Зачарованный терем (СИ) - Осинина Нюра - Страница 56

Вначале младшие боролись друг с другом, а старший наблюдал за ними и борьбой наших ребят. С нескрываемым интересом поглядывал в сторону группы девчат и присматривался ко мне. У меня возникло ощущение, что пытаются заглянуть в мою голову.

«Ага-ага! Пытайся! Мою защиту даже Елисей не может вскрыть. Она без плетения, как тут ставят. Она у меня сплошна, литая. Вокруг меня бронестекло и шлем из этого же материала. Я и Дев научила ставить такую защиту. И Ольгеру подсказала. Он жил на Земле, знает, что это такое. А кто не имеет представления, поставить такую защиту и взломать не смогут. Варя работает над тем, чтобы вывести сложную формулу защиты, или как здесь называют — алгоритм. Алгоритм здесь термин не математический, и откуда он появился, не известно ни кому.

Мы, девушки, одеты в тёмно-серые штаны, заправленные в мягкие сапожки, жемчужно-серые туники. Моя туника с разрезом на спине, прикрытом плащом из тёмно-серой ткани, переливающейся в складках от чёрного до жемчужно-серого цветов.

Эту ткань мы обнаружили в сундуке в казне. Она отличается структурой от эльфийской и других известных тканей. Очень тонкая, но не прозрачная, лёгкая. Из этой ткани всем девушкам сотворили плащ-накидки с капюшонами.

Старший остановил бой братьев и, подозвав Ольгера, стал ему что-то говорить. Ольгер, взглянув на меня, отрицательно покачал головой. Незнакомец настаивал на своём, но Ольгер не соглашался.

Радим, заметив незнакомца рядом с Ольгером, остановил бой и быстрым шагом подошёл к ним. Незнакомец снова принялся втолковывать им обоим, но парни не соглашались.

Я взглядом спросила ребят: «В чём дело?». Они подошли ко мне и объяснили, что незнакомец предлагает бой «трое против троих». Но не просто сражение, а «Битва за приз». В качестве приза он хочет, чтобы была выставлена я. Выглядеть должно так: я стою, трое наших ребят с трёх сторон защищают, а незнакомцы втроём пытаются меня отбить. Победителю, первому прорвавшемуся к «призу», достаётся приз — девушка.

Я отказалась от этой сомнительной забавы.

— Разве она может отказаться? — возмутился незнакомец. — Это же почётно, стать призом победителя. Приз выбирают мужчины, участники сражения. Я выбрал её.

«Хм. А меня кто-нибудь спросил?» — возмутилась я, но в разговор не встряла.

— Она не может быть ни чьим призом, — заявил Радим. — В нашем Укладе нет таких сражений за женщин.

Бой прекратился и все прислушивались к разговору.

Зарина, не разобравшись в сути происходящего, предложила себя в качестве приза. У неё язык всегда опережает мысли. Девушки захихикали, приняв всё за шутку. Я тоже вначале думала так же. Ребята нахмурились.

— Ты понимаешь, что ты сейчас сделала? — подошла я к Зарине, сообразив, что происходящее далеко не шутка. — Ты сейчас объявила себя не вестой. Мы не знаем обычаев этих людей или нелюдей, мы не знаем кто они и откуда, и как тут появились. А ты выставляешь себя призом для поединка. Заринка, а как же Гороват? Ты его не любишь?

В глазах Зарины заблестели слёзы. Осознавая свой поступок, она опустилась передо мной на колени, склонив голову. От группы ребят отделился Гороват и, тяжело ступая, подошёл к нам и, тоже опустившись на колени, хрипло заговорил:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Анна, я не смогу считать Зарину своей будущей вестой. Я надеялся, что это когда-нибудь произойдет. Но теперь, — он взял Зарину за руку, — мы оба просим тебя стать нашей матерью, а нас объявить братом и сестрой. Просим тебя объяснить всё нашим родителям. Зарине теперь нет места в родительском доме.

Ольгер стоял мертвенно бледный и с ненавистью смотрел на незнакомцев. Заринка с плачем обхватила меня за колени.

«Вот они, начались божественные заморочки, — с грустью подумала я. — Так и рождаются сказки о богах. Сестра — мать своих братьев и сестёр. А брат становится мужем родной сестры. Пантеон, блин! Маменьку нашли. По местным меркам, одна ровесница, а другой на семь лет старше».

