была сделать это.

Томико пришла бы к такому же заключению.

— Саки, — Сатору поднял голову. — Ты сказала, что то, что ты сделала с бесом, сработает лишь раз, да?

— Да, — я кивнула. — Нужно знать, где находится враг.

Мы тихо прошли к главному туннелю, замерли в четырех метрах от места, где недавно прошел он.

В туннеле было тихо.

От моего жеста Сатору создал зеркальце из пара в воздухе, медленно двигал его, пока мы не увидели врага.

Вот. Мы увидели их, и Сатору убрал зеркальце, а мы отступили в узкий туннель.

Хотя я видела его лишь миг, я поняла, где именно были все. В мелком туннеле в двадцати метрах от нас была в засаде группа солдат. А в пяти метрах за ними был ребенок.

— Бес… он шел не только к Якомару. Они устроили ловушку, — шепнул Сатору. — Если попытаемся бежать туда, нам конец.

— Поставить солдат перед бесом — хорошая идея, — добавил Киромару. — Я не смогу пробить их группу: солдаты окружат меня. А, стоит вам появиться за мной, бес сможет напасть.

— Ты видел Якомару?

— Нет… он прячется за ними, скорее всего.

Я ожидала, что бес… ребенок будет защищен бакэ-недзуми. Хорошо, что Якомару не было спереди. Победу мог определить лишь миг. Будь там Якомару, он понял бы наш план и вмешался бы. Но он был сзади. Он не успеет.

Якомару редко так ошибался. Его уверенность в «бесе» сделала его беспечным.

Нам нужно было воспользоваться этим, пока он не заметил.

И Киромару будет нашим козырем.

— Я должна тебя кое о чем попросить, — сказала я.

— Я сделаю все, что в моих силах… это стратегия, как их одолеть?

Я объяснила план.

Киромару был потрясен, на время лишился дара речи.

— Это возможно…? Как ты до этого додумалась? — потрясенно спросил Сатору.

— Шун сказал мне.

— Шун? Кто… ох! — похоже, его воспоминания вернулись.

Киромару вдруг улыбнулся.

— Чудесно. Ты — первоклассный стратег… я думал, у нас нет шансов. А решение такое простое.

— Ты сделаешь это?

— Конечно. Проблема — как спрятать мой запах. Ветер дует так, что солдаты учуют меня за версту.

— Точно…

Я огляделась и увидела ручей воды на стене туннеля. Дождь падал сильнее, чем до этого, так что мы не лишимся воды.

Киромару тщательно смыл с себя грязь. Сатору разделся.

— Лучше бы у нас было гуано, но и это должно сработать, — Киромару обнюхивал себя.

— Этого мало. Сатору, ты можешь изменить направление ветра? Хоть на пару секунд.

Он скривился.

— Мне нужно при этом сделать зеркало, но если на пару секунд, то я справлюсь, — он слабо улыбнулся. — Шун легко использовал бы две техники одновременно… если выберемся, я хочу послушать, что ты помнишь о нем.

— Хорошо.

Сатору хотел что-то сказать, но не стал.

Киромару было сложно с одеждой Сатору, и мы помогли ему. Их тела были разными, так что одежда не села хорошо, но мы смогли все надеть. Оставалось прикрыть его лицо.

— О, можно использовать это, — Сатору снял с руки кровавый бинт.

Без бинта рана снова кровоточила, но не выглядела серьезно.

— Это поможет обмануть их. Бес подумает, что твое лицо пострадало при взрыве психобастера.

Киромару обмотал бинтом голову.

— Теперь мы готовы. Но, пока мы не ушли, я могу у вас кое-что попросить? — вежливо спросил Киромару, выглядя как живая мумия.

— Мы постараемся помочь.

— Когда все кончится, все в деревне будут просить полного уничтожения бакэ-недзуми. Но, прошу, пощадите королеву колонии Шершня. Она — жизнь и надежда каждого члена нашей колонии… она — наша мама.

