Зачарованный терем (СИ) - Осинина Нюра - Страница 121

— «Ну, как ощущения?», — возникло в голове послание от мужа.

Я увидела прекрасного белого лебедя. Это мой муж?! Я, что? Тоже лебедь?

— «Теперь ты настоящая Лебедь!», — подтвердил Елисей. — «А до этого были частичные обороты».

— «Но я же этого не желала!».

— «Это первый полный оборот. Он непроизвольный. Мы упали в воду, и организм защитился. А перед этим мы говорили о Лебедях».

— «Но я умею хорошо плавать и не утонула бы».

— «Это произошло от неожиданности».

— «Тогда поплаваем», — предложила я.

Мы стали степенно плавать. Два белых лебедя.

В парке появились Таня с Борисом. Елисей нырнул, а я, разбежавшись по воде, взлетела. Когда Таня и Борис подошли к пруду, из воды вынырнул Ладон и вышел на берег. В небе кружила Дева Лебедь. Елисей обернулся. Я приземлилась и убрала крылья.

— Елисей, Аня, вы не видели, куда девались два лебедя, что были только что тут? — спросила Таня.

— Улетели, — ответил Елисей.

— Странно, — проговорил Борис. — Почему-то мы не видели их полёта.

Мы с Елисеем рассмеялись.

— Это были иллюзии, — объяснил муж. — Я не долго продержался в облике лебедя, пошёл ко дну, а Анна взлетела. Ей проще — она по воде ходит, аки по суху.

— А зачем вы это сделали? — спросил Борис.

— Ой, да просто дурачились, — махнув рукой, сказала я.

Таня с подозрением посмотрела на меня, на Елисея, но говорить ни чего не стала.

В следующий выходной мы собрали всех Единорогов и рассказали об их возможностях в оборотах. Опытным путём выяснили, из мужчин в Лебедей не может оборачиваться ни кто, кроме Елисея. Почему? И Девы Лебеди в Лебедей тоже обернуться не смогли. По-че-му?

Лютень. Мы приняли ещё одну Лебедь — Ладу. Самую младшую из нас. Разминкой крыльев Ладе пришлось заниматься в спортзале. Лютень не так дождлив и холоден, как гомозулень, поэтому мы выбирали дни для полётов. Нас сопровождал Горат. Иногда выбирался в небо Елисей.

Теперь нам осталось дождаться её Единорога, чтобы все Девы Пророчества смогли начать самостоятельную жизнь. Освободиться от висящего над нами Пророчества, от условий Главных Хранителей. И я смогу уже не заботиться о судьбе своих приобретённых сестёр, заняться своей личной жизнью, своими девочками. Если только не случится чего-нибудь непредвиденного. Тьфу, тьфу, тьфу! Как бы не сглазить!

Глава 9. Жизнь продолжается

1. Прощание с Землёй

Мы прожили на Сурейне три года и четыре месяца.

Сегодня утром, семнадцатого эленниэсеня, через день после завершения праздника «Детунок», Лада обернулась Единорогом.

Мы дождались полных оборотов самой младшей из нас и завтра «обрезаем пуповину» со своим материнским миром — Землёй. Больше мы не принадлежим ей. Но нас держат наши родные. Завтра в ночь мы пойдём на Землю. Почему в ночь? Потому что в сумерках, в ночной темноте не так заметно внезапного появления чужих людей. Елисей объяснял, что мы, скорее всего, придём во сны наших родных. Но есть вероятность встретиться в Яви. Это зависит от того, насколько мы сильны.

У нас задание — привести в мир Сурейн лекаря (медика), для лечения «безоборотных» и рудознатца (геолога). Не всех можно излечить травами и магией. Большинство «безоборотных» не восприимчивы к магии, как гомозули. Это потомки детей, переживших космическую катастрофу, «магическую чуму».

У Маши на Земле осталась подруга, доктор медицинских наук, профессор, практикующий врач-терапевт и педиатр. Женщина одинокая. Родственников нет. Выросла в детском доме. Лучшей кандидатуры и искать не надо. Лишь бы согласилась.

