"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Форш Татьяна Алексеевна - Страница 2155

— Тем более вставай, — повторил Эвин. — Пока тебя в библиотекари не произвели надо успеть разобраться, что тут происходит…

Шумон послушался, поднялся, начал отряхиваться.

— А что тебе не ясно? Все, по-моему, очевидно… Видно там хорошие люди живут. В лесу не бросили, в болоте не утопили, в город привезли, поесть купили…

Уже смирившись с тем, что от стола придется уйти он перебирал тарелки, чтоб взять с собой что-нибудь повкуснее.

— Одежонку дали, да в самую столицу привезли. Дней шесть пути, наверное? Или все десять? Осторожнее!

Не дав книжнику договорить, Эвин Лоэр ухватил Шумона за ворот и потащил к хозяину корчмы. Он не слушал, что там болтает библиотекарь, а ловил взглядом хитрую рожу корчмаря. Поймав взгляд Эвина, тот своих глаз не отводил — шевелил значительно щеками и бровями, и видно было, что есть у него, что сказать посланцам Императора…

Эвин воодушевился, почувствовав свежий след. Книжник полетел на скамью, а он, повернувшись к хозяину, внушительно сказал:

— Грозить тебе, толстый, не буду. Одно скажу — с огнем играешь. С таким огнем, от которого весь твой жир может на свечки пойти…

Корчмарь кивнул.

— Давно мы тут?

— Нет. Вы пришли — я только-только курицу жариться поставил.

Шумон заинтересованно покосился на вертел, крутившийся над очагом.

— Как мы тут очутились?

Корчмарь подмигнул.

— Ваш товарищ привел. Желтый лучник. Привел, усадил, заплатил…

Он не успел расплыться в понимающей улыбке, как Эвин ткнул его пальцем.

— Он с тобой говорил. Что сказал?

Корчмарь подтянул брюхо и, оглянувшись по сторонам, сказал громким шепотом.

— Сказал, что он Главный Альригийский Шпион и что вы его славные боевые товарищи, которых следует покормить.

При словах «Главный Альригийский Шпион» Шумон и Эвин переглянулись и покачали головами. Один значительно, другой с ухмылкой…

— А дальше?

Хозяин, почувствовавший себя в самом сердце заговора с жаром начал излагать свои подозрения, а Шумон отвлекся. Его заинтересовали метелки трав, что толстяк развесил над собой. Повесил он их толи для запаху, то ли для того, чтоб наверняка заглядывавшие сюда разбойники, чувствовали себя как дома. Шумону знал кое-какие тайные свойства этих листьев, и он под разговор стащил немножко ветчинника и сизой жеребицы.

Корчмарь оторвал свой почтительный взгляд от Эвина и Шумон махнул рукой — продолжай мол, не обращай внимания.

— …и как только курица изжарится, тотчас принести ему ее в комнату.

Только мгновение Эвин молчал, а потом рывком приблизил хозяина к себе.

— Так он тут?

— Тут! Я ведь и говорю — комнату снял…

Эвин отпустил корчмаря и хватанул со стола нож — узкий хлебный нож, уже стершийся от долгой работы. Корчмарь отшатнулся, но Императорский шпион смотрел вовсе не на него. Взгляд Эвина шарил вокруг в поисках чего-нибудь более подходящего, для схватки с Главным Альригийским Шпионом. Шумону первому на глаза попался тяжелый тесак для разделки мяса. Он двумя пальцами ухватил его, подвинул поближе к Эвину.

— На. Лучше не найдешь.

Эвин отбросил хлебный нож, взвесил в руке тесак.

— Веди!

— Куда? — охнул хозяин. — Курица же еще…

— Ничего, ничего. Готова, — сказал Шумон. Эвин не сказал ничего, только глазами сверкнул.

На втором поверхе корчмарь остановился перед дверью. Он уже проникся важностью момента и курицу держал так, словно собирался метнуть ее в Главного Альригийского Шпиона.

— Эй, лучник, ты курицу заказывал…

Мгновение спустя Эвин уже стоял посреди комнаты с ножом в руке. Посреди пустой комнаты.

Корчмарь и Шумон остались в дверях, а Эвин быстро обыскал комнату, хотя чего там обыскивать — заглянул за дверь, за стул, да под лежанкой посмотрел. Комната то оказалась не больше собачьей будки.

Пусто.