— Хорошо. Это я могу пообещать.

— Я обещаю. Что бы ни случилось, я не позволю убить вашу королеву. И вашу колонию восстановят.

Хоть его лицо скрывали бинты, я ощущала, что Киромару улыбался.

— Теперь у меня есть ваше слово, и я уже не должен сдерживаться. Я хочу разорвать этого ублюдка с дикими заблуждениями на клочки.

Мы добрались до главного туннеля.

— Как и решили до этого, я буду считать до десяти. Начнем с нуля. Я буду считать по секундам. На один Сатору остановит ветер. На два, три, четыре он изменит направление ветра и создаст зеркала. На пять, шесть, семь я нападу. И мы побежим на восемь…

— Хорошо.

— Понятно.

Я глубоко вдохнула.

Все решится за минуту. От этой мысли ноги ослабели. Я уже так долго прожила, что думала, что буду храбрее в этот миг, но я все равно была в ужасе.

Я могу умереть.

Я так много хотела сделать. Я не могла вынести мысль, что пропаду, и тело сгниет в земле.

Я не этого боялась.

Я боялась, что умру напрасно. Что не смогу остановить беса и погибну без результата. Что на грани смерти я услышу фанфары в честь победы Якомару, и смогу лишь извиниться перед людьми за свое поражение.

Моя голова кружилась, во рту пересохло от нервов.

Успокойся. Думай о том, что нужно сделать.

Я пыталась успокоиться.

— Готовы? Десять, девять, восемь, семь…

Мое сердце забилось быстрее, пока я считала, тело напряглось, готовясь к бою.

— Три, два, один, ноль.

Ветер вдруг ослабел. Сатору создал стену на дальней стороне туннеля, остановив ветер. Он создал перед стеной вакуум.

— Раз.

Зеркало появилось в воздухе.

— Два, три, четыре.

Сатору занялся воздухом. Направление ветра изменилось, когда он отправил ветер в вакуум. Я его едва ощущала, но пылинки стали двигаться в другую сторону. Зеркало медленно крутилось, показало солдат справа от нас.

Я выбрала одного из солдат. Его смерть должна быть зрелищной. Я не могла тихо сломать ему шею. Я тихо произнесла мантру.

— Пять.

Голова солдата взорвалась с брызгами крови.

— Шесть.

Остальные солдаты стали испуганно стрелять из ружей. Они не слышали, как Якомару приказывал им прекратить. Как только аркебузы выстреливали, их нужно было перезарядить.

— Семь.

Стрельба прекратилась. Я выбрала двух бакэ-недзуми и ударила их об потолок. Камни, кровь и плоть посыпались на них. Осталось три солдата. Один повернулся и побежал, другие — следом.

— Восемь!

Киромару вылетел из туннеля, а я — за ним.

Он выглядел неуклюже, но был высоким бакэ-недзуми, и было сложно отличить его от человека, пока он бежал на задних лапах по темному туннелю.

Я смотрела поверх плеча Киромару, заметила фигурку впереди. Она была с рыжими волосами. Ребенок смотрел на нас с открытой ненавистью.

Киромару хорошо изображал человека. Он мог превзойти Инуи, играющего бакэ-недзуми. Он бежал, делал вид, что использовал проклятую силу, направляя руки на убегающих солдат.

Я тут же ударила по голове одного из солдат. Запах крови в узком туннеле мешал дышать.

Бес… вой ребенка был скорее звериным, чем человеческим.

Киромару вдруг застыл, словно врезался в стену.

Дыра, что вдруг появилась в его теле, была такой большой, что я могла видеть сквозь нее. Кровь окатила меня с головы до ног, кишки Киромару вылетели в воздух и шлепнулись с громким хлюпаньем.

Ребенок понял, что что-то не так, прекратил колдовать и смотрел на Киромару.