Неожиданно открылся портал и из него появился встревоженный Елисей. Взявший на себя управление княжьей вотчиной, он часто «улетал» по делам, налаживая уклад нашего хозяйства.

Увидев нашу троицу — меня, стоящую со слезами на глазах и стоящими передо мной на коленях Горовата и Зарину, спросил:

— Что здесь происходит? Анна, что такое случилось, что белый свет померк?

Мы все с удивлением оглянулись вокруг. Действительно, среди ясного дня над нами опустились сумерки.

«Это что же? Триединый держит слово? Но я не хочу!!!».

Незнакомцы пораженно разглядывали меня.

Елисей велел Горовату и Зарине подняться с колен, со словами «Дома разберёмся», огляделся вокруг.

— Елис, — окликнул его старший незнакомец.

Елисей приветливо ему улыбнулся, и они шагнули навстречу друг другу. Сцепив левые руки, прижав их локоть к локтю, правой рукой похлопали друг дружку по спине.

— Что, все-таки, произошло? — вновь обратился Елисей ко мне.

— Вон, знакомца своего спрашивай, — буркнула я.

— Это не «знакомец», а мой кровник, — пояснил Елисей. — Знакомьтесь. Баграт. Анна, моя веста и глава нашей семьи, — представил он нас друг другу.

— Елис, почему ты сначала представил меня женщине, а не наоборот? — спросил Баграт.

— Потому что ты на нашей земле, и я действую согласно с нашим Укладом. Представляют сначала главному в доме. Я же знакомил тебя с нашими обычаями.

— Но ты не говорил, что у вас женщины главнее мужчин.

— Не главнее, а равны. У вас тоже старшая сестра главнее младшего брата. Вы во всём слушаетесь свою мать.

— Значит эта женщина — старшая сестра?

— Да, но не женщина, дева. И мы, мужчины, братья, их охраняем и бережём до совершеннолетия.

— Мы тоже бережём своих дочерей и сестёр до совершеннолетия, а потом выставляем призом. Победитель берёт её в свой гарем, заплатив хороший выкуп.

— И много в гареме женщин? — спросил Радим. Ольгер уже немного пришёл в себя и стоял, обняв сестру.

— Это зависит от того, насколько богат мужчина. Чем богаче, тем больше женщин, но не более ладони, — объяснил Баграт. — А почему они обнимаются у всех на виду? — указал он на Ольгера с Зариной.

— Брат утешает младшую сестру, — вклинилась я. — В этом нет ничего предосудительного. А ты, может, познакомишь нас со своими братьями?

— Это мои сыновья — Горат и Брагат.

Те с ухмылкой переглянулись, посмотрели на меня и, прижав правую ладонь к области сердца, сделали лёгкий кивок головой.

Отец хмуро на них взглянул, но ни чего не сказал.

Елисей подошёл ко мне вплотную, обнял за плечи и глаза в глаза со вздохом сказал:

— Ох, нельзя мне тебя оставлять ни на минуточку. Ох, нельзя. Заберут.

У меня губы растянулись в улыбке, в сердце начал разгораться огонёк. Сумерки развеялись, и снова сияло солнце.

— Крылышки не показывай, — прошептал Елисей, поглаживая меня по спине. — Вон, уже проклёвываться начинают. Убери.

— Всё, пора домой, — обвёл он всех взглядом. — Анна, пригласи Баграта с сыновьями в гости.

Что я и сделала. Елисей открыл порталы. В один ушли все наши в портальную, а мы впятером оказались во дворе перед крыльцом. У гостей висели на плечах походные вещмешки. На братьях рубашки такие же, как на отце.

На крыльце проявилась Роза ветров. Так. Значит, в Терем без клятвы не впустят. Чужаки.

Я прошла в дом. Все собрались в столовой. Парни в рубашках. Подозвала Таню, а Ольгер и Радим, сообразив, отправились за вином.

Вышли мы вчетвером. Я несла поднос с чарками и салфетками. Было видно, что Елисей разъяснил гостям ситуацию. Братья с интересом наблюдали за нами, а у отца было на лице недовольное выражение.

Приём клятвы начали с отца.

Баграт взошёл на крыльцо. Я подала чарку с вином.

— Я, Баграт, сын Дорага и внук Регода Гедейского, клянусь …

Плеснул вино, но оно не было принято. Ничего не произошло. Елисей пригласил братьев.