"Военные приключения-3. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Мартелли Джордж - Страница 1028

Кремер на секунду закрыл глаза. Сейчас грузовики минуют этот участок и снова поднимутся в горы. И никто уже не остановит их. А уже сегодня вечером приземлятся американские самолеты и…

Заскрипел зубами и едва не застонал от отчаяния. А что…

— Остановить машину! — приказал шоферу. Тот послушно затормозил, посмотрел вопросительно. — Посмотрите, не отстал ли кто?…

Когда эсэсовец выпрыгнул из кабины, Кремер засунул руку под щиток и оборвал провода. Быстро затолкал во внутренний карман пальто две автоматные обоймы.

Водитель вернулся.

— Все в порядке, можно трогаться.

Карл только кивнул. Отвернулся к окну, стараясь сдержать бешено колотящееся сердце. И, как всегда, отдает в виски: стук… стук… стук…

Слышал, как шофер тихонько ругается, нажимая на стартер.

— Что-то не заводится… Минутку…

Хлопнул дверцей, полез в мотор. Карл выпрыгнул, остановился рядом. Шофер копался в проводах, проверяя зажигание. Подошел шофер второй машины, из «мерседеса» вышел Вайганг, направляясь к ним. Карл взял из кабины автомат.

— Пойду посмотрю дорогу… — пояснил Вайгангу, — да и разомнусь немного, вы догоните меня…

Не ожидая ответа, пошел вперед — по самому краю дороги, над речкой. Шел медленно, немного прихрамывая. Вайганг крикнул ему что-то, но Карл лишь оглянулся и махнул рукой, мол, за поворотом подожду. Все время краем глаза следил, видна ли еще передняя машина, и, как только убедился, что его уже не видят, побежал.

Дорога жалась к горе еще километр. Кремер пробежал с сотню метров, внимательно осматриваясь вокруг. Наконец, кажется, нашел, что хотел. Там, где отвесная стена не так круто нависла над дорогой, вскарабкался на четырехметровую высоту, где за скалы вцепились корнями две ели. За вторым деревом, которое росло повыше, небольшая ямка, вернее, просто углубление между корнями…

Карл сбросил пальто, чтобы не мешало двигаться. Разгреб хвою и втиснулся в ложбину, выставив ствол автомата. Рядом положил запасные обоймы. Позиция оказалась более или менее удобной. Не то что окоп, но голову за ствол можно спрятать. Главное — дорога, как на ладони, и проехать они могут только под ним.

Взял на мушку камень сразу за поворотом, прижался щекой к автомату и, казалось, перестал дышать. Вот теперь он сделал все, что мог, и осталось лишь ждать. Может, удастся задержать их до подхода Ветрова, может, так и не дождется… Все равно будет вести бой, пока хватит патронов в обоймах или просто до последнего вздоха.

Почему-то раньше это выражение казалось Карлу несколько высокопарным и избитым. А сейчас он подумал именно так — до последнего дыхания — и не нашел в нем ничего высокопарного; да, он будет стрелять, пока будет видеть врагов и пока руки смогут держать оружие.

Словно в ответ его мыслям, за поворотом заревел мотор, и почти одновременно на дороге появились три черные фигуры. Постояли немного, озираясь, и пошли дальше, выставив вперед автоматы.

Кремер притаился. Пускай те, внизу, идут. Главное, чтобы выехал грузовик. Он возьмет шофера на мушку, машина загородит дорогу, и тогда они не пробьются. Пока есть патроны…

Автомобиль медленно показался из-за скалы. Карл не торопился. Когда грузовик подъехал поближе, послал очередь. Машину повело вправо. Она уткнулась буфером в стену, чуть было не перевернувшись. Те, что шли впереди нее, побежали назад. Карл поймал на мушку черные фигуры, застрочил. Один эсэсовец упал, а другие успели спрятаться за грузовик. Почти сразу же оттуда резанули из пулемета. Пули расщепили ствол ели, на голову Карлу посыпались сухая хвоя, щепки. Он припал лицом к земле. Краем глаза следил за дорогой. Эсэсовцы подтащили еще один пулемет и открыли беспорядочный огонь из автоматов. Пули срезали веточки на елях, поднимали земляные фонтанчики перед самым носом Карла, щелкали по стволам. Кремер не шевелился, поняв их тактику: прижать его к земле и попробовать прорваться машиной. И действительно, дверца кабины с противоположной стороны открылась, эсэсовец, пригнувшись, пробирался в кабину. Карл открыл огонь. Не знал, попал ли — видел только, как разлетелось ветровое стекло. Наверное, попал, потому что никто больше не пробовал пролезть к рулю. Карл переждал несколько секунд и пустил короткую очередь по шине. Грузовик осел на диск и окончательно загородил дорогу.