С досады Эвин вонзил нож в столешницу и тот замер там, подрагивая от злости. Шумон, глядя на его отчаяние, хмыкнул.

— Ты знал?

— Скорее догадывался, — поправил шпиона книжник. Опережая вопрос, объяснил.

— Если б наш таинственный друг хотел нам что-либо объяснить, то он сделал бы это гораздо раньше.

— Друг? — внутренне напрягшись, спросил Эвин.

— Конечно! Враг зарезал бы нас еще там. Или утопил. Какой смысл ему был везти нас в столицу, чтоб именно тут причинить нам зло?

Эвин обмяк, словно смердящий болло, выпустивший свою отраву. Оттолкнув его, Шумон сел за стол. Другой рукой он отобрал у все еще столбом стоящего корчмаря блюдо с курицей и, пробормотав «заплачено», вытолкал того за дверь.

Эвин стоял и задумчивым взглядом шарил по сторонам, пытаясь отыскать отгадку исчезновения незнакомца и их собственного появления здесь.

— А все-таки намек он нам оставил…

Шумон, посыпавший курицу мелко порезанной зеленью, оглянулся. Эвин смотрел в распахнутое окно, через которое и ушел таинственный незнакомец. За окном, не так что б далеко, стоял Императорский дворец, а прямо под окном лежала форменная куртка Желтого лучника.

Эвин показался Шумону воплощением разочарования. Мысли его читались сразу с лица — как здорово было бы, окажись тут тот самый Главный Альригийский Шпион! Расспросить бы его со всем прилежанием, повытрясти правду… С таким подарком они могли смело идти к самому Императору.

Находясь в той же благородной задумчивости, Эвин сел к столу и принялся за курицу. Теперь действительно появилось время посидеть, подумать…

Шумон улыбнулся.

— Надо спокойно посидеть и подумать, что сказать Мовсию…

— Правду…

— Какую? У тебя одна правда, у меня — другая…

— Правду о том, что видели. О новых врагах…

— Врагах?

— Друзья не захватили бы нашу землю…

— Враги не выпустили бы нас оттуда и не доставили бы к порогу Императорского дворца.

Они смотрели друг на друга без вызова, а как люди абсолютно уверенные в своей правоте.

— То, что видел я, говорит мне об этом, — сказал, наконец, Эвин Лоэр. Шумону было, что ответить ему.

— Я тоже видел это, и моя мудрость говорит мне совсем о другом.

Эвин усмехнулся. Ссориться с библиотекарем не хотелось, но…

— На всякую мудрость найдется палка…

— На всякую палку найдется мудрость, — возразил, так же улыбнувшись, книжник. — Не так давно я спорил с одним монахом по этому поводу.

— И что?

— Представь себе, монах проиграл…

Эвин почувствовал в словах Шумона подвох и оглянулся. Пусто.

— Книжнику не подобает драться. Какой из книжника боец, если у него лоб шире плечей?

— Кулаками — да. А вообще вся жизнь книжника — это драка. С инакомыслящими, с дураками и с теми, кто считает, что сила решает все и за всех…

Эвин понял, что Шумон говорит о том, что произошло внизу.

— Если ты о том, что произошло там, то извини. Сам понимаешь — он мог уйти, нельзя нам терять время.

— Время нельзя потерять и, к тому же замечу, что он все-таки ушел… Так что напрасно ты меня обидел.

— Мы просто не успели…

— Мы и не могли успеть.

Шумон поднялся, вышел из-за стола. Дошел до окна, вернулся.

— Он все рассчитал.

— Он мог и ошибиться… Многие пропадали из-за мелочей.

Эвин пододвинул к нему остатки курицы. Товарищ отрицательно качнул головой.

— Благодарю. Я предпочитаю другое мясо. И вино…

— Император даст тебе и того и другого. Пойдем.

Эвин вытер рот и поднялся, намереваясь, если дойдет и до этого, унести строптивца силой, но тут в животе что-то сжалось и тут же без перерыва начало стремительно разбухать. Императорский шпион схватился за живот и в недоумении посмотрел на товарища. Тот улыбнулся и без превосходства, но с чувством явного ехидства сказал:

— Тебе не идти. Тебе бежать надо…

Эвин понимал, что что-то произошло, но что? Он по-настоящему испугался. В животе уже не бурчало, а ревело.

— Не к Императору, конечно, а во двор…

Тяжесть там стала нестерпимой, отсчитывая мгновения до позора.

— А я тебя, тем временем, за столом подожду…