Геолог нам очень необходим. Пока это вырастим своих. Не один десяток лет пройдёт. А нам нужно сейчас. На гомозулей тоже надеяться не стоит. Они, больше, внутри гор ведут поиски и добычу поделочных камней, самоцветов, драгоценных металлов, немного железа, меди. Но этого не достаточно.

У Маши был на примете геолог, бывший одноклассник, потерявший семью в авиакатастрофе. Жена с двумя малолетними детьми летела из гостей от родителей. Он больше не женился. Ушёл весь в работу, не выбирался из «поля». Удивительно, что не спился.

Две Лебеди — Маша и Рина смогут провести троих: Варю и двоих землян. Если будет всё нормально, к ним присоединится Таня.

У меня появилась задумка, о коей ни кому не рассказывала. Скрывала от Елисея, стараясь об этом не думать, запирала свои сны, спала без сновидений. Только бы всё получилось.

Времени нам определили трое суток.

За завтраком поздравили Ладу с приобретением третьей оборотной ипостаси. С утра пораньше Единороги пробежались по Лесу.

В разгаре летние каникулы. Студенты и школьники проводят этот месяц на озёрах у Ольха. Елисей следит за нашими сборами. Волнуется за нас и за меня в отдельности.

Заранее было решено, что пойдём в одежде и обуви, сшитых из местных натуральных материалов без применения магии. По хранившимся, пока ещё, журналам подобрали модели.

Мы же пойдём с корректировкой времени в день нашего исчезновения, в апрель. Соответственно и одежда вся шерстяная и хлопковая с добавлением шёлка и волокна сиккузии.

Лена с помощницами месяц шили нам одежду. Замков «молния» у нас нет, а вот клёпки и кнопки, крючки, металлические пуговицы нам изготовили гомозули. Обувь — сапожки — на заказ шили мастера из «безоборотных». Так что ни какой магии. Единственный магический предмет — эльфийский пространственный мешок, вшитый в обычную дорожную сумку из льняного сурового полотна с добавлением сиккузии, отделанную кожей и мельхиоровыми клёпками.

Волновались очень. Шли сами, без Проводника. Каждая к своим родным. Шесть человек шли в одну деревню. Это я, Мила, Лена, Лина, Майя и Сима. Таня идёт одна, но попутно с Машей, Риной и Варей. У Рины с Варей родных нет. Их ни кто за пуповину не держит. В наш райцентр идут Лана и Лада.

Определились, что нужно и можно прихватить с Земли. В первую очередь книги по медицине и геологии. К ним кое-что по химии, физике, высшей математике. Образцы некоторых, самых распространённых препаратов из семейства антибиотиков и антисептиков, обезболивающих.

Ещё нужны растения. Флора в нашем мире скудна на разнообразие. А во многих местах и вовсе бедна.

День отправления прошёл в волнении. За нас волновались и переживали наши любимые и друзья.

После обеда собрались все. Елисей не отходил от меня, пристально наблюдая. Нет, милый. Извини. Оставайся с дочками. Пойду без тебя. То, что я задумала, я должна сделать сама.

Перед ужином спустились к Граалю на «подзарядку».

Всё. Пора. В сумках только литровые серебряные фляжки, изготовленные гомозулями, с травяным напитком от Гордея и по несколько бутербродов с маслом, сыром и колбасой. Кто его знает, придётся ли где-то поесть. Тем более, если угодишь в чей-то сон. У меня ещё в сумке тонометр, купленный Таней мне на день рождения.

Попрощались с любимыми и друзьями.

Ольх, прощаясь, подал мне берестяную коробку.

— Это земной Грааль. Он должен вернуться домой. Отдай его Егору.

— Почему Егору? — удивилась я.

— Постарайся его увидеть. Ты поймёшь. Пусть откроет в день двадцатилетия. Там ещё письмо-инструкция. Удачи вам и благополучного возвращения, — пожелал Ольх, целуя меня в щёку.

— К чёрту, — ответила я, укладывая коробку в сумку.