На минуту стрельба затихла. Очевидно, советовались. Потом пулеметы застрочили с удвоенной яростью. Под самой стеной показались эсэсовцы. Карл скосил первых двух, но остальные бежали вперед, падали и бежали. Еще один упал… Эсэсовцы не выдержали, скатились с дороги, залегли за валунами на берегу.

Теперь они были защищены крутым берегом и могли вести прицельную стрельбу по Кремеру совсем с другого направления.

Карл почувствовал это сразу. Только он поднял автомат, как ударила очередь от берега. Обожгло предплечье. Рука быстро немела, пальцы плохо слушались, и все же Карл попал еще в одного эсэсовца, который пытался обойти его с тыла. Пощупал рукав — ладонь стала красной от крови. Повернулся, чтобы перевязать рану, но по стволу зацокали пули над самым ухом.

Кремер осторожно отодвинулся на дно ложбинки. Теперь — конец. Взглянул на край неба, который уже розовел, и, прикусив от боли губу, осторожно поднял голову. Какой-то нахал в черном снова бежал через дорогу — Карл дал длинную очередь и не попал. Подкосил эсэсовца лишь тогда, когда тот был метрах в десяти — успел увидеть искаженное лицо.

Эсэсовец лежал посреди дороги, царапая землю пальцами, и Карл смотрел на его руки, узловатые пальцы с обломанными ногтями. Странно было их видеть под обшлагами черного мундира.

Кремер не сразу заметил, что пули уже не свистят над ним, не цокают по скале, не щелкают по стволам. Удивленно посмотрел на берег: три одинокие фигуры, бросив оружие, подняли руки. А сверху над Карлом кто-то бил из пулемета.

«Ветров», — подумал Кремер. Хотел подняться, но зацепился плечом за ель. Острая боль пронзила все тело, мозг, колени подкосились — упал неловко, головой вниз и покатился по крутому склону.

Первое, что увидел, очнувшись, — серые внимательные глаза, которые с интересом смотрели на него. Карл перевел взгляд выше — яркая пятиконечная звездочка на пилотке! Сразу все сообразил и засмеялся счастливо.

Серые глаза пропали куда-то, и над Карлом склонился Ветров. Юрий смотрел сочувственно.

— Как? — прошептал Кремер.

— Успели… — понял его Ветров.

Карл, не обращая внимания на боль в руке, встал. Оперся на Юрия. Рядом ребята в маскхалатах меняли колесо грузовика. Немного дальше, за «мерседесом», стояла кучка солдат и гражданских в окружении людей с автоматами.

— Фон Вайганг? — хрипло спросил Кремер.

Ветров кивнул в сторону пленных.

— Там…

Карл, опираясь на руку Юрия, двинулся к «мерседесу». Потом он никогда не мог простить себе этого. Но тогда что-то гораздо большее, чем любопытство, подтолкнуло его. Хотелось заглянуть в глаза Вайгангу, и это было сильнее его.

Ребята с автоматами расступились, и Кремер встретился взглядом с группенфюрером. Вайганг оперся спиной о глыбу, которая поднималась над обрывом. Постарел лет на десять, щеки пожелтели, губы обвисли в горькой складке, а лоб прорезали три глубокие морщины. Смотрел растерянно, наверное, так и не понял, что произошло. Инстинктивно подался к Кремеру, но уже в следующий миг отшатнулся, поднял руку…

— Вы… — прошипел со злостью. — Вы…

Карл хотел что-то сказать, но передумал. Скользнул взглядом по лицам. Фрау Ирма закрылась ладонями, не смотрит, притихла в отчаянии. На толстых холеных пальцах кольца, перстни. Дузеншен смотрит исподлобья — черные глаза так и горят ненавистью. И вдруг — единственное спокойное лицо. Ах да, это же Деннис Кларк. Сосет сигарету и улыбается.

— Вы неплохо провели эту операцию! — выплюнул окурок под ноги Кремеру. — Но вы то знаете, кто я… Я требую немедленно освободить меня!

Карл ответил ему вежливо:

— Ваше требование справедливо, но, учитывая ситуацию… Интересы вашей же безопасности требуют, чтобы вы не оставляли пас так быстро…